«На всю Башкирию меньше двух тысяч инспекторов»: кто защищает леса региона от огня и вредителей

2021 год для лесной отрасли республики прошел под знаком борьбы с непарным шелкопрядом и огнем, охватившим тысячи гектаров. О том, как чувствуют себя леса Башкирии, об отношении к ним человека, трудностях, которые приходится преодолевать, охраняя зеленые территории, рассказал министр лесного хозяйства РБ Марат Шарафутдинов.

- Марат Искандарович, год запомнится масштабными лесными пожарами, какая сейчас обстановка в лесах? Насколько велик нанесенный огнем ущерб?

- Запрет на посещение лесов и особый противопожарный режим сняты, но мы находимся в состоянии повышенной готовности, ведь возгорания продолжаются. Несколько дней назад потушили пожар в Кугарчинском районе, леса горели в Стерлитамакском, Альшеевском лесничествах. Всего с апреля в регионе зафиксировано более 460 лесных пожаров, охвативших 15 900 га. Нынешний год был для лесов особенно тяжелым, ситуация оказалась хуже, чем в засушливом 2010 году, более 100 дней отмечался самый высокий, пятый класс пожарной опасности. Ущерб от огня составил чуть более 30 млн рублей. Расчет потерь нужен для того, чтобы при выявлении виновника пожара обязать его возместить вред. Если лес находится на особо охраняемой природной территории, применяется повышающий коэффициент, хотя стоимость древесины там ничем не отличается от обычной. Большой урон нанесен 140 га новых лесов, которые мы недавно высаживали, потратили на них средства. Придется в следующем году вновь делать посадки на этих участках.

 В России придумали новый способ бороться с лесными пожарами 

- Что происходит внутри горевшего леса, как поступают с пострадавшими деревьями?

- На месте пожара специалисты Центра защиты леса проводят лесопатологические обследования, составляют акты, на основании которых назначаются выборочные санитарные рубки погибших деревьев.

Редко когда все выгорает дотла, такое было в Баймакском районе, где шли торфяные пожары. Сверху деревья выглядят зелеными, а корни сгорели, там придется вырубать все и сажать заново. Последствия пожара могут проявиться не сразу, а, например, через год или позже. Если пожар низовой, беглый, то есть горит только сухая трава, не затрагивая деревья, ущерба лесу может и не быть.

- Каковы наиболее распространенные причины пожаров?

- Судя по текущему году, примерно 45 % лесных пожаров произошло из-за природных факторов. :От гроз, в том числе сухих, сильно пострадало Зауралье. Это подтверждают и данные спутникового мониторинга. Примерно 42 % пожаров случилось по вине человека. Причины разные: брошенный окурок, непотушенный костер... Бывает, охотники небрежно обращаются с огнем. Остальные пожары – переходящие, например, с сельскохозяйственных земель: урожай убрали, подожгли стерню, огонь дошел до леса. 

Марат Шарафутдинов на тушении лесного пожара

- Бывает так, что лес поджигают, чтобы скрыть незаконную вырубку? Удается ли найти виновников пожара и заставить возместить ущерб?

- Скрыть с помощью пожара незаконную рубку очень непросто. Придется жечь каждый пенек, чтобы замести следы, что не останется незамеченным. Хотя из-за нарушителей мы теряем много леса, в этом году - 28 тыс. кубометров, одна из причин увеличения числа незаконных вырубок в том, что древесина растет в цене. Обидно: пока мы тушим пожары, стягиваем все силы, там, где огня нет, орудуют нарушители.

Есть еще проблема: в конце апреля, когда вводится особый противопожарный режим в лесах, некоторые лесопользователи сжигают порубочные остатки, а если делать это неаккуратно, огонь может перейти на другие участки. Сжигание - один из технологических процессов очистки лесосеки для подготовки почвы к посадке новых деревьев. Остается много веток, а их переработка у нас пока не развита. За нарушения штрафуем арендаторов, расторгаем договоры. Но почву для посадок готовить все равно нужно, поэтому им приходится делать это под свою ответственность. Нас, разумеется, предупреждают, чтобы вынужденное сжигание не определялось со спутника как пожар. Что касается виновников, то министерство их не устанавливает: мы регистрируем пожар, подсчитываем ущерб, а информацию по каждому происшествию передаем в отдел надзорной деятельности МЧС, в МВД и для контроля – в районные прокуратуры. Общими усилиями в этом году выявили 15 человек, это наибольший показатель по ПФО. Доказать вину очень сложно, нужно ловить с поличным. Виновнику придется возместить ущерб, затраты на тушение, заплатить штраф за нарушение правил пожарной безопасности. Если ущерб очень большой, человек привлекается к уголовной ответственности, рассмотрение таких дел в судах может затянуться на годы.

- Насколько опасен для лесов Башкирии шелкопряд?

- С шелкопрядом боремся уже третий год. Массовые нашествия насекомых цикличны, пик случается раз в 8-10 лет.

В нынешнем году для размножения вредителя благоприятными стали отсутствие сильных морозов, сухая погода, общее потепление климата. На обработку лесов против непарного шелкопряда удалось получить 260 млн рублей федеральных средств, республика тоже подключилась к софинансированию, выделила 65 млн рублей.

Деньги поступили к концу апреля, на обработку оставалось всего 2 недели, важно было провести ее в период развития насекомого, иначе усилия будут бесполезны. Привлекли 14 самолетов: в республике такого количества нет, поэтому работали специалисты из других регионов. В итоге удалось обработать 240 тыс. га - это самый большой объем по России. Самолеты вылетали на борьбу с вредителем утром и вечером, мы отслеживали эффективность препарата, она доходила до 99 %. Необходимо обработать еще 200 тыс. га. Шелкопряд распространяется на запад Башкирии: если в прошлом году мы обрабатывали Хайбуллинский, Зианчуринский, Баймакский районы, в этом году - Стерлитамакский, Ишимбайский, Белебеевский районы.

Наземная обработка леса от вредителей

- В этом году были жалобы на гибель пчел из-за обработки шелкопряда, как урегулировали проблему?

- Мы за информационную открытость. Перед началом борьбы с вредителями на информационных ресурсах министерства и районных администраций мы разместили все необходимые объявления. Сама процедура обработки предполагает установку аншлагов, рассылку уведомлений. Даже в чатах каждого района писали, где и как будет проходить обработка, предупреждали пчеловодов. На особо охраняемых природных территориях вообще нельзя применять защитные средства, даже биологические, то же касается территорий автодорог, населенных пунктов, где установлена защитная зона 3 км.

Обязательно учитывалось расположение официально зарегистрированных пасек, всех их владельцев предупредили под роспись. А когда начали обработку, обнаружилось большое количество различных выездных пасек, нигде не зарегистрированных - ни в Россельхознадзоре, ни в управлении ветеринарии. Это и стало причиной конфликтных ситуаций. Самым проблемным районом оказался Кугарчинский, но даже там из 12 тыс. ульев погибло около 30. Подрядчики, проводившие обработку, готовы возместить ущерб при условии: пчеловод докажет, что пчелы погибли именно от этого препарата. Нам известно, что «под шумок», когда шла борьба с шелкопрядом, некоторые фермеры проводили обработку рапса. Например, в Мраково мы не работали, а пчелы там погибли.

Правительство Башкирии утвердило порядок предоставления компенсаций пчеловодам, пострадавшим от массовой гибели пчел, исходя из фактического объема ущерба, который должен быть зафиксирован актом обследования пасеки специальной межведомственной комиссией.

- Насколько ценится наша древесина, много ли леса вырубают для продажи?

- Башкирия очень богата лесами, но их структура неоднородна. Общий объем запасов древесины в республике переваливает за 780 млн кубометров. Ежегодно можно рубить порядка 10,5 млн кубометров, на деле выходит примерно 3 млн. кубометров. Из ежегодного объема вырубки хозяйственно ценная хвойная порода, которая считается высокомаржинальной, составляет всего 10 %. Остальное – осина, липа, ольха, береза, дуб. Зарабатывать можно и на них, но, поскольку необходимые объемы лесов не вырубаются, деревья стареют. Наш лес на 60-70 % перестойный, это лес-пенсионер. Утилизацией такой древесины занимается Kronospan (древообрабатывающая компания - прим. ЕАН), но поскольку это фактически монополист, то и диктует условия. Не каждый арендатор захочет так работать, проще иметь дело с хвойными породами.

Объемы экспорта в регионе растут: за рубеж идет не просто «кругляк», а пиломатериалы, доска, мебельный щит, погонаж... Эта тенденция продолжится, тем более что со следующего года вводится запрет на вывоз необработанной древесины. Сейчас лес отправляется в основном в страны ближнего зарубежья и в Китай. Чтобы выйти на европейский рынок, республика активно осваивает лесную сертификацию.

На днях Торгово-промышленная палата Башкирии стала членом Лесного попечительского совета России - FSC и консультантом сертификации по стандартам FSC. Сертификация свидетельствует о том, что наша древесина соответствует экологическим нормативам, заготовлена по всем правилам, в том числе со строгим соблюдением норм охраны труда. Ряд компаний уже оформляют такие сертификаты: разумеется, продавать древесину в Европу выгоднее, чем экспортировать в Среднюю Азию. В ближайшем будущем хотим открыть в республике полноценный центр сертификации FSC.

- Пользуются ли жители Башкирии возможностью свободно собирать валежник?

- Валежник спросом не пользуется, хотя мы предлагаем поврежденные деревья на дрова, развешиваем объявления. Никому это не нужно. Некоторые, зная, что валежник по закону разрешено собирать, губят здоровые деревья. Например, подъедут на тракторе, сломают дерево, сфотографируют. Получился вроде бы валежник, который потом можно забрать.

- В Башкирии высаживают много деревьев, все ли приживаются?

- В последние 3 года восстанавливаем лесов больше, чем вырубаем, хотя в нынешнем году были сложности из-за засухи, погибло 7 млн саженцев. Норматив лесовосстановления составляет 4 тыс. саженцев на 1 га. Посадочный материал выращиваем в своих питомниках, сажают его лесхозы и арендаторы, последние преобладают.

На каждый участок создается проект лесовосстановления, после высадки проводим техническую приемку, а осенью – инвентаризацию, чтобы понять, сколько саженцев прижилось. Нормативная приживаемость – 85 %. Если этот процент ниже, выдается предписание, чтобы весной следующего года участок привели в нормативное состояние – дополнили новыми саженцами. Такая инвентаризация проводится и на третий, пятый год посадки. На седьмой год и далее посадка становится полноценным лесом. При соблюдении всех нормативов на 1 га должно приходиться не менее 2 тыс. штук основной породы. Чтобы добиться такого состояния, за лесом нужен уход, надо, например, скашивать траву, а многие арендаторы об этом забывают. В этом году неплохо поработали по компенсационному лесовосстановлению, когда нефтяные, энергетические компании, вырубающие леса для своих нужд, например, для прокладки трубопроводов, затем сажают новые деревья. В целом по лесовосстановлению республика традиционно первая в ПФО и занимает 7 место в России.

Уход за сеянцами в Янаульском питомнике

- Ученые считают, что засушливые годы будут повторяться, как станет адаптироваться к ним лесная отрасль?

- Считаю, что в этом поможет применение лесоматериала с закрытой корневой системой. Данное требование уже вводится нормативно, в соответствии с новыми правилами лесовосстановления, с 1 января 2022 года такие саженцы нужно использовать минимум на 20 % площадей. В 2025 году показатель вырастет до 30 %, а с 2030 года – до 45 %. С прошлого года мы начали в пилотном режиме эту работу в трех районах. Построили для выращивания саженцев теплицу за счет внебюджетных средств, рассчитываем в последующий год получить примерно миллион штук посадочного материала. Саженцы будут лучше приживаться, легче перенесут засуху, поскольку корни будут находиться в увлажненном торфогрунте в стаканчиках. Ухаживать за ними придется меньше, высаживать нужно будет всего 2 тыс. на 1 га.

- Достаточно ли сотрудников для поддержания порядка в лесах?

- Кадровая проблема есть. Если раньше в системе лесного хозяйства по линии Минлесхоза. работали 8,5-10 тыс. человек, сейчас осталось 1,5-2 тыс. сотрудников.

Нагрузка на специалистов высокая. В среднем на каждого сотрудника приходится 11,5 тыс. га лесов. Но в Бурзянском, Белорецком районах нагрузка на инспектора гораздо выше, доходит до 50 тыс. га, да еще и местность там пересеченная.

Конечно, помогают арендаторы, в республике заключено более 2,5 тыс. договоров аренды на все виды лесопользования, то есть в аренде - примерно 26 % лесов. В основном арендаторы заняты заготовкой древесины, эта работа связана с постоянным нахождением в лесу, необходимостью соблюдения правил пожарной безопасности. Получается, у нас еще порядка 2 тыс. человек находится в лесах, но разве можно сравнивать мотивацию государственного инспектора и арендатора? Среди арендаторов немало ответственных людей, болеющих за лес душой. Например, в Караидельском районе местные предприниматели объединились и создали союз лесопромышленников. Они издавна живут и работают на этой земле, бережно относятся к лесу. В Аскинском районе арендаторы очень ответственно подходят к лесовосстановлению, качество их посадок выше, чем у нашего лесхоза. Но все-таки предприниматели идут в лес не охранять, а использовать его. Они леса не патрулируют, рейды не проводят. Есть и такие, что настроены на извлечение прибыли любой ценой.

Зарплаты в лесном хозяйстве всегда были небольшими, раньше это компенсировалось льготами, сейчас их нет. По итогам 9 месяцев средняя зарплата лесников 28 - 29 тыс. рублей, что гораздо ниже, чем в среднем по республике (более 40 тыс. рублей). Года 3 назад получали еще меньше, порядка 18 тыс. рублей, так, что рост есть. Работа тяжелая, во время пожаров многие работали сутками.

Помогает космический мониторинг: в нынешнем году охватили им более 3 млн га лесов, на следующий год подали заявку на 3,7 млн га.

Роман Якимчук

 Есть новость — поделитесь! Мессенджеры ЕАН для ценной информации

+7 922 143 47 42