Дар веков. Айдамир Наниз - о портрете народа и лезгинке у Рейхстага

«Не верю в то, что адыгский танец может исчезнуть. На ежегодный летний адыгэ джэгу в Майкоп выстраивается очередь желающих танцевать. И пока его исполняют молодые, народный адыгский танец будет жить», - уверен народный артист Адыгеи, заслуженный артист Кабардино-Балкарии Айдамир Наниз.

Судьбы переплетенье

Карина Кадиева, «АиФ-Адыгея»: - В этом году ансамблю «Зори Майкопа» исполнилось 29 лет. Как переплелись ваши судьбы?

Айдамир Наниз: Они переплелись потому, наверное, что я с детства был связан с народным танцем. Когда мне было 12, в наш аул приехали артисты уже в те годы знаменитого на весь мир «Нальмэса». Мира Халаште и Алик Теучеж отбирали талантливых ребят для ансамбля. Отбор был жесточайший, но я прошёл. Родители были против, и их можно понять: 12-летний мальчик уезжает в город, чтобы жить вдали от дома и получить далеко не хлебную профессию. Но самый главный человек в доме - моя бабушка - дала добро, и я поехал.

Так оказался в Майкопе, где пять лет вместе с 11 ребятами и 12 девочками (нас было 12 пар) постигал секреты адыгского танца, танцев народов мира. Но не прошло и недели с начала работы в «Нальмэсе», как меня взяли в армию.

Но мне и тут повезло: вместе с Русланом Абдоковым я попал в ансамбль военной песни и пляски. Благодаря отличной подготовке, за что спасибо педагогам училища, мы стали ведущими танцорами. И за два года мы объездили с гастролями почти весь Союз - от Прибалтики до Минвод. После армии я вернулся в «Нальмэс».

Ещё во время работы там, меня не раз приглашали как репетитора в ансамбль «Зори Майкопа». Я хорошо знал ребят, знал, на что в танце каждый из них способен.

Человек активный и непоседливый, я был рад присоединиться к ансамблю «Зори Майкопа» и продолжать заниматься тем, что люблю - народным адыгским танцем. Тем более что наши ребята активно пополняют лучшие танцевальные коллективы Адыгеи - «Нальмэс» и «Исламей».

Ритмы истории

- Говорят, что на репетициях профессиональных танцовщиков должна царить практически палочная дисциплина и авторитаризм. Согласны?

- Может быть, для профессионального коллектива. Но для детского ансамбля метод кнута и пряника не подходит: разбегутся.

Для меня быть руководителем детского ансамбля - вещь страшная! (смеётся). Намного легче быть танцовщиком: отвечаешь сам за себя. Учить детей куда сложнее! И поэтому особенно радуешься, когда видишь, как на твоих глазах и при твоём непосредственном участии расцветает талант. Значит, не зря тратил нервы, время и силы!

Но есть в нашей профессии и печальная сторона: когда ребёнок делает в танце успехи, его вдруг забирают, чтобы готовить к ЕГЭ, чтобы дать более нужную, по мнению родителей, профессию.

В наше время у ребят должен быть могучий стимул для занятий. Поэтому мы им периодически преподносим «пряники»: в июле «Зори Майкопа» выступили на Международном фестивале кавказского танца и песни в турецком городе Ялова.

Буквально на днях мы выступили на Кремлёвском кадетском балу в Москве. Третий год нас приглашают на это масштабное мероприятие, внесённое в Книгу рекордов Гиннесса.

В этом году, в преддверии 75-летия Победы, организаторы представили на балу инсценировку «Взятие Рейхстага». Есть в исторических фронтовых кадрах момент, когда у поверженного Рейхстага счастливые солдаты танцуют лезгинку. «Зори Майкопа» исполнят её на Кремлёвском балу. И ещё одним номером «Моя Адыгея» из фрагментов старинных адыгских танцев мы порадуем зрителей в завершение бала.

Сила притяжения

- За 29 лет «Зори Майкопа», наверное, перетанцевали все адыгские танцы. За счёт чего пополняете репертуар?

- Народный адыгский танец себя никогда не исчерпает - это богатейшая кладовая. За 29 лет мы ещё и половины из неё не вычерпали. А поскольку задача коллектива - сохранить народный танец, не нарушая его аутентичности, в период подготовки новых постановок и костюмов к ним идёт плотная работа с историками, этнографами.

Есть в репертуаре ансамбля медленный княжеский танец «Зафак». Его танцуют пары. Причём девушки - на тляпатетах, с веерами в руках. На следующий год, к своему 30-летию, мы покажем ещё один «Зафак». Но это уже будет история любви.

- Игорь Моисеев называл народный танец пластическим портретом нации. Каким получился портрет адыгов?

- Очень ярким и изысканным. В мужчине это рыцарское отношение к женщине, достоинство и честь. В женщине - изящество, нежность и целомудрие.

Я глубоко убеждён, что народный танец - это самый щедрый подарок наших предков из глубины веков. Он оттачивался годами, он вбирал в себя всё самое лучшее, что есть у народа. А потому он и сегодня обладает огромной силой притяжения, как говорил Моисеев, «зажигает кровь мышечной радостью».

- Учёные России бьют тревогу по поводу исчезновения родных языков. Как обстоят дела с народным танцем?

- Я разделяю тревогу по поводу родного языка. Думаю, это серьёзная проблема общества.
Чтобы хоть как-то поправить положение, в ансамбле я требую от ребят говорить со мной только на родном языке. А для закрепления мы проводим игровые пятиминутки: они отвечают на мои вопросы с использованием новых для них адыгских слов, записанных в специальных
тетрадках.

Что же касается адыгского танца, думаю, рано его хоронить. Пока его танцуют молодые, адыгский народный танец будет жить.