Война догнала его через шесть лет после победы: петербурженка рассказала историю отца-фронтовика

Metro продолжает цикл публикаций к 75-летию Победы в Великой Отечественной войне. "Дети победителей" – это истории людей, чьи родители воевали на фронте. Герой этой публикации – отец петербурженки Людмилы Макаровой.

Людмила Макарова родилась в октябре 1945-го – через пять месяцев после Победы. Её отец Владимир Фертов, фронтовик и художник, вернулся с войны в 1943 году:  его комиссовали по ранению. Но война напоминала о себе ещё 8 лет – до самой его смерти.

О войне – без подробностей

В июне 1941-го жителю города Макарьева Костромской области Владимиру Фертову было 25 лет. Он успел отслужить в армии и, как только началась мобилизация, был призван в артиллерийские войска.

Спустя несколько лет Владимир заведёт дневник и запишет в нём некоторые события из своей фронтовой жизни: "В Алабино под Москвой, куда меня направили,  формировались гвардейские части на БМ "Катюша". 25 сентября прибыли на фронт к городу Лодейное Поле. Большой эффект дали наши первые залпы, немцы были в панике".

– Он одним из первых испытывал легендарную "Катюшу", – рассказывает дочь Владимира Фертова Людмила. – Позже отца отправили на учёбу, и в звании младшего лейтенанта он оказался на фронте – уже под Воронежем. О войне писал без подробностей, очень лаконично. Только что постоянно шли ожесточённые бои и его жизнь несколько раз висела на волоске. Писал, что под Сталинградом и на Центральном фронте готовится наступление и что его часть тоже этого ждёт... Но незадолго до начала Сталинградской битвы получил ранение в правую кисть, были задеты кости, и после госпиталя его демобилизовали.

Рисунки вместо фотографий

– Вернувшись в город, отец встретил мою маму – Веру, – продолжает Людмила Владимировна. – Они расписались ещё во время войны. А в начале 1945-го стало известно, что в их семье планируется пополнение...

Владимир Фертов был художником-самоучкой, всю жизнь рисовал родной город и близких.

– Несмотря на то что у отца не было художественного образования, его взяли преподавать рисование в ремесленное училище, – говорит Людмила. – Всё свободное время проводил с карандашом и блокнотом. По выходным реставрировал храм Рождества Христова в Макарьеве, восстанавливал старинные иконы. Папа был верующим человеком. И потом говорил маме, что вера всегда была с ним: до войны, во время страшных сражений и потом, когда он вернулся с фронта. Шутил, что даже женился на Вере!

Вера Фертова работала в местном магазине, продавала семена. В 1947 году у неё обнаружили недостачу, суд приговорил к трём месяцам лагерей.

– Мне тогда было два года, я осталась с отцом и бабушкой, – вспоминает Людмила. – Мы подолгу гуляли с папой, и во время прогулок он постоянно меня рисовал, а наброски посылал маме – вместо фотографий. У нас долго хранилось несколько больших альбомов с рисунками отца, в том числе сделанными на фронте. Но со временем они потерялись. Сохранились только несколько карандашных набросков и мой портрет, выполненный на листе фанеры.

Война догнала через несколько лет

Половину своей мирной жизни Владимир Фертов провёл в госпиталях. Ранение, полученное в конце 1942-го, спровоцировало остеосаркому (рак костей). Врачи настаивали на ампутации правой руки.

– Папа не соглашался, – вспоминает Людмила Владимировна. – Как же он, художник, будет жить без правой руки! Надеялся на чудо. Но в 1950-м операцию всё-таки сделали. Помню, как мы ходили с ним за молоком к бабушке: я держалась за его  деревянный протез, а в здоровой руке он нёс бидон...  За полгода до папиной смерти родилась моя младшая сестра Лена. Он успел её понянчить, а потом снова начались осложнения, и отца госпитализировали. В декабре 1951 года мы втроём – мама, я и Лена – отправились в фотоателье. На обратной стороне снимка, сделанного в тот  день, мама написала: "Встречай гостей. Мы всегда и везде с тобой". Я не знаю, успел ли папа увидеть это фото. В декабре 1951 года он умер в Костромском военном госпитале. У нас в городе много было детей, которых растили только матери. Их отцы погибли. Мой  вернулся с фронта, но война догнала его спустя несколько лет. Когда папы не стало, мне было шесть лет, сестре Лене  – всего полгода. Через какое-то время мама вышла замуж, мы росли с отчимом. Но всю свою жизнь она рассказывала нам об отце и уже в старости как-то призналась, что никогда никого не любила так, как нашего папу.

Память

Людмила Макарова давно живёт в Петербурге. Каждое 9 Мая она вместе с родными участвует в акции "Бессмертный полк".

Её младшая сестра Елена осталась жить в городе Макарьеве, работает в том самом храме, своды которого когда-то расписывал отец. Сейчас это кафедральный собор Рождества Христова.

– С тех пор храм пережил ещё одну реставрацию, но роспись, сделанная папой, частично сохранилась, – говорит Елена. – Я знаю отца только по маминым рассказам, фотографиям и рисункам. Но каждый раз, когда смотрю на своды собора, думаю о нём.

Дети победителей, ждём ваших историй!

Уважаемые читатели! Если у вас есть похожая на опубликованную личная история, пишите в редакцию. История вашей жизни должна начинаться примерно так: "Мой папа (мама) вернулся с войны, и через девять месяцев родился я". Мы хотим рассказать о ваших родителях, ветеранах Великой Отечественной войны, и о вас – их потомках. Ждём ваших писем по адресу: alena.bobrovich@metronews.ru