Несчастная Баху-Бике, царица Дагестана

Первая половина XIX века была для Дагестана (ныне единой республики) тяжёлым временем. Дагестан был разодран местными правителями на отдельные конкурирующие владения: Тарковское шамхальство, Мехтулинское владение, Кюринское, Казикумухское (Казикумыкское) и Аварское ханства и т.д. Союзы создавались и разрушались. А пришедший на эту землю мюридизм ещё более осложнил ситуацию.

Аварским ханством вплоть до 1801-го года правил Умма-хан Аварский по прозвищу Великий. Он значительно расширил владения Аварии, а царь грузинский Ираклий II, как и большинство ханов Дагестана и Азербайджана, платил ему дань. Именно Умма-хан после череды просьб, отправленных в Петербург, был принят в состав Российской империи. Беда могущественного хана была в том, что три жены так и не принесли ему наследника. На свет появились только две девочки. Одной из них была Баху-Бике (Паху-бике).


Баху-Бике вышла замуж за знатного мужчину из рода тарковских шамхалов Султан-Ахмеда. Когда претендентов на ханский престол не осталось, Баху-Бике убедила знать поддержать своего мужа. На недолгое время Султан-Ахмед стал ханом в столице ханства – Хунзахе (ныне аварское село в Дагестане с 4 тыс. жителей).

Восшествие ханши

В 1823-м году Султан-Ахмед скончался. Нуцал-хан, Умма-хан, Булач-хан и юная дочь Султанат, дети хана, были ещё совсем юными. Поэтому правление была вынуждена взять в свои руки Баху-Бике. Она не отличалась воинственностью, но была крайне уважаема и любима хунзахцами. Статная, гордая, соответственно своему титулу, необычайно красивая и при этом обаятельная и хлебосольная. Её гостеприимство славилось во всём Дагестане.

Правление Баху-Бике обещало стать временем мира и спокойствия в ханстве. В отличие от отца, она не стремилась развязывать войн, продолжала курс на русское подданство, успешно обороняла ханство от мюридов и предпочитала решать спорные дела выгодными браками, за что ей часто приписывали интриганство. Юные дети её росли храбрыми, достойными мужчинами, а красавица Султанат была одной из самых завидных невест Кавказа. Увы, это отчасти стало причиной падения их династии.


Хунзанцы издавна состояли в союзе с Казикумухским ханством, а ханша Баху и вовсе была с Аслан-ханом Казикумухским в родственных отношениях. Однако, когда пришла пора сватать повзрослевших детей, Нуцал женился на дочери шамхала Тарковского, а красавица Султанат приглянулась сыну шамхала. Баху-Бике не препятствовала этому, рассчитывая, что сможет увеличить земли Аварии за счёт новых родственников. Но отказ в праве сына Аслан-хана взять в жёны Султанат его взбесил, и он отныне разорвал старый союз в борьбе с мюридами и самим кавказским газаватом.

Вскоре весть о размолвке Аслан-хана и Баху-Бике разнеслась по Кавказу. Ханша, понимая, что Гази-Мухаммад, имам и старый враг пророссийского Хунзаха, вскоре направит своё войско в её земли, послала Нуцала в Тифлис к русскому командованию. Но война с мюридами и так отвлекала большие силы, поэтому командование оказало весомую финансовую помощь и настаивало на том, чтобы её употребили для формирования отрядов горской милиции.

Разочарование в надеждах

Вскоре по Кавказу разнеслась весть, что непримиримый Гази погиб в бою с русскими войсками во время штурма аула Гимры, а Шамиль при этом был тяжело ранен. Так появилась надежда. Новым имамом стал Гамзат-бек, сподвижник Шамиля, а также дальний родственник детей Баху-Бике. Главное же, согласно старым законам аталычества Гамзат-бек не просто жил в Хунзахе, но был принят в ханском дворце, а Баху относилась к нему как к собственному сыну. Поэтому женщина вполне законно полагала, что Гамзат оставит ханство в покое.

Но внезапно Гамзат предъявил самые радикальные требования к Баху, лишавшие ханство, по сути, любой независимости. По советам старейшин и кадиев (судьи) Хунзаха ханша ответила Гамзату, что готова принять шариат на своей земле, но рвать союз с русскими не будет. Ответ имам принял с притворным спокойствием, но потребовал одного из сынов ханства себе в аманаты. Баху решила, что родную кровь Гамзат тронуть не посмеет, и отправила к нему восьмилетнего Булача.


Казалось бы, конфликт исчерпан. Но коварство Гамзата Баху явно недооценила. Через некоторое время недалеко от столицы ханства всадники верные Хунзаху обнаружили войско Гамзата, разбившее лагерь. Теперь имам требовал немедленного подчинения Аварии своей воле. Более того, узнав, в какой опасности оказался восьмилетний Булач, его вспыльчивый брат Умма-хан отправился в лагерь мюридов с целью выручить мальчика, но сам попался в плен.

Баху-Бике была в ярости и горе от потери двух сыновей. Она требовала от Нуцала, чтобы он немедленно вызволил братьев из беды. Нуцал же ответил, что без большого отряда идти на Гамзата бессмысленно, и просил немного времени, чтобы собрать войско верных нукеров. Однако Баху от горя потеряла всякую осторожность и приказала отправляться на переговоры сейчас же. Нуцал лишь бросил напоследок, что мать так и не поняла вероломства Гамзата и потеряет всех своих сыновей. Несчастный Нуцал в тот момент сказал пророческие слова.

Страшная расправа

Гамзат-бек принял Нуцала и его нукеров с напускным радушием и пригласил хана в свой шатёр. Имам сразу огорошил молодого Нуцала предложением возглавить весь мюридский отряд и самому получить титул имама, а сам Гамзат же войдёт в Хунзах. Нуцал запротестовал, сетуя, что даже в Коране понимает слабо. Вдруг, словно это было заранее условлено, Шамиль, находившийся в том же шатре, обвинил хунзанцев, что они все неверные. В этот момент Гамзат вскочил и увёл Нуцала и его пленных братьев совершить намаз.

Совершив намаз, все пошли к шатрам. По дороге внезапно преобразившийся Гамзат самыми последними словами оскорблял Нуцала и его братьев. После того как Нуцала назвали врагом ислама, он не выдержал и выхватил саблю. Этого как раз и ждал коварный имам. Один из его телохранителей в мгновенье ока застрелил юного Умма-хана, идущего рядом. Нуцал и его нукеры поняли, что это последний бой, поэтому со всем ожесточением бросились на противников. Грянули выстрелы, и заговорила сталь.



Нуцал, несмотря на абсолютную безнадёжность положения, дрался отчаянно и крайне мужественно. Одним из первых он буквально срубил родного брата Гамзата, который вскорости умер. Под саблю Нуцала попал и шурин Гамзата. В это же время верных Нуцалу нукеров расстреливали почти в упор и рубили саблями в полном окружении. Однако распылённый ненавистью молодой хан продолжал биться. Ему успели прострелить плечо, а левая щека была срублена вражеским клинком. Нуцал же, прикрыв рану рукой, продолжал рубить врагов.

Мюриды уже не осмеливались подойти к хану в одиночку, он каждого обращал в бегство предсмертным гневом. Всего Нуцал зарубил около 20 человек, прежде чем, истекая кровью, пасть на один из трупов.

13 августа 1834 года, по сути, пресеклось древо аварских ханов. Правда, восьмилетний Булач ещё оставался жив в плену имама.

Смерть Баху-Бике

Существует две версии дальнейшего развития событий. Согласно первой, Гамзат-бек вошёл в Хунзах. В это время Баху стояла на крыше ханского дома. Заметив, что его сыновей в отряде Гамзата нет, а сам имам измазан чужой кровью, Баху, стараясь сохранить присутствие духа, оделась во всё чёрное и вышла к врагу, по-прежнему величавая и статная. Защитников ханства более не было, а сами хунзанцы были полностью подавлены.



Гамзат встретился с ханшей. Баху, видимо, лелея надежду, что хотя бы восьмилетний Булач остался жив, сдержанно и холодно поздравила его с новым завоёванным титулом хана аварского. В эту минуту вероломный Гамзат сделал знак стоявшему рядом с Баху-Бике мюриду. Воин не моргнув глазом зарубил несчастную мать.

Согласно второй версии, Гамзат сначала решил расправиться с Сурхай-ханом, союзником России в чине полковника, который также имел права на трон Аварского ханства. Позже он перевёз Баху в селение Геничутль, в котором ханша провела последние дни. Наконец Гамзат вызвал женщину к себе. Но в итоге повторилось та самая грязная и подлая казнь.

Стоит отметить, что приближённые Гамзат-бека отнеслись к этой расправе крайне отрицательно. Даже Шамиль, коривший убитых ханов в неверности, заявил, что уговора вырезать всех аварских ханов и ханшу не было. Более того, будущий имам дал совет Гамзату уехать из Хунзаха, в котором он стал ненавидим. Но действующий имам уже мнил себя правителем всего Дагестана. К тому же Гамзат заявил, что вести газават ему удобнее из Хунзаха.

Радость самозваного хана была недолгой

Вскоре после расправы над ханами Гамзат направил свою жажду власти на Цудахар (цудахарское общество), который не спешил принимать мюридизм и участвовать в газавате. Имам решил взять Цудахар хитростью. Он отправил письмо с требованием пропустить его войско, якобы направляющееся в Дербент. Но аксакалы Цудахара, наслышанные о подлом убийстве Баху-Бике и её детей, не поверили имаму и собрали войско. Понимая перспективы, цудахарцы сражались с Гамзатом так отчаянно, что последний спасся только бегством.



Тем временем в Хунзахе зрело недовольство. Мюриды вели себя как хозяева, а имам насаждал всё новые законы. Наконец созрел заговор. По одной из версий, местный уважаемый старик Мусалав не выдержал и заявил двум молодым хунзанцам Осману и Хаджи-Мурату (тому самому герою Толстого), что те, являясь молочными братьями с убитым Умма-ханом, обязаны убить Гамзата.

В пятницу все мусульмане начали стекаться в мечеть. Естественно, Гамзат-бек, имам, также направился в мечеть, но вооружённый и в сопровождении 12 мюридов. Ему уже успели донести о созревшем заговоре. Наконец настало время молитвы. Вдруг Осман громогласно обратился ко всем собравшимся: «Что же вы не встаете, когда великий имам пришел с вами молиться?»

Это послужило знаком. Гамзат, почуяв недоброе, начал пятиться к дверям. В этот момент несколько выстрелов остановили его. Коварный имам упал на месте. Мюриды, конечно, ринулись мстить за своего лидера, но успели только застрелить Османа. Хунзанцы, прекрасно помнившие подлое убийство Баху-Бике и её детей, расправились с мюридами. Оставшиеся в живых сподвижники Гамзата укрылись в ханском доме, который вскоре восставшие аварцы сожгли. Обнажённое тело бывшего имама, вопреки традициям, оставили валяться около мечети на четыре дня в наказание за коварство и грехи.

Увы, судьба восьмилетнего Булача была не менее трагична, нежели судьба его матери. Мюриды, узнав о гибели своего имама, отправились за мальчиком. Несмотря на протесты даже надсмотрщика мальчишки, мюриды схватили его и, зная, что тот не умеет плавать, утопили несчастного в реке.

Автор:

Восточный ветер