Собаки строгого режима
Рассказываем о тех, кто наводит страх на матерых преступников. Наши герои – четвероногие сотрудники исправительного учреждения Высокие, опутанные колючкой заборы, сторожевые вышки, типичные серые коробки зданий – пейзаж в исправительных колониях везде как под копирку. ИК-12 строгого режима на левом берегу Рыбинска, созданная в мае 1954-го, не исключение. Здесь, неподалеку от устья реки Шексны, отбывают наказание более трехсот рецидивистов. Но сегодня мы расскажем не о них, а о тех, кто наводит страх на матерых преступников. Наши герои – четвероногие сотрудники учреждения. День работника уголовно исполнительной системы России, который отмечается 12 марта, по праву и их профессиональный праздник. Хвостатые блюстители порядка
В нескольких метрах от колонии есть свое маленькое государство – кинологический городок – рядовому обывателю сюда не попасть. Многочисленные горки, лесенки, домики во дворе за «егозой» напоминают детскую площадку, только для собак. Весной здесь расцветут огромная сирень и яблони, а пока кинологам приходится чуть ли не каждый день чистить снег, чтобы добраться до вольеров с мохнатыми стражами порядка – зима выдалась на редкость снежная.
Сегодня службу в колонии несут 14 овчарок всех мастей – немецкие, восточно-европейские, среднеазиатские и бельгийские малинуа. У каждого лающего бойца есть своя специализация. Такие похожие и такие разные они ходят в караул контролировать периметр – здесь он чуть более двух километров, проверяют на КПП весь въезжающий и выезжающий транспорт, обучены брать «остывший» след человека, находить сотовые телефоны и даже взрывчатку, готовы обезвредить вооруженного преступника. Эксперты по наркотикам – лабрадоры. У них отсутствует ген агрессии, но в ИК-12 таких псов нет.
«Стой, применяю служебную собаку! Фас!» не успел крикнуть сотрудник колонии, как комок мышц в черно-коричневой шубе со скоростью пули несется прямиком на «преступника». Это пятилетний немец Рой показывает себя в деле. Вцепляясь острыми зубами в защитный костюм убегающего, пес не оставляет шанса на побег.
А вот другая сцена: в одной из деревянных будок затаился статист. Молодая овчарка Эля берет след и за считаные секунды находит мужчину, сообщая об этом громким лаем. Дверь будки открывается, и собака, схватив его за рукав, с силой вытаскивает на улицу.
— Умница, девочка! — хвалит Элю кинолог, поглаживая по загривку. Но ей этого мало и она со щенячьим восторгом запрыгивает к хозяину на руки.
Это лишь пара эпизодов практической отработки задержания. На любом занятии собака должна победить фигуранта, так у нее вырабатывается и уверенность в дальнейшей работе. Если на кинолога совершается нападение, собака моментально реагирует и защищает его. Главное – контакт
Впрочем, боевая работа в ИК-12 довольно рутинная. Побегов и прочих ЧП на памяти сотрудников не было. Собака – угрожающий и сдерживающий фактор для осужденных. Но нужно быть ко всему готовыми. Поэтому напарники – двуногие и четвероногие – занимаются почти каждый день. Тренировочные автомобили и деревянные постройки для отработки поиска вещей и людей, полоса препятствий – здесь есть где побегать. В городе животным работать тяжело – много запахов. А нос надо беречь, он – уникальное изобретение природы.
Нынешний начальник кинологического отделения колонии старший лейтенант внутренней службы Виталий Шохирев вспоминает, как несколько лет назад его верный пес, немецкая овчарка по кличке Граф, помог предотвратить доставку незаконных предметов в ИК-2. — В то время осужденные оказывали услуги по ремонту транспорта, и однажды в автосервис приехал «Форд» из Ярославля. Открыть машину для досмотра владелец отказался. И неспроста. Запустили собаку и под обшивкой заднего сиденья обнаружили больше 30 бутылок спирта, 50 телефонов и зарядок, — рассказывает руководитель.
Виталий работает в системе с 2005 года – начинал часовым на вышке, а потом друзья-кинологи переманили, да и любовь к животным взяла свое. За четырнадцать лет службы у него было несколько собак.
— После Графа мне дали суку, и мы не сработались – для меня она оказалась мягче, поменял на кобеля. Вообще кинолог выбирает пса по своему характеру. И лучше, когда собака не только работает с хозяином, но и живет с ним – так не теряется контакт. У меня, увы, такой возможности не было, поэтому в выходные и в отпуске приходилось ездить к своему четвероногому другу на работу. Сейчас трое наших кинологов служат с личными собаками. Работа для храбрых
По словам Виталия, идеальный возраст поступления щенка на службу – три-четыре месяца. С годовалой собакой найти общий язык уже гораздо сложнее, это как пытаться договориться с упрямым подростком. А из малыша можно слепить то, что нужно. Правда, работать придется много и терпеливо, так что это испытание и для кинолога. Некоторые недооценивают масштаб, думают, что пришли «поиграть с собачкой», и, конечно, отсеиваются.
Для боевых задач подходят не все псы. Хвостатых кандидатов сначала тестируют. Важны крепкая нервная система, устойчивый темперамент (хорошие сослуживцы – сангвиники) и выносливость. Первая проверка – на трусость. Для этого достаточно бросить связку ключей рядом со щенком – если отреагирует бурно, а не сожмется в комок – можно брать. Имеет значение и внешний вид – собака должна крепко стоять на лапах, быть здоровой. А вот родословная вовсе не гарантирует успеха в дрессировке.
— У нас был случай, когда породистый пес не проработал и года – здоровый кобель боялся всех и вся. Списали, — рассказывает начальник. Сейчас по должности собака Виталию Шохиреву не положена, но он, хоть и зарекался не заводить питомца после того, как умер второй его пес, снова не устоял – взял в дом двухгодовалую овчарку Рэкса.
Сначала служебных малышей учат послушанию, базовым командам, а далее – спецкурс. Работа по следу, обыск транспорта и местности, выборки человека и вещи по запаху. Аппетит и желание заработать лакомство из рук кинолога мотивируют собаку учиться. Поощряют псов сосиской, сыром, мясными палочками. Кто-то не откажется от сухого корма, хотя на нем построен весь собачий рацион – в сутки овчарки съедают от 600 до 1000 граммов в зависимости от веса. А игрушка – вообще святое, говорят сотрудники, мячику рады все. Айболит в камуфляже
По нормативным документам срок службы собаки – 3-5 лет. После животное каждый год проходит комиссию на пригодность.
Частично утратившие работоспособность патрульно-розыскные и розыскные собаки могут быть переведены в разряд караульных. В 8-10 лет они уже считаются старичками и уходят на пенсию. В основном свой век четвероногие счастливо доживают у своих кинологов. Гораздо реже собак приходится пристраивать в хорошие руки по объявлению.
— Служебные собаки стареют раньше гражданских. Это связано с нагрузками и стрессом, ведь работа в исправительном учреждении не сказка: здесь и свои запахи, и постоянное напряжение, и работа в любую погоду. И болячки у них специфичные – травмы, воспаление верхних дыхательных путей. У алабаев, например, слабые места – суставы, а малинуа больше склонны к кожным заболеваниям и расстройству ЖКТ, — рассказывает Илья Гогин, главный ветеринарный врач СИЗО-2, капитан внутренней службы. Добрый доктор Айболит – один из четырех специалистов на всю область, работает на разрыв. В зоне его ответственности четвероногие сотрудники ИК-2, ИК-12, СИЗО-2 и специализированной психбольницы для преступников – в среднем 50 голов. В его обязанности входит профилактика и лечение заболеваний, включая полостные операции, просветительская работа среди кинологов, контроль и надзор за соблюдением «собачьих прав» – Илья следит, в каких условиях псы живут, что едят, как за ними ухаживают. В прививках впору запутаться – против чумы, лептоспироза, бешенства, коронавирусного энтерита, парвавирусного энтерита. В период лёта комаров – от дираферилиоза, а еще обработка от клещей и блох, дезинфекция вольеров, мест выгула, инвентаря. Кроме того, ветврач контролирует качество пищевой продукции в исправительных учреждениях.
Ради службы в Рыбинске выпускник военно-ветеринарного института переехал с семьей из Костромы и счастлив здесь на своем месте. Белый халат доктор старается не носить, чтобы не напугать своих подопечных – тут все как у людей.
— Все-таки служебная собака научена кусаться, это я не раз испытал на себе, поэтому осторожность важна, — с улыбкой рассказывает Илья.
За животных он переживает, как за детей. Если с собакой приключается что-то серьезное, не спит сутками. Зато когда дела идут на поправку, чувствует удовлетворение от работы. Собака – это очень личное
Ольга Лопухина – старший инструктор кинологической группы отдела охраны СИЗО-2, старший прапорщик внутренней службы – часто приезжает в ИК-12 на тренировочные сборы вместе со своей малинуа по кличке Шуганайт. Эта порода – настоящий ураган, бельгийцев специально выводили для службы. Увидев посторонних у вольера, четырехлетняя Шуганайт скалится и лает аж до хрипа – моя территория, не заходи! Но стоит Ольге появиться рядом, тут же прижимает уши, весело виляет хвостом и лижет ей руки.
— Рвется работать, — смеется хозяйка. — С этой собакой нужно очень много энергии и сил.
Ольга пришла на должность вожатого караульных собак в 2011-м. Хотя любовь к ним у нее случилась еще в юности, когда родители купили на Сенном рынке щенка восточно-европейской овчарки. Спустя время натренированный Дик ушел служить на границу с Монголией.
Сегодня у кинолога живет пять собак — малинуа, русский спаниель, немецкая овчарка, шпиц и дворняжка. Ради них Ольга даже переехала из квартиры в частный дом.
— Закупочных собак не люблю, потому что в случае ухода со службы их придется оставить государству. Предпочитаю работать со своими, — говорит она.
Дело находится для каждого пса. Пять лет назад у сотрудника СИЗО-2 появилось необычное увлечение – вместе с четвероногими друзьями Ольга ищет пропавших людей в составе поисковой команды «Лиза Алерт».
— Мне стало интересно, сможет ли собака, воспитанная в системе ФСИН, проявить себя на таком поприще. Тогда кинологическое направление у поисковиков только развивалось и собакам не особо-то верили. Моя овчарка Арси, которой недавно не стало, показала, что участие собак в поисках значительно сокращает время.
В первый же свой выезд Арси нашла в заданном квадрате тело пенсионерки, которую до этого безрезультатно искали целый месяц. Прошлой осенью она вышла на след двух братьев, потерявшихся в районе Пиняг. Мужчины провели в лесу почти дворе суток и чудом выжили.
— За прошлый год мы выезжали на поиски 68 раз. В ноябре с Шуганайт на станции Лом нарвались на медведя, когда искали тело грибника, которого он растерзал. Так быстро я еще никогда не бегала. Но нужно закончить начатое, будем возвращаться туда весной, ведь родным нужно похоронить человека, — говорит Ольга.
К поиску тел погибших по трупному запаху (его образцы берут в морге) кинолог привлекает и русского спаниеля Кассандру. По собачьим меркам она уже пенсионер, поэтому эстафету готовится принять немецкий шпиц. Кто бы мог подумать, что от декоративного пушистого комочка такая польза будет.
— Его преимущества – мелкий размер и любопытство, залезет туда, куда никому не пробраться. Нас уже привлекали на поиск после пожара – под завалами нашли тело хозяина, хотя думали, что его там нет. В подобных случаях собака – единственный шанс проверить информацию. И она никогда не ошибается.
Какие бы технологии ни были, наших собак ни один робот не заменит. Прежде всего, они наши друзья, а потом напарники. Так хором говорят кинологи. И спорить с ними никто не будет.