Как спасти город в Челябинской области от ядовитой реки цвета хурмы?

В Челябинской области, несмотря на предпринятые меры, ядовитая река отравляет природу. Земля пропитана свинцом и серой. В городе Карабаш добывали железную руду, золото и медь еще в XIX веке, а кислотные дожди идут до сих пор. И пока местные власти рапортуют о решении проблемы, токсичный ручей убивает все живое.

Корреспондент МИЦ «Известия» Светлана Свечкарева о мертвой реке. Подробности в репортаже.

Апельсиновые реки, берега цвета спелой хурмы. Эти марсианские пейзажи — визитная карточка города Карабаш, который раньше называли самой грязной точкой на карте планеты. Но и после потери этого статуса и земля, и вода здесь по-прежнему кислотно-оранжевые.

Этот ручей вытекает из города, такой яркий цвет воде придают тяжелые металлы, которые она собирает на своем пути, проходя через огромные горы шлакоотвалов.

Все это — мертвая земля. Здесь не растут ни деревья, ни трава. Стоит воде попасть на такой участок, она впитывает в себя все, что есть в отравленной почве.

«Шахтовая вода, она если капает на металл — проедает железо насквозь. Ой, не дай бог в глаз попадет, а медь-то надо было, вы чего, изуродовали!.. Необходимость была», — говорит шахтер Геннадий Мышкин.

Еще при царской России в Карабаше нашли золото, потом — медь. Дальше — годы разработки ударных советских пятилеток. Кислотные дожди из испарений свинца, серы и мышьяка больше века уничтожали все живое.

«Картошка горела, все, что садили в огороде, все горело. Сейчас нет такого», — рассказывает житель г. Карабаш Алена Акланова.

Дышать стало легче, когда в Карабаше наконец задумались об экологии. Эту реку год назад отправили по новому руслу. Теперь она не течет по отравленной земле. Хотя раньше попадала в водохранилище. Но тот самый рыжий ручей — по сути, дождевой сток — все равно остался. А местные чиновники поспешили отчитаться — уровень вредных веществ в водохранилище снизился в 20 раз.

«Остался чисто визуальный эффект, сама вода чистая, она отводится. Те стоки, которые все равно скапливаются, они оседают, и переливается только чистая вода», — заявил замминистра экологии Челябинской области Виталий Безруков.

Вот только даже официальные данные говорят об обратном. В том самом накопителе, где по задумке оранжевая вода отстаивается, чтобы все примеси опали на дно, концентрация цинка и меди все равно зашкаливает. Это цифры министерства экологии. Столбик слева — норма. Цифра посередине — при входе в водоем. Красные столбики справа — спустя полгода после отстаивания.

«Вода на данном объекте безусловно опасна для жизни. С учетом того, что концентрация, которая обнаружена, превышает в десятки раз предельно допустимые концентрации», — поясняет эколог Борис Кокотов.

В источник питьевой воды все это якобы не попадает. Но продолжает убивать почву, а с ней и все вокруг. На заводе «Карабашмедь», который принадлежит Русской медной компании, почему-то уверяют — они здесь ни при чем.

«Производится очистка технологической воды, а также дождевых и талых вод, которые собираются с территории промышленной площадки», — сообщил директор Управления информационной политики и связей с общественностью РМК Станислав Залуговский.

Хотя каждому очевидно: это предприятие — единственное в городе, которое может так сильно повлиять на экологию. Еще десять лет назад прокуратура наконец обязала завод модернизировать производство. И теперь якобы воду очищают фильтры. Хотя местные жители уверяют — ничего по факту не изменилось. А сделанного все равно мало.

«Сколько будет действовать завод, столько и нужно будет принимать меры для очищения», — говорит блогер Ксения Желнина.

Если с водой хоть как-то разобрались, то спасать выжженную землю пока так и не начали. Именно там и остались те самые марсианские пейзажи. И черные лысые горы, которые когда-то были золотыми.