Эдгард Запашный: Цирк для зоозащитников — инструмент самопиара
Народный артист Российской Федерации, генеральный директор Большого Московского государственного цирка на проспекте Вернадского Эдгард Запашный прокомментировал корреспонденту «Вечерней Москвы» резонансное дело ветврача из Челябинска Баграта Агажанова. Мужчина брал деньги за эвтаназию животных, от которых отказались хозяева, лечил их на собственные средства, находил новых хозяев. Однако зоозащитница и зооюрист с 15-летним стажем из Санкт-Петербурга Анна Разинова заявила, что ветеринар нарушил закон, и заявила на него в прокуратуру.
— Эдгард Вальтерович, в своем видеообращении вы сказали, что обсудили ситуацию с ветврачом, общественность отозвалась, дело стало резонансным. Что изменилось за два дня с момента записи видео?
— Мне приятно, что многие СМИ откликнулись на мою просьбу, с Багратом тоже журналисты связывались. Я рад, что это освещается в адекватном нормальном русле, люди описывают ситуацию с правильной точки зрения — это, наверное, самое главное. Несмотря на то, что отчасти все-таки какую-то вину Баграту, наверное, можно вменить, опираясь на букву закона.
— Вы имеете в виду, что Агажанов брал деньги за услугу, но не выполнял ее?
— Да, это раз. Второе — наверное, присваивал себе чужое имущество (животных). Возможно, какой-то прокурор обвинит и в этом. Но, на мой взгляд, так поступать крайне неправильно.
— Как считаете, нужна ли в России какая-то общественная организация, защищающая хозяев или тех, кто работает с животными? Правами животных занимаются, а людей — нет.
— Такие прецеденты не должны создаваться, и уж тем более зоозащитными организациями. Я понимаю, если бы это какой-то городской сумасшедший сказал, а тут у человека 15 лет стажа в сфере зоозащиты. Я надеюсь, больше никто у нее на поводу не пойдет. Я бы хотел, чтобы другие зоозащитные организации осудили Разинову за ее действия, но до сих пор этого не произошло.
— С чем вы это связываете? Почему крупные зоозащитные организации молчат?
— Я бы не хотел, чтобы кто-то подумал, что я пользуюсь возможностью кому-то отомстить. Это не так. Я понимаю, для чего многие зоозащитные организации, в принципе, существуют. Их финальная цель — собрать определенные политические усилия, выйти на арену. Вносить раздор в свои ряды они точно не намерены, кто бы как себя ни вел. Они пытаются набрать обороты, а подобного рода женщины-зооюристы будут только негативно сказываться на их деятельности. Поэтому они умалчивают, не критикуют друг друга, чтобы не вступать в конфликты. Их животные интересуют в самую последнюю очередь — для меня это налицо.
— В комментариях вам предложили подписать петицию в защиту ветврача. Как относитесь к такому виду поддержки? Какая самая действенная?
— На сегодняшний день такая петиция не нужна, по крайней мере, я надеюсь, она не понадобится. Пока я не вижу серьезной угрозы со стороны правоохранительных органов в отношении Баграта, что для меня является важным. Сейчас нужно правильно озвучить проблему, принять прежде всего профилактические меры, чтобы подобного не повторилось. Это точно не первый и не последний случай — мне многие ветеринары писали, что попадали в похожие ситуации.
— Цирк братьев Запашных тоже неоднократно критиковали зоозащитники. Как справляетесь с этим давлением? Вспомните самый вопиющий с точки зрения здравого смысла случай.
— Они критиковали и будут. Я к этому потихоньку привыкаю. В большей степени их поведение понятно. Они очень циничны в своих оценках, понятны мне в своей финальной цели, как я уже говорил. Цирк для них — инструмент самопиара, мы для них — очередная ступенька для достижения более глобальных целей.
Читайте также: Победителей Всемирного циркового фестиваля «Идол» определили в Москве