Изнасилованная на Сейшелах журналистка Анна Карабаш требует справедливости. Суд назначен на 22 февраля
Изнасилованная на Сейшелах журналистка Анна Карабаш требует справедливости. Суд назначен на 22 февраля Год назад журналистка Анна Карабаш рассказала сайту SPLETNIK.RU страшную историю , произошедшую с ней на отдыхе в отеле Six Sences Zil Pasyon на Сейшелах. Ночью сотрудник отеля пробрался на виллу к Анне и, угрожая ножом, несколько раз изнасиловал ее. Менеджмент и владельцы отеля всячески старались замять ситуацию, назвали Анну "русской проституткой" и отказались брать на себя ответственность за происшедшее. Карабаш подала в суд и вот уже полтора года ждет его решения. На днях стало известно, что сейшельский суд вынесет приговор насильнику 22 февраля. А 11, 29 и 30 апреля пройдут слушания по гражданскому иску Анны к сети Siх Sences. Мы поговорили с Анной о том, как прошел год борьбы за справедливость, о личной жизни и общении с другими женщинами, пережившими насилие. Про внутренние ресурсы и планы Этот год прошел продуктивно с профессиональной точки зрения, хотя я по-прежнему прохожу постравматическую терапию и теперь не могу столько работать, как раньше — мне нужны полностью свободные от работы выходные, иначе я не восстанавливаюсь и заболеваю — видимо, ресурс еще не набрала обратно. Написала несколько классных статей как журналист — через месяц выйдет мой новый текст в Tatler, я много над ним работала. Отлично пробежала 10 км на полумарафоне на озере Гарда, установив личный рекорд. Готовлюсь написать книгу — до этого были просто статьи в журналах. Я почувствовала свой голос и свою силу. Про отношения с мужчинами Мне сейчас хорошо одной, без пары, как никогда. Я стала сама для себя самым интересным собеседником и пока не совсем готова к новым отношениям. Есть такой момент: у меня иногда начинается дрожь, на грани с аффектом, когда мужчины начинают со мной флиртовать, перед глазами иногда встает жуткое лицо преступника. Я даже могу согласиться на свидание, а потом отменяю, не знаю почему, прямо не могу идти и все. Как пела группа "Агата Кристи", "там где страх, места нет любви". Страх еще есть, где-то в глубине. Когда я ездила отдыхать на море с ребенком, я почти все ночи плохо спала, в полусне мне было страшно, что сейчас кто-то ворвется в темноте и начнет нас убивать. Я вернулась более измученная, чем уехала, мы с моим психотерапевтом пришли к выводу, что пока так экспериментировать рано, еще психологическая травма активно дает о себе знать — надо больше времени. Очень похожая ситуация — море, песок, загар, пляжи, видимо, обстановка напоминала о той самой ужасной ночи в моей жизни на Сейшелах — ей тоже предшествовал идеальный день с плаванием в море, пляжем, спортом, вкусной едой. Что и говорить, этот гештальт надо закрыть — мне нужна победа на судах, чтобы закрыть этот вопрос внутри. Я впервые в жизни всеми клеточками крови понимаю, в чем действительный смысл правосудия. Почему так нужны эти обвинительные вердикты. Одно дело — красиво рассуждать о правосудии и справедливости, другое дело — правда ПОНИМАТЬ сакральный смысл этой институции. Про реакцию друзей и знакомых Я резко сократила количество социальных контактов — мне тяжело приходить на вечеринку или в ресторан и, между переменами блюд или перекрикивая музыку, отвечать на вопросы "как там твой суд?", "а как ты спаслась?". Однажды я прямо так и сказала знакомой: ты правда считаешь, это сейчас уместно обсуждать, между аперолем и просекко? Это поднимет мне настроение или что-то поменяет? Я даже убрала свой день рождения из "Фейсбука" — мне не хотелось, чтобы меня, как обычно, все 500 человек поздравляли и желали удачи в суде. Не хотела, чтобы обо мне вспоминали. Про работу с психоаналитиком и поддержку незнакомых людей Мой терапевт говорит, что я даже быстро восстанавливаюсь и мне не надо торопиться. Такие травмы приравниваются к травматическим последствиям для человека, вернувшегося с войны, горячей точки или взятого в заложники — поскольку была более чем реальная угроза жизни. С другой стороны, моя вера в людей сильно укрепилась. Я плакала от благодарности, видя, как меня поддерживают совершенно незнакомые люди, я чувствовала, что мир взял меня на ручки. За все время судебной борьбы и моей реабилитации я собрала около 30 тысяч долларов, это все пошло на медицинские расходы, на адвоката, на поездки на суд, на создание сайта, где собрана вся информация. Про ожидания На 22 февраля назначен день для вынесения вердикта в криминальном иске, потом еще полтора два месяца "для оформления решения в письменном виде". 11, 29 и 30 апреля — продолжение слушаний по гражданскому иску. Долгие суды — это, конечно, один из способов выматывания истца. Все уже надоело, свидетели исчезают, улики тоже. Уже некого спросить, где все же тесты на наркотики обвиняемого. Где запись с камеры в отеле в ту ночь — она вроде и была, на нее в криминальных слушаниях ссылался адвокат защиты, но в суд ее как-то все не предоставят. Мы с моим московским адвокатом Еленой Черновой также были в шоке, узнав, что не можем буквально никого привлечь на Сейшелах для аудита исков — нам подряд отказывали человек 10, ссылаясь на конфликт интересов. Так криминальное дело и живет без присмотра — никакой информации по нему нет, адвоката там мне не полагается, права аппеляции тоже нет. В конце сентября 2018-го я второй раз ездила давать показания на Сейшелы — на этот раз по гражданскому иску. Ездила не одна, было еще двое моих свидетелей: бывший бойфренд и моя психотерапевт, с которой мы работаем последний год. В гражданском иске повезло с судьей. Она женщина с европейским бэкграундом. Трем адвокатам защиты — это армия лучших на острове адвокатов, нанятых владельцами Six Senses Zil Pasyon, — она все время напоминала, что дело очень чувствительное, и они должны быть осторожны в выражениях. Они и правда больше меня открыто не оскорбляли. Слушания прошли гораздо лучше. Но обещали вердикт в декабре — и вот перенос на апрель. Про общение с другими женщинами, пережившими насилие Мне писали многие женщины после того, как я выступила публично. Это было похоже на живую стену плача. Девушки, которых насиловали — в похожих или не очень обстоятельствах, но они не пошли в полицию, они похоронили в себе, забыли. А оно, блин, не забывается. Это такая, знаешь, рана, которая могла зажить десять, двадцать лет назад — но чуть тронешь, там такая боль и слезы градом. Есть вот Алена Попова и ее фонд "Сестры". Они очень быстро реагируют. И говорят все правильные слова, поддерживают, помогают в судах. Если я выиграю, часть компенсации точно пожертвую им, и буду готова публично выступать в поддержку. Я всегда отвечаю на личные сообщения, у кого реально похожая история, а не просто досужий интерес. Когда будут решения — я начну действовать дальше. Это даст мне силы, я знаю. Дальше нужно будет привлечь правозащитников и заставить мировую индустрию туризма выработать и установить прозрачные протоколы реагирования на криминал на их территории, пока этого нет — это омут и везде свое королевство, вопрос только есть ли совесть и человеческие ценности у менеджеров. И если кто-то из девушек попадет в похожую ситуацию в отеле — сразу пишите мне, я скажу, что делать надо, а что не надо. Это очень определенный набор действий. Не верьте генеральному менеджеру отеля, который скажет, что обо всем позаботится — у него свои интересы, они могут быстренько выветрить из него все человеческое. В моем случае эти прекрасные люди как могли "позаботились" о том, чтобы оттянуть до максимума вызов полиции и в это время скрыть улики. Про насильника По сообщению от моего адвоката, Равинд Судхоаа уже осужден по второму делу — летом 2017 года он был выпущен под залог и совершил второе нападение на местную женщину. Он был найден голым в ее доме, она заявила в полицию. Как я поняла, по второму делу он уже осужден, там никто судебный процесс не затягивал — не были замешаны интересы большой красивой отельной сети. На сколько и какой точно вердикт — прокурор мне пока не отвечает. ______________________________________________________________ Прочитать историю Анны Карабаш можно здесь , подписать петицию в ее поддержку тут , а следить за развитием событий — на сайте http://sixsensesrape.com .