Премьера фильма Александра Золотухина "Брат во всем" состоялась на Берлинале
В новом фильме вы опять заходите на территорию военных. Это дань отцу, военному летчику?
Александр Золотухин: Когда я учился у Александра Николаевича Сокурова, он рекомендовал нам составить список тем, которые в будущем хотелось бы реализовать. Чтобы, заканчивая работу над фильмом, понимать, чем заниматься дальше. У меня такой список есть, и я ему следую.
Конечно, тема военных мне близка, что называется, по крови. Как сын летчика, я детство провел в военных гарнизонах. Тогда это был еще Советский Союз, отец служил на Украине, в Беларуси, в Казахстане. И везде это были отдаленные маленькие гарнизоны. Например, мы жили в засекреченном казахстанском Приозерске, а в письмах в адресной строке указывали Приозерск в Ленинградской области.
Не думали стать летчиком?
Александр Золотухин: Я хотел, но не сложилось. Зато сейчас снял фильм про них. Армия, в данном случае ВВС, - место, где служат люди с особыми характерами, которые интересно показать на экране. У нас, например, в роли третьего главного героя, летчика-инструктора, снялся настоящий военный. Он не актер, но очень одаренный, мужественный человек с природной органикой. О таких, как он, нечасто говорят в контексте их каждодневной службы, связанной с риском: никто не знает, чем обернется полет, вернется ли летчик на землю. Особенности их характеров в экстремальных обстоятельствах службы для меня очень важны.
В "Мальчике русском" ощущалось влияние передвижников - а сейчас вы будто добивались отсутствия всякой художественности.
Александр Золотухин: Авиационная среда из детских воспоминаний у меня ассоциируется с документальной съемкой на пленку 8 мм. У отца была любительская камера, он снимал пейзажи, нас с сестрой, самолеты в небе. Потом родители дома вешали простыню, и мы смотрели это самодельное "кино". В цветокоррекции "Брата во всем" мы и пытались передать ощущение слегка выцветшей, со смягченными цветами пленки 8 мм.
Предполагалось много документальных съемок в летном училище, - и мы с оператором Андреем Найденовым решили, что весь фильм должен сохранять эту стилистику. Одной из наших с художницей Еленой Жуковой задач было найти художественное в повседневности.
На территории какого училища вы снимали?
Александр Золотухин: Краснодарского училища военных летчиков. Волновались, дадут ли разрешение. Добро в итоге получили - спасибо продюсеру Андрею Сигле и моему мастеру Александру Сокурову.
В вашем фильме все полеты...
Александр Золотухин: ...настоящие. У нас нет компьютерной графики. Мы консультировались с авиаинженерами. На заводе ЛОМО сконструировали специальные кейсы для камер. Обвешивали этой техникой самолеты. В кадре - реальные полеты.
А где нашли братьев-близнецов?
Александр Золотухин: Они окончили театральное училище, "Брат во всем" их дебют. Нам очень повезло с Колей и Сережей Журавлевыми. Кастинг был длительный и сложный. Пока искали актеров, открыли целый мир - оказывается, в соцсетях есть целые клубы, группы близнецов.
Братья Журавлевы повлияли на вашу историю?
Александр Золотухин: Наблюдая вживую за ребятами, я узнавал много нового о близнецах. Парни настолько хорошо знают друг друга, что могут общаться молча, обходясь жестом. Поэтому я уменьшил количество диалогов: интереснее показать, как братья слушают и слышат друг друга. Мне хотелось показать индивидуальность каждого, чтобы зритель, постепенно узнавая героев, понимал, что каждый все-таки неповторим - у каждого свой внутренний мир.
Насчет "слушать и слышать". Вы сохранили их местный говор. Редкий случай в нашем кинематографе...
Александр Золотухин: Конечно, это важно фиксировать. В том числе и поэтому мне интересно работать с непрофессиональными актерами или актерами, которые, как братья Журавлевы, только выпустились и не успели утратить характерные нюансы в говоре, пластике.
В названии "Мальчик русский" было заложено обобщение. В названии "Брат во всем" уже, кажется, библейское звучание.
Александр Золотухин: Я специально не закладывал каких-то библейских коннотаций, но отношения братьев - это действительно архетипическая тема, которая волнует людей издревле... Рабочее название новой картины было "Полет". И тоже в процессе работы поняли, что оно уже не соответствует внутреннему содержанию. Название должно, как обруч бочку, окольцовывать фильм. Но и давать подсказку зрителю, о чем кино. В английской версии, кстати, название звучит точнее - "Брат в каждом дюйме". То есть брат, который в каждой клеточке другого брата, в любом проявлении - любви и ревности, соперничестве и привязанности. Во всем.
Но командир-инструктор в фильме говорит им: "В самолете только одно место".
Александр Золотухин: Да, и в этом трагизм отношений героев. Военная среда подталкивает к тому, чтобы каждый стал отдельным. В фильме ситуация, когда близнецы не могут друг без друга жить и развиваться... Известно, что конфликты часто возникают на фоне агрессии, неприязни - но драматизм может возникнуть и от привязанности, перерастающей в зависимость... Еще одна волнующая меня тема - тема ответственности человека перед разрушительной силой военных технологий. Самолет не только красивая мечта и абсолютная свобода, но и мощное оружие. Перед военным летчиком неизбежно встает вопрос ответственности и морального выбора: он должен в случае приказа нажать на кнопку. И каждый, кто хочет стать военным летчиком, должен это понимать.
Кстати
В российский прокат "Брат во всем" выйдет 3 марта.