Бизнес с сибирским характером: Николай Чукмалдин — первые ценники, кожевенное и войлочное производство
Российские предприниматели, которые развивали свое дело на рубеже XIX–XX веков, — какой след они оставили в истории и благодаря чему преуспели в коммерции, политике, общественной жизни? Ответы на эти вопросы ищем в просветительском проекте департамента города Москвы по конкурентной политике «Субботние хроники: истории московских поставщиков».
Николай Мартемьянович Чукмалдин (1836–1901) — успешный предприниматель рубежа ХIХ–ХХ веков, меценат и публицист. Будущий купец родился в деревне Кулаково близ Тюменского уезда Тобольской губернии в семье крестьян-старообрядцев. «Желание знать было у меня способно перерасти всякое препятствие», — впоследствии писал коммерсант. В семье его стремление учиться находило полное понимание и поддержку.
Свой первый «золотой» 13-летний Николай заработал, помогая отцу в ремесле — изготовлении саней и деталей телег — и самостоятельно выполняя заказы. На первую работу его приняли уже в 15 лет. Чукмалдин получил должность приказчика на кожевенной фабрике купеческой семьи Решетниковых в Тюмени. Местные кожевенные производства были знамениты своей продукцией, а тюменское фабричное клеймо служило «знаком качества». Продукцию поставляли в разные города Российской империи, главным заказчиком кожаных изделий было Военное министерство.
Чукмалдин вникал в секреты и тонкости кожевенного дела — он быстро познал техники производства. Через два месяца юному Николаю предложили поступить продавцом в мануфактурную лавку Решетниковых и повысили жалование с 50 рублей в год до 120. Продажи в лавке велись традиционным способом с увеличением цен вдвое или втрое: покупателю называли изначально завышенную цену, а конечная стоимость зависела от его умения договориться с торговцем.
Спустя два года работы продавцом, в 1853 году, Чукмалдин с разрешения хозяев предприятия ввел новый механизм в торговле: он объявил «цены без запроса» с уже учтенными 20 процентами прибыли и написал их на товарах мелом. Подобная практика была в то время сенсационной и имела место намного раньше официального изобретения ценника американцем Фрэнком Вулвортом в 1879 году. Поначалу мера вызвала недоверие покупателей, пытавшихся сбить цену и в итоге уходивших без покупки, но немного позднее новая система стала известна на весь уезд и заслужила доверие потребителей, а торговля значительно улучшилась.
Твердой опорой и поддержкой для начинающего предпринимателя были понимание и помощь семьи, в том числе материальная. Однажды сестра матери подарила ему 100 рублей, на которые он начал торговать чаем в лавке, а тетушка Чукмалдина, видя успехи крестника, предложила ему 1500 рублей, чтобы Николай смог вложить эти деньги в общую лавочную торговлю. Он стал компаньоном купеческой семьи, получая от мануфактурной торговли треть прибыли. Спустя еще два года бизнесмен стал единоличным владельцем лавки.
— Я напрягал всю мою энергию, чтобы торговля шла как можно лучше, чтобы результаты ее были безупречны, — вспоминал Чукмалдин. С каждым годом его бизнес по продаже чая все больше развивался, что давало ему репутацию делового человека, которого еще недавно считали «выскочкой из деревни». Предприниматель купил дом в Тюмени, куда переехала вся его семья. Сфера деятельности Чукмалдина расширилась, он перешел к торговле базовыми товарами: шерстью, кожей, пенькой, хлебом, чаем и мездриным клеем (изготавливался из шкур, костей, сухожилий и связок животных).
В 1871 году Николай Мартемьянович закрыл все свои дела в Тюмени и переехал в Москву. Чукмалдин занимался оптовыми поставками кож, пеньки, шерсти, хлеба, чая на крупнейшие российские ярмарки — Нижегородскую и Ирбитскую, постоянно увеличивая обороты торговли. Став московским купцом первой гильдии, он продавал от 80 до 100 тысяч пудов шерсти в год, предварительно изучая спрос, и не только на российском рынке. Бизнесмен открыл фабрику в Арзамасе, которая производила специальные сорта войлоков. Этой продукцией заинтересовались в Германии. В Берлине для немецкого потребительского рынка Николай Мартемьянович организовал постоянную торговлю войлоком. В числе немецких заказчиков были воинские части. Таким образом Чукмалдин стал представителем передовой сибирской коммерции на международном рынке.
Коммерсант был одним из пионеров в оснащении своего производства новейшими машинами, что повысило степень автоматизации и качества, а также увеличило рентабельность. Особенно важным результатом модернизации Чукмалдин считал кратно возросшую безопасность для здоровья работников.
Имея почти полувековой опыт ведения купеческого дела, Николай Мартемьянович в своих записках делился собственными знаниями и опытом, рассуждая об экономических и морально-этических вопросах торговли. Он разъяснил понятия «прибыль» и «процент», рассказал о тонкостях ведения торговых записей в учетной документации и рассуждал о справедливом распределении налогов, отмечая, что это бремя должны взять на себя имущие классы общества. Он также был широко известен как публицист — много печатался в региональных и столичных изданиях: «Тобольских губернских ведомостях», тобольском «Сибирском листке», первой тюменской газете — «Сибирский листок объявлений», «Сибирской торговой газете», екатеринбургском «Урале», «Волгаре», «Русском труде», «Санкт-Петербургских ведомостях», московском «Вестнике промышленности» и других. Сферами интересов Николая Мартемьяновича были промышленность, торговля, экономика. В своих корреспонденциях он доказывал важность Северного морского пути для России, проводил анализ крупной мануфактурной промышленности и был противником торговли алкоголем в сельской местности.
Чукмалдин всю жизнь проявлял неустанную заботу о малой родине — помогал жителям с оплатой податей, посылал хлеб в неурожайные времена. Будучи московским купцом первой гильдии, предприниматель построил в родной деревне каменную школу, оборудовал столярные мастерские, именуемые сельским ремесленным училищем по обработке дерева. Из собственных средств бизнесмен обеспечивал учащихся бесплатными учебниками, формой, теплой зимней одеждой, выплачивал жалование учителям. Рядом с училищем он устроил парк с искусственным прудом, зелеными аллеями и цветниками. На средства Николая Мартемьяновича были открыты общественный банк и хлебный магазин.
Предприниматель построил в родной деревне каменную церковь с резным дубовым иконостасом в честь святителя Николая, открытие и освящение которой планировалось 9 мая 1901 года. Освящение церкви состоялось, но в этот день вся деревня прощалась со своим земляком: Чукмалдин скончался от рака 15 апреля 1901 года в Берлине, куда уехал на операцию.
Николай Чукмалдин видел миссию коммерсанта следующим образом: «Наивыгоднейший товар — доверие, а доверие дается только безупречной честности и торговому бескорыстию. Богатеет только изобретатель, пионер нового общеполезного дела. Все то, что добыто неправедно, посредством обмана, своекорыстия и зла, носит в самом себе смерть. Жизненно и прочно одно добро».