Бандподполье строгого режима: Как в калмыцкой колонии готовили террористов

Террористическая ячейка, в которую входили более ста заключённых, просуществовала под «крышей» руководства зоны почти шесть лет

Без малого шесть лет, начиная с 2013 года, в ИК-2 Калмыкии действовала подпольная террористическая группировка, включавшая в себя более ста зеков – шестую часть (!) всех отбывающих наказание в этом исправительном учреждении.

И некоторые из них, включая самого главаря и основателя, к моменту ликвидации преступного сообщества уже успели освободиться и приступить к тому, к чему они там готовились, под боком у сотрудников колонии.

Как это стало возможно и что привело к разгрому группировки, выяснил Царьград.

Создателя ячейки уничтожили ещё четыре года назад. А дело его процветало

Учреждение ИК-2, входящее в состав Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Калмыкия, – колония строгого режима (см. ниже «Досье Царьграда»).

То есть уровень обеспечения охраны и оперативного надзора там должен быть соответствующим.

Та самая ИК-2, где шестая часть осуждённых вступила в террористическую ячейку. Фото: Управление ФСИН по республике Калмыкия.

Но почему-то его, этого должного уровня, не оказалось.

Из досье Царьграда:

Исправительно-трудовая колония № 2, рассчитанная на восемьсот заключённых, была организована на ферме № 3 совхоза «Кировский» Яшкульского района Калмыцкой АССР в 1968 году.

Первый год существования она была «усиленного режима», но уже в 1969-м её перевели в разряд «строгих». Туда свозили осуждённых за тяжкие преступления со всего юга страны.

В конце 80-х из ИТК решили сделать лечебно-трудовой профилакторий – для хронических алкоголиков из числа рецидивистов, и в таком виде она продержалась ещё шесть лет.

Наконец, в 1994-м, поскольку на тот момент государство решило отказаться от подобных мест лишения свободы «в связи с сокращением численности профилактируемых», колония в поселке Яшкуль уже обрела, по сути, современные черты, став ИК-2 строгого режима.

В настоящее время, как некогда и в советское, основной контингент, по информации Царьграда, составляют осуждённые к длительным срокам уроженцы Северо-Кавказского региона. Но с поправкой: среди них немало тех, кто участвовал в незаконных бандформированиях.

Фото: Jonas Petrovas / Shutterstock.com

На зоне шьют полотенца, трусы, костюмы и шапки или делают мебель и декоративные кораблики, нарды и шкатулки. А ещё здесь возникла полноценная террористическая ячейка, разросшаяся к 2019 году до ста с лишним человек.

Создал её в 2013 году, как указывает Следственный комитет, «в целях пропаганды, оправдания и поддержки терроризма», некий уроженец Дагестана, мотавший свой второй срок за незаконный оборот оружия (первая посадка, кстати, была за то же самое).

Сам он, впрочем, спустя год вышел на свободу «с чистой совестью», уехал к себе на малую родину и... тут же ушёл в подполье, примкнув к боевикам. Как ранее это сделали двое его родственников, ликвидированных в тот год, когда он сам первый раз отправился за решётку.

Взяв себе другое имя и вступив в ряды ИГ*, он возвысился до «амира», то есть правителя, одного из городов Дагестана. В 2015-м его тоже уничтожили – в ходе спецоперации ФСБ: по информации Национального антитеррористического комитета, он успел за это время принять участие в ряде покушений на силовиков и в откровенно бандитских наездах на местных бизнесменов, с которых вымогал деньги на поддержку незаконных формирований.

Между тем дело, которое начал боевик в калмыцкой колонии, продолжало жить и процветать.

Я не удивлён, что такое сообщество возникло в местах лишения свободы, – рассказал Царьграду генерал запаса Александр Михайлов, бывший оперативник органов госбезопасности, возглавлявший в 90-х Центр общественных связей ФСБ. – С одной стороны, есть такие колонии, где специально собирают лидеров различных группировок – прежде всего потому, что их так проще контролировать. С другой же – в подобных преступных сообществах выстроена иерархия, установлены свои правила, там собираются люди, близкие по духу и образу мышления.

Однако есть и ещё один фактор, который способствовал существованию подполья, продолжает эксперт, – коррупционный.

Связь с внешним миром – через тех, кто должен её ограничивать

Об этом же говорят и в СКР.

В кабинете у первого замначальника УФСИН по Калмыкии Виктора Гребенникова провели обыск. Фото: Управление ФСИН по республике Калмыкия

«Руководство колонии за денежное вознаграждение оказывало общее покровительство членам указанного террористического сообщества, – сообщили Царьграду в Следкоме. – В Калмыкии, Кабардино-Балкарии, Дагестане, Краснодарском крае и Волгоградской области проведены масштабные мероприятия, в том числе обыски по местам жительства подозреваемых и их близких родственников, а также в служебном кабинете первого заместителя начальника УФСИН России по Республике Калмыкия».

Пост первого замглавы республиканского управления с конца 2015 года занимает полковник внутренней службы Виктор Гребенников, который в системе ФСИН работает с 2002-го, до назначения в Калмыкию он проходил службу в исправительных учреждениях соседней Волгоградской области.

Таким образом, с учётом вовлечённости в процесс одного из основных сотрудников регионального ведомства (иначе с какой бы стати на его рабочем месте стали бы что-то искать?), да и при непосредственном участии руководства зоны, всё тайное становится вполне явным.

«О чём идет речь? Контакты с внешним миром (те же мобильные телефоны – ведь кто станет, проще говоря, проверять руководство, когда оно заходит на территорию?), возможность получать деньги, проводить свои «собрания», послабления при обеспечении режима содержания, – говорит наш источник в силовых структурах. – Места принудительного содержания – идеальные условия, люди проживают вместе, компактно, в трудных условиях, это консолидирует. Если они ещё и связаны одной религией плюс появляется некий «проповедник» – это уже благодатнейшая почва для подобных вещей».

В ходе обысков у членов группировки было изъято холодное оружие и мобильные телефоны. Фото: Следственный комитет Российской Федерации

Мотивы войти в группировку у уголовников были очевидные, продолжает собеседник Царьграда: во-первых, большинство действительно получили сроки за серьёзные преступления (в том числе экстремистской направленности), во-вторых, значимую роль сыграла принадлежность к одному вероисповеданию и происхождению.

«Вышли на свободу – сыты, одеты, с оружием и деньгами»

Кому они нужны после выхода из зоны? Никому. И тут появляется человек, который говорит: «Братья, у меня есть для вас вариант – и вы будете сыты, одеты-обуты и при деньгах». Стандартная вербовка, с одним только отличием: там никого уговаривать особо не приходилось,

– объясняет источник.

Соответственно, в российской колонии (ещё раз акцентируем на этом внимание – под бдительным присмотром надзирателей) ковалось будущее пополнение для террористов. И следствию ещё предстоит выяснить, кто из ранее освободившихся куда подался.

К настоящему времени, по данным СКР, вне стен ИК-2 задержаны только пятеро: трое в Дагестане, один на Кубани, ещё один – в Волгоградской области. По сведениям нашего источника, все они пытались выстроить взаимодействие с бандподпольем уже на воле.

Не важно, что сам организатор ликвидирован, он оставил приемника, – говорит наш собеседник. – Главное, что были каналы, цели и задачи.

Разрушить схему удалось благодаря одновременной работе по нескольким направлениям. Прежде всего – оперативники из центрального аппарата получили информацию о том, что происходит в колонии. Затем – проколы самих замешанных в коррупционной схеме сотрудников (это работа собственной безопасности). И, наконец, действия уже вышедших на свободу членов организации, искавших контакты террористов.

Оперативное сопровождение обеспечивали сотрудники сразу трёх ведомств – ФСБ, МВД и ФСИН.

Сейчас всех, кто участвовал в бандподполье, «нагрузив» новыми сроками, скорее всего, распределят по другим зонам – только уже особого режима, где каждого возьмут под дополнительный контроль.

Вообще же, источник связывает активность ФСБ и службы собственной безопасности ФСИН с тем, что во главе Федеральной службы исполнения наказаний встал выходец из рядов госбезопасности. До этого, напомнил он, был арестован начальник ГУФСИН по Ростовской области, а также прошли массовые задержания сотрудников системы в Дагестане и в других регионах (Костромской и Новосибирской областях, Республике Коми и др.).

Скорее всего, по его словам, чистки рядов в пенитенциарной системе в ближайшее время продолжатся.

*ИГИЛ, ИГ* – запрещённые в России экстремистские и террористические организации.