Русское язычество: какие ритуалы выполняли только обнажённые девушки

Мифология древних славян была тесно связана с природой. Наши предки жили в симбиозе со стихиями, а их обряды и ритуалы были призваны подчеркнуть это единство. Исследователи отмечают, что амплитуда характера религиозных традиций славян была довольна широка: от мирных сельскохозяйственных до жестоких и кровопролитных культов.

Мать - Сыра Земля

С незапамятных времён основой славянской мифологии был культ богини по имени Мать - Сыра Земля. Она давала жизнь, она её и отнимала. Как указывает исследователь славянской мифологии Ю.И. Смирнов, славяне представляли её в образе женщины: травы, кустарники и деревья – её пышные волосы, их корни – жилы, скалы – кости, ручьи и реки – живая кровь. Именем Матери-Земли клялись, съедая при этом щепотку земли, и клятву эту нельзя было нарушить, потому что земля не будет носить клятвопреступника. До сих пор сохранилось выражение «Чтоб мне сквозь землю провалиться».
В качестве требы для Матери-Земли приносили зерно.

Культы любви и плодородия

Отголоском славянской древности было почитание Рода; именно он посылал с неба на землю души людей. Род считался покровителем мужчин, а о женщинах заботились его дочери – рожаницы. Среди рожаниц известны две: Лада и её дочь Леля.

Лада считалась защитницей семьи, богиней любви и красоты, а также плодородия. Собиратель русских народных сказок А.Н. Афанасьев писал: «В народных сказках ладо до сих пор означает нежно любимого друга, любовника, жениха, мужа, а в женской форме (лада) – любовницу, невесту и жену». Богиня Леля заботилась о первых весенних ростках, цветах и благоволила девичьей любви.

Рожаницам женщины приносили в дар цветы и ягоды. Ритуалы, способствующие плодородию, были связаны с обнажённым телом.
На хлебном поле с целью хорошего урожая совершался своеобразный обряд. «Хозяйка ложилась в поле и делала вид, что родит, между ног ей клали каравай», — рассказывал профессор Н.М. Никольский в книге «История русской церкви». На Страстной неделе, последней неделе Великого поста, также колдовали о том, чтобы хлеб родился лучше. Хозяин тряс соху, имитировал пахоту. Нагая женщина собирала по углам тараканов, заворачивала их в тряпочку и выносила на дорогу. Произносили и наговор на скотину и домашнюю птицу.

В Вятской губернии на Великий четверг до восхода солнца нагая хозяйка дома должна была бежать со старым горшком на огород и опрокидывать его на кол: горшок оставался в таком положении на колу в течение всего лета — это охраняло кур от хищной птицы.

А под Костромой вплоть до XVIII века сохранялся такой языческий ритуал: нагая девушка садилась, как ведьма, на черенок помела и трижды «объезжала» вокруг дома.

Ярило

Это был весёлый бог весеннего солнца и плодородия, покровитель любви и деторождения. Имя его происходит от слова "яр" – «сила». Божество представлялось не только молодым мужчиной в белых одеждах и на белом коне, но иногда и женщиной, одетой в белые брюки и рубашку и держащей в правой руке чучело человеческой головы, а в левой - пучок колосьев: символы жизни и смерти. На голове у Ярило был венок из первых полевых цветов.

Ярилин день отмечался 27 апреля. В этот день девушку сажали на белого коня, которого водили вокруг ритуального столба или дерева на высоком месте. Затем коня привязывали и водили вокруг хоровод, воспевая приход весны. Второй праздник, посвященный Яриле, отмечался в середине лета перед Петровским постом. На этот раз божество изображал юноша, одетый в белые одежды, украшенный лентами и цветами. Он возглавлял праздник, который заканчивался угощением и народным гулянием.

Ярила прославлялся, как «распространяющий весенний или утренний солнечный свет, возбуждающий растительную силу в травах и деревьях и плотскую любовь в людях и животных, юношескую свежесть, силу и храбрость в человеке» (П. Ефименко. «Зап. Имп. Рус. Геогр. Общ. по отд. этнографии», 1868 г.).

Культ Велеса – бога животных и подземного мира

Крылатый змей Велес почитался как покровитель скота и лесных зверей. Он правил также подземным миром, и ему посвящался неугасаемый огонь. Когда убирали хлеб, в дар Велесу оставляли пучок несжатых колосьев. Для здоровья и плодовитости скота закалывали белого ягнёнка. Обряд принесения Велесу человеческих жертв описывается в «Сказании о построении города Ярославля»:
«Когда приходил первый выгон скота на пастбища, волхв закалывал для него тельца и тёлку, в обычное же время из диких зверей жертвы сжигал, а в некоторые очень тяжелые дни — и из людей. Когда же огонь у Волоса угасал, то волхва в тот же день и час отрешали от керемети, и по жребию избирали иного, и этот закалывал волхва и, разведя огонь, сжигал в нём труп его как жертву, единственно способную возвеселить этого грозного бога» (Воронин Н. Медвежий культ в Верхнем Поволжье XI в.). Новый огонь разрешалось добыть только методом трения дерева о дерево: тогда он считался «живым».

С приходом христианства Велеса заменил христианский святой с похожим именем - священномученик Власий. Как указывает исследователь славянской мифологии Ю.И. Смирнов, в день памяти этого святого, 24 февраля, крестьяне угощали домашних животных хлебом и поили крещенской водой. А если на скот нападали болезни, люди «опахивали» деревню – прокладывали вокруг неё плугом борозду и проходили кругом с иконой святого Власия.

Культ огня

Богом огня был Сварог (другие его имена Святовит, Радегаст) и его сын Сварожич. Огонь считался у славян священным. В него нельзя было плевать, бросать нечистоты. При горящем огне запрещалось сквернословить. Огню приписывались целебные и очистительные свойства. Больного человека проносили через огонь, в котором должны были погибнуть злые силы. Жениха и невесту перед свадьбой проводили между двумя кострами, чтобы очистить и защитить будущую семью от возможной порчи.

Битьё посуды на современных свадьбах – отголосок поклонения Сварогу, только прежде били горшки о печь.

Сварогу приносили и кровавые жертвы, которые определял жребий или указывал жрец. Чаще всего это были животные, но могли быть и люди. «Среди различных жертв жрец имеет обыкновение приносить иногда в жертву и людей — христиан, уверяя, что такого рода кровь доставляет особое наслаждение богам» (Гельмольд. Славянская хроника, 1167-1168 гг.). Адам Бременский в хронике XI века «Деяния гамбургских епископов» повествует о гибели Иоанна, епископа Мекленбургского: «Варвары отрубили ему руки и ноги, тело выбросили на дорогу, голову же отсекли и, воткнув на копье, принесли её в жертву богу своему Радегасту в знак победы».

Культ богов войны

Когда упрочилась княжеская власть, главенство культа плодородия сменилось культом войны. Близ Великого Новгорода располагалось капище – Перынь, где богам этого культа приносились человеческие жертвы. Одним из первых письменных упоминаний о ритуальных убийствах можно считать сообщение в византийском «Стратегиконе Маврикия» (VI-VII вв.). В нём, в частности, идет речь о славянских племенах склавинов и антов.

В прежние времена Перынь была островом, но в 1960-х годах водный режим был нарушен строительством насыпной дамбы. В результате река вокруг Перыни обмелела и остров объединился с берегом. В киевском святилище, устроенном князем Владимиром Святославичем в 980 году, находились несколько идолов: деревянный Перун с серебряной головой и золотыми усами, Хорс, Дажбог, Стрибог, Симаргл и Мокошь. О жертвах, которые приносились этим богам, имеются свидетельства в ряде зарубежных источников.

Немецкий епископ Титмар Мерзебургский в “Хрониках” (XI в.) писал:
«Сколько в той стране [славянской - авт.] областей, столько там есть и храмов, и изображений отдельных демонов, которых почитают неверные, но среди них упомянутый город [капище - авт.] пользуется наибольшим уважением. Его посещают, когда идут на войну, а по возвращении, если поход был удачен, чествуют его соответствующими дарами, а какую именно жертву должны принести жрецы, чтобы она была желанной богам, об этом гадали, как я уже говорил, посредством коня и жребиев. Гнев же богов умилостивлялся кровью людей и животных».

Византийский хронист Лев Диакон (середина X в.) повествует об осаде византийцами князя Святослава в городе Доростол. Автор называл всех северных варваров скифами, но, конечно, настоящих скифов уже не существовало, и речь идёт именно о язычниках-славянах и русах:

«Скифы не выдержали натиска противника; сильно удручённые гибелью своего предводителя (Икмора, второго человека в войске после Святослава), они забросили щиты за спины и стали отступать к городу, а ромеи преследовали их и убивали. И вот, когда наступила ночь и засиял полный круг луны, скифы вышли на равнину и начали подбирать своих мертвецов. Они нагромоздили их перед стеной, разложили много костров и сожгли, заколов при этом по обычаю предков множество пленных, мужчин и женщин. Совершив эту кровавую жертву, они задушили несколько грудных младенцев и петухов, топя их в водах Истра».

Факт жертвоприношения пленных и младенцев у славян подтверждается и другими средневековыми авторами, а также археологами. Б.А. Рыбаков в своей книге «Язычество древней Руси» пишет, что древнее городище Бабина гора на берегу Днепра, принадлежавшее, по его мнению, ранним славянам, было языческим святилищем, где приносились в жертву младенцы. Свидетельствуют об этом, по убеждению исследователя, детские черепа, захороненные неподалеку без предметов, которые обычно сопровождали погребения. Он предполагает, что Бабину гору «можно представить себе как святилище женского божества вроде Макоши», где жертвами были дети.

Ибн Руст, начало X века:
«Есть у них [славян - авт.] знахари, из коих иные повелевают царю, как будто они начальники их. Случается, что приказывают они приносить жертву творцу их, что ни вздумается им: женщин, мужчин и лошадей, а уж когда приказывают знахари, не исполнить их приказание нельзя никоим образом. Взяв человека или животное, знахарь накидывает ему петлю на шею, навешает жертву на бревно и ждет, пока оно не задохнётся, и говорит, что это жертва Богу».

В летописи "Повесть временных лет" упоминается юноша-христианин, которого язычники хотели принести в жертву: Иоанн, сын Феодора Варяга. Сын и его отец были убиты толпой фанатиков-язычников. Впоследствии Церковь канонизировала их как святых мучеников. Какому именно богу должны были принести в жертву юного варяга, летописец не уточняет. Б.А. Рыбаков полагает, что Перуну. Но спустя всего 8 лет после создания капища в Киеве князь Владимир принял христианство и «повелел повергнуть идолы — одни изрубить, а другие сжечь. Перуна же приказал привязать к коню и волочить его с горы по Боричеву к Ручью и приставил двенадцать мужей колотить его палками. Делалось это не потому, что дерево что-нибудь чувствует, но для поругания беса, который обманывал людей в этом образе — чтобы принял он возмездие от людей». Избитого Перуна сбросили в Днепр, причём княжеским людям было велено отпихивать его от берега, пока он не пройдет пороги.