Вот так и жили…

Сегодня мы начинаем публикацию материала о том, как жили нязепетровцы в XIX — начале ХХ века.

Дома и улицы  Нязепетровска

В XIX столетии Нязепетровский завод был самым крупным селением Красноуфимского уезда Пермской губернии. В 1891 году здесь проживало 11 099 человек, из них детей до 12 лет было 3650. По итогам проведённой в 1897 году первой Всероссийской переписи населения в Нязепетровском заводе проживало уже 13473 жителя (для сравнения: в уездном городе Красноуфимске проживало вдвое меньше — 6 427 человек).

Нязепетровский заводской поселок во многом отличался от Кыштымского и Каслинского заводов, которые в разные периоды являлись центрами горнозаводского округа, куда входил и Нязепетровский завод. Помимо этого на его развитие оказывали влияние такие факторы, как отдаленность от оживленных транспортных магистралей, климатические условия Уральского предгорья. Строения были гораздо скромнее кыштымских. В планировке Нязепетровского завода сочетались элементы радиальной и прямоугольной систем. От центра радиально расходились прямые улицы, образуя с переулками четкие квадраты и прямоугольники. Этот тип планировки был обусловлен, прежде всего, своеобразием рельефа местности, благодаря которому практически с любой точки поселка развертывалась многоплановая панорама селения и его окрестностей. С другой стороны, это расположение было подчинено социально-бытовому укладу заводского поселка и приноровлено к тому, чтобы рабочий мог как можно быстрее добраться до своей работы, и чтобы как можно удобнее было сделать доставку грузов на завод. Три главные дороги вели к заводу: Проезжая (Свердлова), Большая (Ленина), Нижняя на Катайской горе (Красноармейская), а чуть позже Тверской лог (Южанинова) и Малиновка (Кирова). По ним днём и ночью, летом и зимой шли обозы и подводы, доставляя руду и другие грузы на завод. Зимний санный путь был оживленнее. Готовую заводскую продукцию по Большой улице везли на заводскую пристань. Сюда же доставлялась часть продукции Кыштымских и Каслинского заводов, другая часть транспортировалась по плотине на Сорокинскую пристать в Шемаху.

Особую остроту перспективам улиц придавали подступавшие к селению еловые и пихтовые массивы. Зато на улицах деревьев и кустарников практически не было. Население вплоть до начала XX века не разводило перед домами палисадников. Лишь вокруг дома управителя завода был разбит большой сад, который в воскресные и праздничные дни был открыт для посещения публики, да на плотине заводского пруда была заложена аллея, вымощенная лиственничными досками, — излюбленное место отдыха нязепетровцев.

Архитектурно-планировочным центром поселка была заводская площадка с производственными зданиями, плотиной и прудом. В непосредственной близости были построены дом управителя заводом и другие административные здания, церковь, госпиталь, жилые дома для администрации завода. Жилая застройка была представлена в основном одноэтажными деревянными зданиями. Нязепетровские мастеровые строили свои избы с основательными воротами, у которых обязательно был полукруглый верх (особенность Нязепетровска); с вымощенным деревянным однорезником, иногда камнем, двором; с традиционными надворными постройками — амбарами, замыкающими периметр двора. Такой тип двора получил название «покоеобразного» и был характерен для селений Северного и Среднего Урала. Обязательным атрибутом основательного, добротного быта была баня, пусть и «по-черному».

В XIX веке дома (избы) в заводском поселке строились в основном на два-три окна. Крыши были двухскатные с деревянной кровлей. Зажиточные мастеровые во второй половине XIX века стали покрывать дома железом и красить малахитовой (зеленой) краской. Каждый хозяин стремился не только построить добротный дом, но и украсить его. Наличники, карнизы, ворота украшались резьбой.

Центром избы в доме была большая русская печь. Печь и упечь (кухня) занимали около четвёртой части избы. Кухонька была маленькой, длина — чуть больше длины ухвата. Здесь стояли лавки, кадка с водой и залавок. Упечь от остальной части избы отделялась перегородкой, а сопо печи чаще всего находилось напротив окна. На верхней ровной поверхности печи сушили одежду, спали, хранили некоторые вещи. Около печи, над входом, устраивались дощатые полати, где хранили лук, белье, обувь. На печи и на полатях спали зимой, а летом спали на полу, на лавках, сундуках, в сенях, на сеновале. Во многих домах были и кровати, чаще всего одна, на которой спали старшие или женатые.

В избе, как правило, была одна общая комната, где в углу, под образами, стоял стол, вдоль стен — лавки. Здесь собиралась вся семья за обедом.

К концу XIX века в Нязепетровском заводе стали появляться дома, где помимо упечи было две, иногда три комнаты. В таких домах вторую комнату называли «горничная» или «придел». В этой комнате обычно стояли кровать, горка сундуков, резной буфет, в простенке висело зеркало, а у более состоятельных жителей даже часы. Зыбка, или люлька, висела в общей комнате, и долго она не пустовала. Даже бывали случаи, когда в одной зыбке спали по два ребенка.

Полы в домах не красились, но тщательно мылись и скоблились. У зажиточной части населения полы красились и застилались половиками.

Освещение при помощи лучины практиковалось во многих домах вплоть до конца XIX века. Постепенно лучины вытеснили сальные и стеариновые свечи, керосиновые лампы, а заводское начальство в начале ХХ века могло позволить себе уже электрическое освещение.

К началу ХХ века в Нязепетровском заводе появилось много добротных домов — пятистенных с перерубом на 5 — 6 и даже 7 окон, с большими надворными постройками. Были здесь и двухэтажные дома, несколько каменных и полукаменных. Большая часть этих домов находилась в центре, на улицах: Большой (Ленина), Проезжей (Свердлова), Озерной (Пушкина), Береговых (Горшенина, Бархатовой), Базарной (К. Маркса), Кабацкой (Щербакова). Двухэтажный полукаменный дом на углу Большой и Базарной улиц принадлежал торговцу Нестерову (после Октябрьской революции здание занимали волком партии, позднее суд и прокуратура, уже в наши дни — вневедомственная охрана). Большой каменный двухэтажный дом на Базарной улице принадлежал купцу Шерстневу (здесь в советское время располагались райкомы партии и комсомола, редакция и типография).

А вот улицы посёлка, даже центральные, были лишены элементарного благоустройства. О санитарном состоянии вообще говорить не приходится. «Все улицы, проулки, площади и берега пруда и рек покрыты навозом и другими нечистотами», — писала в 1888 году популярная уральская газета «Екатеринбургская неделя».

Быт нязепетровцев

Семьи нязепетровских рабочих обычно были большими, состояли из родителей и 2 — 3 совместно проживающих с ними женатых сыновей.

В одном доме нередко проживало до 20 человек. Большую часть дня взрослые и дети проводили вне дома, собирались все вместе лишь за обеденным столом да ночью. Каждый знал свои обязанности, свое место, и поэтому даже в небольшом деревянном доме скученность не ощущалась.

Женщины занимались приготовлением пищи, работали на кухне, ухаживали за скотом и птицей, работали в огороде, занимались изготовлением одежды, воспитанием детей. Всей семьей работали на сенокосе, куда выезжали даже молодые женщины с маленькими детьми.

Мужчины, помимо работы на заводе, ухаживали за лошадьми, занимались ремонтом телег, саней и другой утвари, изготовлением несложных бытовых предметов или подрабатывали изготовлением кустарных изделий.

Н. КИСЛОВ