Вот так и жили…
О том, как жили нязепетровцы в XIX — начале ХХ века, рассказывает Н.М. Кислов. Продолжение. Начало здесь: https://np-vesti.ru/2022/06/07/34524/vot-tak-i-zhili/
Много в Нязепетровске было и искусных мастеров-ремесленников. Кузнецы — Чебыкины, Ведерниковы, Дубровские, бондари — Бехтеревы. В Рогатке жили модельщики Поляковы, изготовлявшие косяки для дверных и оконных проёмов, оконные рамы. Шорник Фирсов шил хомуты и конскую сбрую. Изделия местных мастеров отличались красотой и добротностью. В каждом доме обязательно была глиняная посуда, изготовленная семьёй Бетиных. Посуда изготавливалась на гончарном круге и была естественного цвета обожжённой глины либо покрывалась цветной поливой — глазурью.
С отменой крепостного права увеличилась тенденция к образованию малых семей. Большая семья тяготела к крестьянской форме семейно-трудовой кооперации, когда большим коллективом удобнее работать в поле и содержать скотину. В тех семьях, где работа на заводе давала определенный достаток, малой семьей жить стало удобнее и выгоднее. К тому же малые семьи освобождались от рекрутчины и других повинностей.
Несмотря на то, что во второй половине XIX века раздел большой семьи шел ускоренными темпами, престарелые родители никогда не оставались одни. Последний сын, как правило, обязан был жить с престарелыми родителями.
Трудовая жизнь рабочей семьи начиналась рано. Первой поднималась хозяйка. Ей надо было подоить корову, затопить печь, приготовить завтрак для работающих на заводе. Дети вставали позже и, позавтракав, тоже помогали матери по хозяйству. В дневной перерыв, когда рабочих отпускали с завода на 2 часа, вся семья обедала вместе. На стол ставилась большая общая чашка, из которой все ели деревянными ложками. Перед обедом и после обеда молились. За столом детям не разрешалось разговаривать и смеяться, говорили между собой только взрослые.
Ужинали около 8 часов вечера большей частью тем, что оставалось от обеда. В Нязепетровске был ещё «паужин» — перекус после обеда.
Основу рациона составляли мучные и крупяные блюда. Муку покупали либо размалывали на мельнице зерно собственного урожая, предпочтение отдавалось ржаной муке, в богатых семьях была и крупчатка (пшеничная). Распространенными кушаньями были кулага и завариха, их делали из заварной ржаной муки и солода, но к концу XIX столетия они стали выходить из употребления. Основным напитком, конечно же, был квас, который готовили из ржаной муки и солода. Крупы шли на приготовление различных каш — овсяной, ячменной, пшенной, горошницы.
Овощи и различные дары леса также играли большую роль в питании нязепетровцев. Самой распространенной была капуста — в квашеном и сыром виде ее использовали для приготовления щей, похлебок, начинок для пирогов и пельменей. Из моркови для детей делали паренки (морковь варили, а затем сушили). Из свеклы любили свекольник — свекольный квас, а вот огурцы и картофель завоевали признание нязепетровцев только в начале XX столетия.
Ягоды и грибы заготавливали впрок в больших количествах. Грибы солили, землянику, чернику, черемуху и калину сушили и использовали в приготовлении пирогов и киселей. Ранней весной собирали березовый сок. Затем наступала очередь черемши, кислицы, пикана (боржовика).
Одними из основных продуктов питания были молоко и продукты его переработки: простокваша, сметана, творог, масло. Жиры употребляли преимущественно растительные — конопляное, льняное масло.
Существенное пополнение рациона давали охота и рыбная ловля. Мясо употребляли в большей или меньшей степени в зависимости от достатка семьи.
Из хмельных напитков готовили брагу из овсяной муки, но и водки на душу населения в Нязепетровске употребляли достаточно много. И хотя пьянство в заводском поселке не поощрялось, но умение пить воспринималось как проявление мужской силы. Обычай угостить и напоить гостя сохранился и до сегодняшних дней.
Нязепетровцы всегда славились своей хлебосольностью, умением стряпать. Угощать требовалось на славу, чтобы еды было много, с остатком. Считалось, что если допьяна не напоили — плохо приняли.
До середины XIX века самовар у нязепетровцев считался роскошью, их было не так много. Если приезжали сваты в дом, хозяйка бежала к соседям занять самовар, чтобы «пустить пыль в глаза». Но уже к началу ХХ столетия самовар появился практически в каждом доме.
Большой объем хозяйственных работ и своеобразные родственно-соседские отношения породили в Нязепетровске так называемые помочи, не прийти на которые значило поставить себя в неприятное положение. Обычно помочи были при постройке дома, при колке дров, на сенокосе, при копке огорода, даже капусту рубили сообща. Хозяйка дома, где устраивались помочи, должна была накормить работников, а вот оплаты не требовалось.
В конце XIX века в Нязепетровском заводе числилось 2039 дворов. Средним по достатку считался хозяин, у которого было 1 — 2 лошади, 1 — 2 коровы, 10 овец, десяток кур, гусей, огород до 10 соток, пашни до 5 десятин. У более зажиточных было от 5 до 20 десятин пашни. Самые богатые имели более 20 десятин пашни. Правда, их было не так много, всего 15 семей. При этом жили только заводскими работами 1283 семьи. В 1891 году, по результатам подворной переписи, в Нязепетровском заводе числилось 4013 рабочих и 647 нерабочих лошадей, 3414 коров и 1562 телёнка, около 6 тысяч овец. Безлошадных было всего 84 семьи, в 131 дворе не было коров, а 159 семей вообще не имели никакой живности, прибегая при этом к услугам местных торговцев.
Купцы и торговые лавки Нязепетровска
К концу XIX века в Нязепетровском заводе было 25 торговых лавок, из них 8 — винных. За церковной оградой была устроена базарная площадь с торговыми рядами. Здесь трижды в год проводились торговые ярмарки: Алексеевская — с 17 по 22 марта, Захарие-Елизаветинская — с 1 по 6 сентября и Никольская — с 1 по 5 декабря. Продавали всё: хлеб, мясо, бакалейные товары, мануфактуру, галантерею, обувь, кожевенные изделия, изделия из железа и прочее. В среднем в течение каждой ярмарки продавалось товаров на сумму более 60 тысяч рублей.
Особой популярностью у нязепетровцев пользовались торговые лавки Александра Яковлевича Анисимова на Проезжей улице, братьев Алексея Марковича и Андрея Марковича Нестеровых на Большой улице. В их лавках можно было купить всякие товары, начиная от лаптей и заканчивая шелковым и модным товаром.
За предметами своей торговли они ездили в Пермь, Екатеринбург, Кунгур, на Ирбитскую ярмарку. В Перми затоваривались преимущественно сахаром, солью, табаком, в Екатеринбурге брали крупчатку, чай, рыбу, свечи сальные и стеариновые.
Муку ржаную продавали по 65 коп. за пуд (пуд — 16 кг), пшеничную по 90 коп.; овёс от 45 до 50 коп.; масло по 12 руб. за пуд; мясо от 2 руб. 80 коп. до 3 руб. 20 коп. за пуд; крупу по 1 руб. 20 коп. и 1 руб. 40 коп.; соль мелкую за 80 коп. за пуд, крупную — за 60 коп.; рыбу мелкую за 3 и 4 коп. за фунт (1 фунт — чуть больше 453 г).
Братья Нестеровы практиковали продажу товаров в кредит, в результате почти все мастеровые завода должны были им баснословные суммы. Дело доходило до того, что торговцы в счёт долга сами получали заработки рабочих в заводской конторе. Мастеровой же, не имея в своём распоряжении даже одного рубля, должен был вновь отовариваться у них в кредит, уже не спрашивая о цене. Более того, братья Нестеровы нисколько не чурались сбыть и негодную к употреблению продукцию, за что урядником на них неоднократно составлялись протоколы.
Некоторые торговцы изобрели довольно оригинальный способ сбывать чай (по-видимому, он не пользовался большим спросом). На каждый фунт сахара в обязательном порядке отвешивали 1/4 фунта чаю. С нежелающих подчиниться этому правилу вместо 30 копеек за фунт сахара брали по 35 — 38 копеек.
Дурной славой пользовалось в Нязепетровске и питейное заведение Симакова и Ко. Последние пятаки оставляли здесь работяги. Не один человек отправился в мир иной после посещения данного заведения.
Исходя из этого, на сельском сходе, состоявшемся 19 сентября 1882 года, по предложению волостного старшины был составлен «приговор» о запрете на открытие в 1883 году в Нязепетровском заводе вообще питейных заведений. Только вот пакет с приговором, отправленный на почту для пересылки его на утверждение в Красноуфимское по крестьянским делам присутствие, непонятным образом затерялся. Борьба с пьянством продолжалась не один год. В Нязепетровске даже был создан комитет попечительства о народной трезвости, а на Базарной улице была открыта чайная. Однако виноторговля в посёлке продолжала процветать. Только торговцы Нестеровы имели от неё более 4 тысяч рублей прибыли в год.
А нязепетровские купцы 2-й гильдии братья Бархатовы Александр Архипович и Николай Архипович основали в 1883 году близ Белянки даже винокуренный завод, на котором трудилось до 60 человек. В 1893 году здесь было произведено спирта из зерна и картофеля на сумму более 48 тысяч рублей.
На добрую память
В начале ХХ века в Нязепетровском заводе появляются первые фотоателье, а потому почти в каждом нязепетровском доме стало модным иметь фотографии. Самыми престижными в Нязепетровске считались фотоателье Владимира Вириша и Александры Ковалёвой. Поход к фотографу был неким ритуалом и требовал особой подготовки, особой прически, специальной одежды, настроя, сосредоточенности. Многие нязепетровские семьи могли позволить себе пригласить фотографа на дом и сфотографироваться на фоне собственного дома.
Местные и заезжие фотографы смогли запечатлеть дома и улицы Нязепетровска, которые позволяют максимально представить его на рубеже веков и сопоставить с днём сегодняшним.
Для фотографий начала XX века характерно мягкое рассеянное освещение и фон с декорациями. Как правило, на заднем плане было изображение пейзажей или предметов интерьера: столов, стульев, перил, ваз, портьер.
Старинные фотографии отличались хорошей детализацией. Бумажный снимок наклеивался на специальную картонную подложку, которая придавала фотографии жесткость, защищала от повреждений и была неотъемлемой частью оформления вплоть до 20-х годов ХХ века. Благодаря этому многие фотографии того времени сохранились в идеальном состоянии до наших дней.
О пище духовной
В каждой семье, кроме общеупотребительных, существовал собственный набор слов, словечек, присловий, «присказулек», баек, афоризмов, легенд, назидательных историй, формировавших мировоззрение всех её членов. Семей, в которых хотя бы кто-то был грамотным, в Нязепетровском заводе было не так много — чуть больше 28 процентов. А потому несомненный интерес представляет перечень периодических изданий, которые читали нязепетровцы.
Н. КИСЛОВ
Продолжение следует