Почему гражданское общество в РФ такое гнилое
0
126
Как показано выше, никакой стратегии борьбы за власть у Навального нет. Он почему-то с маниакальным упорством пытается не разрушать правящий режим, а инкорпорироваться в него, используя для этого любую щель. Не получается лично в 2005 г. (Мосгордума), 2013 г. (мэрские), 2018 г. (президентские выборы) - не беда. Он делегирует во власть своих протеже (Кострома и Новосибирск в 2016 г., Москва 2019-м). Навальный и Ко громко вопят, что в России нет выборов, а потом с энтузиазмом собирают подписи, чтобы поучаствовать в том, чего нет. Где логика?
Я вам ее объясню. Однако мой ответ порвет шаблон как тем, кто истово верует в то, что Навал – чья-то марионетка (американский шпион, агент Госдепа, ставленник Кремля, законспирированный преемник-2024), так и хомячкам, что обожествляют его. Дело тут вообще не в Навальном, а в вас. Да-да, вот персонально в тебе, читающем эти строки, пусть даже ты, товарищ, и не фанат Алексея Навального и не его ненавистник.
Политики бывают двух типов по модальности – ведущие и ведомые. Если объяснить предельно просто, то политики ведущего типа формируют тренды которым следует общество, а ведомые следуют трендам, которые формирует общество. Большинство успешных тоталитарных политиков являются ведущими, то есть в прямом смысле слова ведут за собой, создавая новую реальность, часто путем грубого насилия. Таковы были Петр I, Гарибальди, Бисмарк, Ленин, Гитлер, Муссолини, Сталин, Дзедун, Кастро, Ли Куан Ю. Почти всегда ведущие политики – реформаторы или революционеры, вынуждены преодолевать колоссальное сопротивление среды, менять ее под себя. Для них конфронтация – обычное состояние, они стремятся разрешать кризисы через обострение, они не боятся драки. Часто они создают государства имени себя. Наполеоновская Франция, петровская Россия, сталинский СССР, гитлеровская Германия – этими терминами порой обозначаются целые эпохи.
Борис Ельцин конца 80-х-первой половины 90-х годов, пока не впал в алкогольно-медикаментозную кому, являл собой яркий образчик ведущего политика: он постоянно шел на конфликт с окружением, с генеральной линией партии, с большинством на Съезде народных депутатов РСФСР, с президентом, с Верховным Советом (уже будучи президентом), своими соратниками, и всякий раз выходил победителем. Даже терпя поражения, он усиливаля. Так, травля опального Ельцина на съезде нардепов в 1989 г. ослабила его аппаратные позиции, но дала ему массовую электоральную поддержку, благодаря которой он убедительно победил на всенародных выборах президента в 1990 г. Это, кстати, были единственные демократические выборы главы государства за всю историю России. Ельцину (гореть суке в аду!) можно припомнить много грехов, но даже самые отчаянные противники не осмеливались ставить под сомнение то, что в 90-м он выиграл выборы честно. В 1996 г. президент, уже стоя одной ногой в могиле, не испугался идти против всего народа. В марте он, имея ничтожный рейтинг в 3% и антирейтинг порядка 50%, рискнул баллотироваться на второй срок. Да, скорее всего, формально он выборы продул, даже несмотря на то, что Зюганов играл с ним поддавки, но даже в этой ситуации он умудрился сохранить свою легитимность.
А вот современник ЕБН – Миша Горбачов – являет нам совершенно иной пример ведомого политика. Гений аппаратных игр, магистр лицемерия, конъюнктурщик и популист, человек, угождающий всем, хитрый дипломат, способный утопить любой конфликт в балобольстве, канатоходец, балансирующий над пропастью. Любой риск он обходит, как кошка лужу, от точки А к точке Б идет не напролом, а по замысловатой траектории, которую невозможно предсказать. Всем угождает, везде достигает компромисса, избегает личной ответственности в любом опасном деле, ловко переобувается на лету.
Насколько это разные политики, можно судить по их поведению в дни августовского путча: Ельцин – перед толпой у Белого дома на танке; Горбачев отсиживается в санатории, выжидая, чья возьмет. Путин, как абсолютно ведомый политик, часто копипастит Горби. Например, после бойни у телебашни в Вильнюсе в январе 1991 г. верховный главнокомандующий Горбачев делал удивленное лицо и божился, что он не при чем, и вообще, узнал о случившемся из газет. Точно так же и Путин в любой неприятной ситуации отсиживается в кустах, а потом рассказывает, что он тут не при чем, их там нет, полковники ГРУ – гражданские туристы-пидорасы, и вообще, какие ваши доказательства?
Не стоит думать, что ведомые политики – всегда неудачники. Как раз наоборот, благодаря своему феноменальному чутью и умению приспосабливаться к обстоятельствам, они гораздо чаще приходят к личному успеху. Например, Шарль Талейран определял внешнюю политику Франции при трех режимах – директории, империи и Бурбонах. Жириновский, Зюганов – типичные лидеры ведомого типа, они способны оставаться на плаву десятилетиями. Есть среди ведомых и деятели, почитаемые нынче, как великие – Екатерина II, Уинстон Черчилль. Великими их делает время, которое они поняли и приложили все силы, чтобы ему соответствовать. Их можно представить в образе серфингиста, оседлавшего волну. Но они не создают волну, а волна выносит их наверх. Не они делают время великим, а время придает им ореол величия.
Если для ведущих политиков ключевое значение имеют их личные качества, способность подчинять своей воле окружающих, то ведомые должны быть хамелеонами, их сила – в умении нравиться толпе, соответствовать ожиданиям масс, удовлетворять их ожидания. Как нетрудно догадаться, при демократических режимах таланты ведомых политиков более востребованы. Ярко выраженные ведущие лидеры вроде Дональда Трампа приходят к власти очень редко, и чаще всего, они оказываются востребованы в качестве антикризисных менеджеров.
Алексей Навальный – типичный демократический лидер ведомого типа. Он угадывает запросы толпы, он умеет ей нравиться. Он великолепно подстраивается под обстоятельства: надо быть демократом – он травоядный «яблочник», возник запрос на националистическую риторику – и он уже организатор «Русского марша», лидер движения «Народ», гневно провозглашает лозунг «Хватит кормить Кавказ!» и возмущается политикой открытых дверей для мигрантов. Возникло недовольство коррупцией – Навальный тут же забыл про своих друзей-нациков, он вовсю клеймит жуликов и воров, как главную причину всех бед.
Конечно, коррупция – это не причина социальной деструкции, а лишь одно из ее следствий, но это не важно. Важно, что толпа думает именно так. Толпа хочет иметь подтверждение своей правоты, и он виртуозно преподносит его. Толпа жаждет получить простые ответы на сложные вопросы, и Навальный великолепно умеет их выразить в доходчивой мемической форме. Он чутко реагирует на тренды, но он их не формирует. Навальный – зеркало общества. Да, пока, маргинальной части общества, однако за сегодняшними маргиналами будущее. Если они, конечно, не просрут его, что весьма типично для русских.
Исходя из ведомого характера политической сущности Навального, обвинять его в трусости, тупости, безыдейности, конъюнктурности и инфантильности, конечно, можно, и даже нужно, но следует четко понимать: он такой потому, что такова часть социума, чьи интересы он выражает. Эту часть можно маркировать, как гражданское общество. Ну, не может ведомый политик быть зрелым, если незрелость – характерная черта его социальной базы. Если он начнет превосходить свою социальную базу нравственно, идейно, интеллектуально, она его отторгнет. Он перестанет ей соответствовать, перестанет быть своим, окажется на обочине. Толпа же переключит вое внимание на иных кумиров. Чтобы формировать социальную базу «под себя» нужно быть политиком ведущего типа. Гораздо легче подстраиваться под ожидания масс.
Гражданское общество в РФ выглядит пошло и уродливо. Его образуют люди, социально незрелые, феерически инфантильные, не понимающие самых элементарных вещей, фетишисты, абсолютизирующие внешний антураж, но не понимающие сути явлений. Эти дети не способны мыслить стратегическими критериями. Им больно – они плачут. Страшно – кричат. Весело – беззаботно пляшут. Сытно – спокойно спят. Для детей не существует завтра. Для них есть только здесь и сейчас. Глупо требовать от детей ответственности за свое будущее. Для них безответственность является нормой, ответственность за своих чад несут родители. Но когда чада вырастают и остаются детьми – это психическое отклонение, именуемое инфантилизмом.
Алексей Навальный – такой же инфантил, как и его хомячки. Он повзрослеет только тогда, когда из коротких штанишек вырастет гражданское общество. Кстати, сейчас восходит еще одна звезда навальнистского типа – Валерий Соловей, который тоже умеет нравиться тусовке. Попомните мои слова – у этого гражданина большой потенциал политика ведомого типа. Валерия Дмитриевича с восторгом принимает ютубно-фейсбучная тусовка, когда он провозглашает тезисы о том, что русский человек – стихийный либерал.
На самом деле либерализм органически чужд даже русским либералам. Они пока еще не доросли до либерализма, им всего лишь нравится либеральная эстетика. Они - либерал-фетишисты, но не более того. Им нравится мнить себя либералами, потому что это поднимает их самооценку. Стержень либерализма – идея свободы. Но свобода – производная от ответственности. Когда человек способен нести личную ответственность за свои решения, за свой выбор, в том числе ошибочный – он дорос до свободы. Ему не нужен суровый папка с ремнем и мамка, чтоб подтирать ему сопельки, ему не нужны барин и вертухай. Государство нужно, но государство сервисного типа. Для либерала государство – не сакральное божество, не руководящая и направляющая сила, а структура, оказывающая ему определенный перечень услуг согласно заключенного контракта. Этот контракт называется общественным договором.
Русский же человек бежит от любой ответственности, как от чумы. Про зомбо-ватников даже говорить не буду, их порвет от восторга, если в Ебанатории официально введут крепостное право и людишек закрепят за графьями и баронами. Это будет означать для них полную утрату субъектности и совершенную безответственность за свою жизнь. Барин теперь обязан заботиться о сохранности своего экономического актива (вторая нефь!), обеспечивать едой, раздавать жилье, создавать условия для размножения. Будет теперь, кому поплакаться в жилетку, перед кем пасть на колени. Стабильность! Счастье! Не надо думать. Выполняй свои обязанности и получай паек. Соревнуйся с другими холопами в лизоблюдстве и патриотизме, побеждай – получишь печенек сверх нормы.
Но так называемые русские либералы, из коих состоит субстанция, которую они сами называют гражданским обществом столь же глупы, трусливы и, самое главное, безответственны. Они бегут от любой ответственности, только в другую сторону. Если ватные холопы пишут челобитные царю-батюшке на прямую линию со сказочным, то либералы строчат слезливые заметки в The New York Times или «Сноб», апеллируя к некоей сферической в вакууме прогрессивной общественности. Но чуть только дойдет до реального дела, до ситуации, когда нужно совершить моральный выбор, либералы ведут себя абсолютно так же, как ватное холопье: они поступают «как все», и отчаянно травят тех собратьев, кто не согласен со мнением стада. На примере выборов в Мосгордуму вся гнилая сущность столичной гламурно-тусовочной либерастни прет наружу и пенится.
Система прогнила чуть более, чем полностью. Рушится все и вся. Вывод: систему надо менять, чтобы выжить. Но чтобы построить на месте вонючего путирастического режима царство свободы и демократии, необходимо снести правящий режим. Логично? Наступает время морального выбора для каждого внутренне свободного человека: либо ты терпишь, пресмыкаешься, договариваешься, откупаешься, приспосабливаешься к этой отвратительной реальности; либо манифестируешь свое с ней несогласие и начинаешь оказывать ей сопротивление. Сопротивление может быть активным вплоть до терроризма и партизанской борьбы, или пассивным (гражданский бойкот), но оно должно быть системным.
Именно в системном характере поведения выражается пресловутый моральный выбор. Нельзя быть либералом и принципиальным противником режима, но идти с ним на тактическое сотрудничество, если это выгодно. Нельзя публично поддерживать Пуйло, если оно дает лично тебе пять миллионов на лечение больных детишек. Да, детишки сдохнут. Но из-за твоей поддержки сдохнут десятки тысяч детишек, потому что Пуйло стремительно руинирует систему здравоохранения в масштабах страны.
Да, тактически ВЫГОДНО публично отсосать фюреру, получить пять миллионов налом и спасти пять детишек, оправдывая себя тем, что в ином случае эти миллионы просто разворовали бы, и следует делать маленькие добрые дела, пользуясь возможностью. Этот конформизм создает базу, общественный консенсус (вы воруете, но делитесь), опираясь на который элитка разворовывает триллионы, уничтожая медицину, что приводит к сверхсмертности десятков тысяч малышей. То есть любой тактический компромисс с системой приводит к стратегическому поражению общества. Логика ясна? Да, Нютка, Чулпашка и прочие путлеровские шлюхи – конченые мрази, и с этим, наверное, согласится большинство, но разве это самое большинство лучше тех, кого оно поливает говном в фейсбучеках?
Давайте выстроим элементарную математическую модель. Режим бросает за решетку 100 человек, после чего позволяет отбить одного Ваню Голунова. Тактическая победа налицо, но при этом 99 политзеков вообще выпали из информационной повестки. Это то, что нужно фашистам. Они репрессируют еще 200 человек, развлекая гражданское общество борьбой за оправдание трех сестричек. Если суд присяжных оправдает сестер Хачатурян, случится такая эйфория, под шумок которой можно засадить за терроризм полтысячи гражданских активистов, и на это никто не обратит особого внимания. Чем больше гражданское общество выигрывает тактически, тем более карательная система набирает обороты.
Парадокс? Никакого парадокса! Просто гражданское общество принимает правила игры, предложенные Кремлем: можно бороться ЗА спасение отдельного политзека, попавшего в жернова карательной системы, но нельзя бороться ПРОТИВ самой карательной системы. Борешься против карательной системы – попадешь в ее жернова. Борешься за спасение отдельной жертвы в одиночном пикете – будет тебе героическое селфи из автозака, 1000 репостов, 5000 лайков, гранты от Ходорковского, эфиры на «Эхе Газпрома» и политическое убежище в Лондоне по первому желанию. В этой ситуации русские либерасты поголовно делают выбор в пользу коллаборационизма, отказываясь от стратегии борьбы с режимом, и ведут себя по такому, предложенному Кремлем сценарию, который ничем правящему режиму не угрожает.
Возможно, либерасты из-за своей фантастической тупизны даже не осознают механизма столь примитивного развода. Вероятно, осознать то, что они пляшут под дудку чекиздов, им мешает их моральная гнилость. Даже если они и понимают, что к чему, все равно будут отчаянно отрицать это, прикрываясь своими «героическими заслугами» - оторванными мусорами пуговицами и штрафами, выписанными в басманных судах за участие в несанкционированных бунтах на коленях. Причина – в их тотальной безответственности. Безответственный человек в принципе не может быть свободным, он всегда останется рабом, даже если на каждом углу орет о своей приверженности либеральным ценностям.
Теперь перейдем к выборам. Та же самая ситуация морального выбора: ты можешь пойти на компромисс с системой и получишь массу выгод для себя лично. Режим позволит тебе стать мундепом, даже будет платить зарплату в 90 тыс. деревянных и даст служебное авто, как Илюхе Яшину. А тот героически откажется от служебной тачки, отдав ее для нужд социального такси, чем вызовет взрыв восторга у тупого либерастного хомячья и станет чувствовать себя народным героем. Ну, чем не Нюта, спасшая пять детишек? Взамен правящий режим требует всего лишь одно: не бороться с системой, а сотрудничать с ней. Во имя интересов общества, ога, ога. В этой ситуации либерасты всегда делают моральный выбор в пользу дружбы с режимом, благо в глазах безмозглого либерастного сброда эта дружбу легко представить как «борьбу за свободу и демократию».
Но давайте вернемся к Навальному. Он лично участвует в выборах 15 лет, он зарабатывает на выборах деньги (только в 2003 г. на 99 млн. руб. оказал рекламных услуг СПС), он неоднократно организовывал блоки и коалиции за все хорошее против всего плохого. В 100% случаев он позорно обосрался. Наиболее феерично обделался Анатольич в 2015 г., когда ни один из участников его платформы на региональных выборах в Новосибе и Костроме не то, что не победил, а даже регистрации не получил. Какие выводы из всего этого должен сделать любой вменяемый человек? То, что в РФ никаких выборов нет.
Избирательная система управляется по звонку мэра, губернатора или клерка из АП. Прямо на ваших глазах реальность пробивает очередное днище: на муниципальных выборах в Питере десятки кандидатов-либеральчиков не то что зарегистрироваться в качестве кандидатов не способны – они не могут даже сдать документы в избирательные комиссии, потому что их оттуда, как сявок, вышвыривают за шкварник менты. Они часами стучатся в двери избиркома, и снимают на телефон, как их с хохотком посылают на..уй. Так работает система. Сочувствовать тем лохам-либерастам, которые с этой системой в 100500-ый раз пытаются поиграть в «честные выборы», я не буду. Они заслуживают тот предмет во рту, который им постоянно предлагают пососать вместо швабодных выбобов.
Однако к Навальному у меня вопрос: дружок, а почему ты, неоднократно поиметый путинской избирательно-ипательной системой в разные места, опять призываешь свою паству поиграть в выборные наперстки с Собяниным на выборах в Мосгордуму? Лично Навальный мне, конечно, не ответит. Он слишком труслив и слаб интеллектуально. Он, так же, как и Путин, панически боится дискуссий, дебатов и диспутов, предпочитая общаться со своей паствой в режиме монолога. Поэтому я сам дам ответ на свой же вопрос. (Продолжение следует).
Я вам ее объясню. Однако мой ответ порвет шаблон как тем, кто истово верует в то, что Навал – чья-то марионетка (американский шпион, агент Госдепа, ставленник Кремля, законспирированный преемник-2024), так и хомячкам, что обожествляют его. Дело тут вообще не в Навальном, а в вас. Да-да, вот персонально в тебе, читающем эти строки, пусть даже ты, товарищ, и не фанат Алексея Навального и не его ненавистник.
Политики бывают двух типов по модальности – ведущие и ведомые. Если объяснить предельно просто, то политики ведущего типа формируют тренды которым следует общество, а ведомые следуют трендам, которые формирует общество. Большинство успешных тоталитарных политиков являются ведущими, то есть в прямом смысле слова ведут за собой, создавая новую реальность, часто путем грубого насилия. Таковы были Петр I, Гарибальди, Бисмарк, Ленин, Гитлер, Муссолини, Сталин, Дзедун, Кастро, Ли Куан Ю. Почти всегда ведущие политики – реформаторы или революционеры, вынуждены преодолевать колоссальное сопротивление среды, менять ее под себя. Для них конфронтация – обычное состояние, они стремятся разрешать кризисы через обострение, они не боятся драки. Часто они создают государства имени себя. Наполеоновская Франция, петровская Россия, сталинский СССР, гитлеровская Германия – этими терминами порой обозначаются целые эпохи.
Борис Ельцин конца 80-х-первой половины 90-х годов, пока не впал в алкогольно-медикаментозную кому, являл собой яркий образчик ведущего политика: он постоянно шел на конфликт с окружением, с генеральной линией партии, с большинством на Съезде народных депутатов РСФСР, с президентом, с Верховным Советом (уже будучи президентом), своими соратниками, и всякий раз выходил победителем. Даже терпя поражения, он усиливаля. Так, травля опального Ельцина на съезде нардепов в 1989 г. ослабила его аппаратные позиции, но дала ему массовую электоральную поддержку, благодаря которой он убедительно победил на всенародных выборах президента в 1990 г. Это, кстати, были единственные демократические выборы главы государства за всю историю России. Ельцину (гореть суке в аду!) можно припомнить много грехов, но даже самые отчаянные противники не осмеливались ставить под сомнение то, что в 90-м он выиграл выборы честно. В 1996 г. президент, уже стоя одной ногой в могиле, не испугался идти против всего народа. В марте он, имея ничтожный рейтинг в 3% и антирейтинг порядка 50%, рискнул баллотироваться на второй срок. Да, скорее всего, формально он выборы продул, даже несмотря на то, что Зюганов играл с ним поддавки, но даже в этой ситуации он умудрился сохранить свою легитимность.
А вот современник ЕБН – Миша Горбачов – являет нам совершенно иной пример ведомого политика. Гений аппаратных игр, магистр лицемерия, конъюнктурщик и популист, человек, угождающий всем, хитрый дипломат, способный утопить любой конфликт в балобольстве, канатоходец, балансирующий над пропастью. Любой риск он обходит, как кошка лужу, от точки А к точке Б идет не напролом, а по замысловатой траектории, которую невозможно предсказать. Всем угождает, везде достигает компромисса, избегает личной ответственности в любом опасном деле, ловко переобувается на лету.
Насколько это разные политики, можно судить по их поведению в дни августовского путча: Ельцин – перед толпой у Белого дома на танке; Горбачев отсиживается в санатории, выжидая, чья возьмет. Путин, как абсолютно ведомый политик, часто копипастит Горби. Например, после бойни у телебашни в Вильнюсе в январе 1991 г. верховный главнокомандующий Горбачев делал удивленное лицо и божился, что он не при чем, и вообще, узнал о случившемся из газет. Точно так же и Путин в любой неприятной ситуации отсиживается в кустах, а потом рассказывает, что он тут не при чем, их там нет, полковники ГРУ – гражданские туристы-пидорасы, и вообще, какие ваши доказательства?
Не стоит думать, что ведомые политики – всегда неудачники. Как раз наоборот, благодаря своему феноменальному чутью и умению приспосабливаться к обстоятельствам, они гораздо чаще приходят к личному успеху. Например, Шарль Талейран определял внешнюю политику Франции при трех режимах – директории, империи и Бурбонах. Жириновский, Зюганов – типичные лидеры ведомого типа, они способны оставаться на плаву десятилетиями. Есть среди ведомых и деятели, почитаемые нынче, как великие – Екатерина II, Уинстон Черчилль. Великими их делает время, которое они поняли и приложили все силы, чтобы ему соответствовать. Их можно представить в образе серфингиста, оседлавшего волну. Но они не создают волну, а волна выносит их наверх. Не они делают время великим, а время придает им ореол величия.
Если для ведущих политиков ключевое значение имеют их личные качества, способность подчинять своей воле окружающих, то ведомые должны быть хамелеонами, их сила – в умении нравиться толпе, соответствовать ожиданиям масс, удовлетворять их ожидания. Как нетрудно догадаться, при демократических режимах таланты ведомых политиков более востребованы. Ярко выраженные ведущие лидеры вроде Дональда Трампа приходят к власти очень редко, и чаще всего, они оказываются востребованы в качестве антикризисных менеджеров.
Алексей Навальный – типичный демократический лидер ведомого типа. Он угадывает запросы толпы, он умеет ей нравиться. Он великолепно подстраивается под обстоятельства: надо быть демократом – он травоядный «яблочник», возник запрос на националистическую риторику – и он уже организатор «Русского марша», лидер движения «Народ», гневно провозглашает лозунг «Хватит кормить Кавказ!» и возмущается политикой открытых дверей для мигрантов. Возникло недовольство коррупцией – Навальный тут же забыл про своих друзей-нациков, он вовсю клеймит жуликов и воров, как главную причину всех бед.
Конечно, коррупция – это не причина социальной деструкции, а лишь одно из ее следствий, но это не важно. Важно, что толпа думает именно так. Толпа хочет иметь подтверждение своей правоты, и он виртуозно преподносит его. Толпа жаждет получить простые ответы на сложные вопросы, и Навальный великолепно умеет их выразить в доходчивой мемической форме. Он чутко реагирует на тренды, но он их не формирует. Навальный – зеркало общества. Да, пока, маргинальной части общества, однако за сегодняшними маргиналами будущее. Если они, конечно, не просрут его, что весьма типично для русских.
Исходя из ведомого характера политической сущности Навального, обвинять его в трусости, тупости, безыдейности, конъюнктурности и инфантильности, конечно, можно, и даже нужно, но следует четко понимать: он такой потому, что такова часть социума, чьи интересы он выражает. Эту часть можно маркировать, как гражданское общество. Ну, не может ведомый политик быть зрелым, если незрелость – характерная черта его социальной базы. Если он начнет превосходить свою социальную базу нравственно, идейно, интеллектуально, она его отторгнет. Он перестанет ей соответствовать, перестанет быть своим, окажется на обочине. Толпа же переключит вое внимание на иных кумиров. Чтобы формировать социальную базу «под себя» нужно быть политиком ведущего типа. Гораздо легче подстраиваться под ожидания масс.
Гражданское общество в РФ выглядит пошло и уродливо. Его образуют люди, социально незрелые, феерически инфантильные, не понимающие самых элементарных вещей, фетишисты, абсолютизирующие внешний антураж, но не понимающие сути явлений. Эти дети не способны мыслить стратегическими критериями. Им больно – они плачут. Страшно – кричат. Весело – беззаботно пляшут. Сытно – спокойно спят. Для детей не существует завтра. Для них есть только здесь и сейчас. Глупо требовать от детей ответственности за свое будущее. Для них безответственность является нормой, ответственность за своих чад несут родители. Но когда чада вырастают и остаются детьми – это психическое отклонение, именуемое инфантилизмом.
Алексей Навальный – такой же инфантил, как и его хомячки. Он повзрослеет только тогда, когда из коротких штанишек вырастет гражданское общество. Кстати, сейчас восходит еще одна звезда навальнистского типа – Валерий Соловей, который тоже умеет нравиться тусовке. Попомните мои слова – у этого гражданина большой потенциал политика ведомого типа. Валерия Дмитриевича с восторгом принимает ютубно-фейсбучная тусовка, когда он провозглашает тезисы о том, что русский человек – стихийный либерал.
На самом деле либерализм органически чужд даже русским либералам. Они пока еще не доросли до либерализма, им всего лишь нравится либеральная эстетика. Они - либерал-фетишисты, но не более того. Им нравится мнить себя либералами, потому что это поднимает их самооценку. Стержень либерализма – идея свободы. Но свобода – производная от ответственности. Когда человек способен нести личную ответственность за свои решения, за свой выбор, в том числе ошибочный – он дорос до свободы. Ему не нужен суровый папка с ремнем и мамка, чтоб подтирать ему сопельки, ему не нужны барин и вертухай. Государство нужно, но государство сервисного типа. Для либерала государство – не сакральное божество, не руководящая и направляющая сила, а структура, оказывающая ему определенный перечень услуг согласно заключенного контракта. Этот контракт называется общественным договором.
Русский же человек бежит от любой ответственности, как от чумы. Про зомбо-ватников даже говорить не буду, их порвет от восторга, если в Ебанатории официально введут крепостное право и людишек закрепят за графьями и баронами. Это будет означать для них полную утрату субъектности и совершенную безответственность за свою жизнь. Барин теперь обязан заботиться о сохранности своего экономического актива (вторая нефь!), обеспечивать едой, раздавать жилье, создавать условия для размножения. Будет теперь, кому поплакаться в жилетку, перед кем пасть на колени. Стабильность! Счастье! Не надо думать. Выполняй свои обязанности и получай паек. Соревнуйся с другими холопами в лизоблюдстве и патриотизме, побеждай – получишь печенек сверх нормы.
Но так называемые русские либералы, из коих состоит субстанция, которую они сами называют гражданским обществом столь же глупы, трусливы и, самое главное, безответственны. Они бегут от любой ответственности, только в другую сторону. Если ватные холопы пишут челобитные царю-батюшке на прямую линию со сказочным, то либералы строчат слезливые заметки в The New York Times или «Сноб», апеллируя к некоей сферической в вакууме прогрессивной общественности. Но чуть только дойдет до реального дела, до ситуации, когда нужно совершить моральный выбор, либералы ведут себя абсолютно так же, как ватное холопье: они поступают «как все», и отчаянно травят тех собратьев, кто не согласен со мнением стада. На примере выборов в Мосгордуму вся гнилая сущность столичной гламурно-тусовочной либерастни прет наружу и пенится.
Система прогнила чуть более, чем полностью. Рушится все и вся. Вывод: систему надо менять, чтобы выжить. Но чтобы построить на месте вонючего путирастического режима царство свободы и демократии, необходимо снести правящий режим. Логично? Наступает время морального выбора для каждого внутренне свободного человека: либо ты терпишь, пресмыкаешься, договариваешься, откупаешься, приспосабливаешься к этой отвратительной реальности; либо манифестируешь свое с ней несогласие и начинаешь оказывать ей сопротивление. Сопротивление может быть активным вплоть до терроризма и партизанской борьбы, или пассивным (гражданский бойкот), но оно должно быть системным.
Именно в системном характере поведения выражается пресловутый моральный выбор. Нельзя быть либералом и принципиальным противником режима, но идти с ним на тактическое сотрудничество, если это выгодно. Нельзя публично поддерживать Пуйло, если оно дает лично тебе пять миллионов на лечение больных детишек. Да, детишки сдохнут. Но из-за твоей поддержки сдохнут десятки тысяч детишек, потому что Пуйло стремительно руинирует систему здравоохранения в масштабах страны.
Да, тактически ВЫГОДНО публично отсосать фюреру, получить пять миллионов налом и спасти пять детишек, оправдывая себя тем, что в ином случае эти миллионы просто разворовали бы, и следует делать маленькие добрые дела, пользуясь возможностью. Этот конформизм создает базу, общественный консенсус (вы воруете, но делитесь), опираясь на который элитка разворовывает триллионы, уничтожая медицину, что приводит к сверхсмертности десятков тысяч малышей. То есть любой тактический компромисс с системой приводит к стратегическому поражению общества. Логика ясна? Да, Нютка, Чулпашка и прочие путлеровские шлюхи – конченые мрази, и с этим, наверное, согласится большинство, но разве это самое большинство лучше тех, кого оно поливает говном в фейсбучеках?
Давайте выстроим элементарную математическую модель. Режим бросает за решетку 100 человек, после чего позволяет отбить одного Ваню Голунова. Тактическая победа налицо, но при этом 99 политзеков вообще выпали из информационной повестки. Это то, что нужно фашистам. Они репрессируют еще 200 человек, развлекая гражданское общество борьбой за оправдание трех сестричек. Если суд присяжных оправдает сестер Хачатурян, случится такая эйфория, под шумок которой можно засадить за терроризм полтысячи гражданских активистов, и на это никто не обратит особого внимания. Чем больше гражданское общество выигрывает тактически, тем более карательная система набирает обороты.
Парадокс? Никакого парадокса! Просто гражданское общество принимает правила игры, предложенные Кремлем: можно бороться ЗА спасение отдельного политзека, попавшего в жернова карательной системы, но нельзя бороться ПРОТИВ самой карательной системы. Борешься против карательной системы – попадешь в ее жернова. Борешься за спасение отдельной жертвы в одиночном пикете – будет тебе героическое селфи из автозака, 1000 репостов, 5000 лайков, гранты от Ходорковского, эфиры на «Эхе Газпрома» и политическое убежище в Лондоне по первому желанию. В этой ситуации русские либерасты поголовно делают выбор в пользу коллаборационизма, отказываясь от стратегии борьбы с режимом, и ведут себя по такому, предложенному Кремлем сценарию, который ничем правящему режиму не угрожает.
Возможно, либерасты из-за своей фантастической тупизны даже не осознают механизма столь примитивного развода. Вероятно, осознать то, что они пляшут под дудку чекиздов, им мешает их моральная гнилость. Даже если они и понимают, что к чему, все равно будут отчаянно отрицать это, прикрываясь своими «героическими заслугами» - оторванными мусорами пуговицами и штрафами, выписанными в басманных судах за участие в несанкционированных бунтах на коленях. Причина – в их тотальной безответственности. Безответственный человек в принципе не может быть свободным, он всегда останется рабом, даже если на каждом углу орет о своей приверженности либеральным ценностям.
Теперь перейдем к выборам. Та же самая ситуация морального выбора: ты можешь пойти на компромисс с системой и получишь массу выгод для себя лично. Режим позволит тебе стать мундепом, даже будет платить зарплату в 90 тыс. деревянных и даст служебное авто, как Илюхе Яшину. А тот героически откажется от служебной тачки, отдав ее для нужд социального такси, чем вызовет взрыв восторга у тупого либерастного хомячья и станет чувствовать себя народным героем. Ну, чем не Нюта, спасшая пять детишек? Взамен правящий режим требует всего лишь одно: не бороться с системой, а сотрудничать с ней. Во имя интересов общества, ога, ога. В этой ситуации либерасты всегда делают моральный выбор в пользу дружбы с режимом, благо в глазах безмозглого либерастного сброда эта дружбу легко представить как «борьбу за свободу и демократию».
Но давайте вернемся к Навальному. Он лично участвует в выборах 15 лет, он зарабатывает на выборах деньги (только в 2003 г. на 99 млн. руб. оказал рекламных услуг СПС), он неоднократно организовывал блоки и коалиции за все хорошее против всего плохого. В 100% случаев он позорно обосрался. Наиболее феерично обделался Анатольич в 2015 г., когда ни один из участников его платформы на региональных выборах в Новосибе и Костроме не то, что не победил, а даже регистрации не получил. Какие выводы из всего этого должен сделать любой вменяемый человек? То, что в РФ никаких выборов нет.
Избирательная система управляется по звонку мэра, губернатора или клерка из АП. Прямо на ваших глазах реальность пробивает очередное днище: на муниципальных выборах в Питере десятки кандидатов-либеральчиков не то что зарегистрироваться в качестве кандидатов не способны – они не могут даже сдать документы в избирательные комиссии, потому что их оттуда, как сявок, вышвыривают за шкварник менты. Они часами стучатся в двери избиркома, и снимают на телефон, как их с хохотком посылают на..уй. Так работает система. Сочувствовать тем лохам-либерастам, которые с этой системой в 100500-ый раз пытаются поиграть в «честные выборы», я не буду. Они заслуживают тот предмет во рту, который им постоянно предлагают пососать вместо швабодных выбобов.
Однако к Навальному у меня вопрос: дружок, а почему ты, неоднократно поиметый путинской избирательно-ипательной системой в разные места, опять призываешь свою паству поиграть в выборные наперстки с Собяниным на выборах в Мосгордуму? Лично Навальный мне, конечно, не ответит. Он слишком труслив и слаб интеллектуально. Он, так же, как и Путин, панически боится дискуссий, дебатов и диспутов, предпочитая общаться со своей паствой в режиме монолога. Поэтому я сам дам ответ на свой же вопрос. (Продолжение следует).