Режиссер Марина Брусникина: Театр должен открывать новые имена
Режиссер Марина Брусникина назначена художественным руководителем Российского академического молодежного театра. Алексей Бородин, руководивший театром 46 лет, перешел на должность президента РАМТа. «Вечерняя Москва» взяла первое интервью после назначения у Марины Брусникиной и поговорила о том, какие премьеры ждать в будущем сезоне, как изменится репертуарная политика и как режиссеру удается совмещать работу с художественным руководством в театре «Практика» и преподаванием в Школе-студии МХАТ.
Назначение Марины Брусникиной на должность художественного руководителя не стало сюрпризом для театралов — в 2023 году она пришла в РАМТ в качестве главного режиссера. На сцене этого театра она поставила множество спектаклей, в числе которых «Хурьма» по пьесе Натальи Слащевой, «Кот стыда» по пьесе Таи Сапуриной, Ирины Васьковской и Юлии Тупикиной, «Лада, или Радость» по повести Тимура Кибирова, «Дни Савелия» по роману Григория Служителя, вербатим «Здесь дом стоял» по воспоминаниям артистов старшего поколения, «Лето Господне» по роману Ивана Шмелева и «Иллюзия» по пьесе французского драматурга Корнеля.
За Российским академическим молодежным театром стоит более чем вековая история. Почти полвека им руководил Алексей Владимирович Бородин — именно он построил театр-дом, на спектаклях которого выросло уже не одно поколение. При нем РАМТ стал брендом — зрители знают, что, придя туда, они увидят честный разговор, высокий художественный уровень и при этом всепоглощающую любовь к человеку и искусству. Каким станет театр при новом худруке? Каким курсом пойдет РАМТ? Все эти темы мы обсудили с Мариной Брусникиной.
— Марина Станиславовна, что изменилось в вашем отношении к театру после назначения художественным руководителем?
— Уровень ответственности, конечно, изменился. Но я все равно пытаюсь получать от всего удовольствие. Стараюсь позитивно мыслить и думаю, все будет в порядке.
— Вы были главным режиссером, и круг деятельности больше касался решения творческих вопросов. Должность худрука подразумевает и много всего другого…
— Разумеется. Раньше Алексей Владимирович решал дисциплинарные задачи. Много ведь есть проблем, связанных с артистами в труппе. У всех свои интересы, планы, занятость, и эти факторы невозможно игнорировать. Очень трудно делать так, чтобы все работало, учитывая интересы всех в команде.
— Как вы для себя сформулировали задачи? Что вам хочется сделать?
— В первую очередь мне важно, чтобы театр продолжал существовать на хорошем художественном уровне. Чтобы выпускались премьеры, которые интересны публике, и сохранялся охват широкой аудитории. Спектакли должны быть ориентированы на зрителей всех возрастов и не должны обманывать ожиданий зрителя, ведь у театра безупречная репутация.
Мне кажется, нужно продолжать увеличивать круг режиссеров, которые тут могут работать и выпускать спектакли. Нужно продолжать поиск новых имен, открывать постановщиков, которые создают спектакли, актуальные и интересные зрителям.
— Будет ли переход на новый этап? Условно, раньше был театр Алексея Бородина, а ваш РАМТ будет в чем-то другой?
— Может быть, всем хочется услышать, что я приду и что-то переделаю. Но такого точно не будет.
Мне кажется, что те пути, которые протоптаны Алексеем Владимировичем, очень правильные, и идти нужно по ним. Мы совпадаем в нашем видении. У меня тоже всегда была задача открывать зрителям что-то новое в постановках, в вечерах современной литературы, которые я когда-то ставила. Никаких резких движений от театра Бородина к театру Брусникиной, конечно, не будет. Алексей Владимирович хотел, чтобы я пришла на эту должность, доверяя мне и понимая, что я буду продолжать линию, которую он выстраивал 40 лет.
И сегодня это успешный театр с четкой и, как мне кажется, правильной программой и направлением развития. У меня задача — вложить в это дело свои силы и развивать его.
— В этом сезоне вы готовите премьеру «Плач в пригоршню». В основе — театральный роман Владимира Гуркина (зрителям наиболее известна его пьеса «Любовь и голуби», по которой режиссер Владимир Меньшов снял одноименный фильм. — «ВМ») Почему вы выбрали этот материал?
— Это очень сильное произведение. В первую очередь его хочется поставить потому, что пьеса написана именно для театра. Это очень хорошая драматургия с замечательными характерами, живыми персонажами. Здесь огромные возможности для труппы. Сама история касается нас всех, нашей страны, наших корней. Все это есть в пьесе. Ну а лично для меня… Я могу приводить множество разных параллелей. Вот недавно я разговаривала с художником-сценографом Николаем Симоновым (главный художник МХТ имени Чехова. — «ВМ»), и он мне говорит: «Понимаешь, я уже с твоим «Плачем» и сам плачу! Это же просто «Сто лет одиночества» Маркеса!». Честно говоря, с Маркесом у меня ассоциаций не было, но это действительно настоящая сага о жизни семей, поколений.
— Две ваши премьеры «Лето Господне» и «Иллюзия» светлые, дающие надежду. «Плач в пригоршню» будет с иным звучанием? Сюжет же трагичный…
— А наша жизнь — она какая? Очень разная, объемная. В ней сочетается прекрасное, чудесное с неизмеримым отчаянием. Главное только то, как ты сам этот мир видишь.
Действительность, о которой пишет Гуркин, очень живая. Есть и драма, и юмор, и бесконечная любовь к людям. Драматург говорил, что люди могут быть какими угодно, но в первую очередь они — люди. Это понимание человека — настоящее, глубинное — пересекается с гуманистической позицией русской литературы. Никто никогда, я думаю, не считает, что жизнь полна света и только света — она разная. В каком-то смысле это и стало для меня ключом к постановке.
— В театре «Практика» вы остались художественным руководителем?
— Да, пока так. В этом театре занимаются современными текстами, и мне кажется, это как раз то направление, которое не очень мощно развито. Поиск нужно продолжать, безусловно.
— А есть ли новые произведения, волнующие вас сегодня, по которым хотелось бы поставить спектакли?
— В последнее время, как, наверное, многие сейчас, я больше смотрю назад, в прошлое. Один человек мне недавно сказал, что это взгляд не назад, а в вечность. Теперь я так оправдываю свой интерес к литературе прошлого.
Но на самом деле поиск современного материала подспудно идет. Совсем недавно я вдруг поняла, что хотела бы сделать из нового, только что появившегося. Но пока не хочу раскрывать название. Это будет в РАМТе.
— «Практика» и РАМТ — театры очень разные. Есть ли такое, что вы один человек в «Практике» и совершенно другой в Молодежном?
— В «Практике» я, конечно, на другое реагирую, понимаю, что там интересны другие имена драматургов и режиссеров. И еще в этих театрах абсолютно разный ритм. В «Практике» другая скорость — надо все решать стремительно, все разговоры и встречи быстрые, мы существуем в очень бурном потоке событий. В РАМТе все делается обстоятельно, подробно, вдумчиво. Такой подход установил Алексей Владимирович — он долго всматривается в людей, любит подолгу поговорить с человеком. Я же принимаю решения почти мгновенно, порой на уровне интуиции. Но я себя пытаюсь останавливать, тормозить — учусь у Алексея Владимировича другому способу общения. Стану ли другой? Не знаю, время покажет.
— Но все же режиссеры, начавшие работу в «Практике», переходят в РАМТ. Арсений Мещеряков готовит спектакль «Махабхарата» в этом сезоне…
— Да, я очень этому рада! Очевидно, что некоторые имена выходят на первый план, заявляя о себе на творческих лабораториях. В прошлом сезоне в РАМТе появился спектакль «История одного детства» Сойжин Жамбаловой (постановка по воспоминаниям Елизаветы Водовозовой, детской писательницы и педагога, современницы Тургенева и Салтыкова-Щедрина. — «ВМ»). Мы стали первыми, кто предложил ей работу на большой сцене. Это большая творческая удача!
Арсений Мещеряков — очень яркое имя. Он много где уже работает, выиграл в конкурсе-лаборатории, потому что сделал очень мощную заявку. Постановок по индийскому эпосу вообще нет в Москве, тем более ориентированных на детей. Прошу прощения за современное слово — но это уже само по себе инфоповод.
Алексей Мартынов из «Мастерской Брусникина», который тоже ставил в «Практике», теперь будет ставить у нас детский спектакль «Инсу-Пу: остров потерянных детей» (в основе постановки — «робинзонада» современного автора Миры Лобе. — «ВМ») — опять же по результатам лаборатории.
— Молодые режиссеры способны вас удивить?
— Конечно, и я жду этого удивления. Мы ищем индивидуальности. Когда я на репетиции увидела работу Жамбаловой, то была поражена и чрезвычайно рада высокому уровню мастерства.
— Как вам удается при руководстве двумя театрами находить возможность для преподавания в Школе-студии МХАТ?
— Я разгружаюсь. У меня есть еще «хвосты», которые я должна доделать. Но сейчас я от многих предложений отказываюсь.
— Что вам дает преподавание? Почему для вас это так важно?
— Я с этого начала. Смысл этой работы очень явный — ты действительно можешь помогать людям. Ты помогаешь молодым актерам познавать себя. Это очень конкретная профессия.
— В работе со студентами результаты видимы, это большая отдача. Но что для вас отдача или результат как для режиссера? Как понимаете реакцию зрителя?
— Все же я знаю, на какие клавиши нажимаю, это все просчитывается. Но как делается… Все же это внутренняя история, осознанная работа по налаживанию контакта по сути с чужими тебе людьми.
— Вы пересматриваете свои спектакли после выпуска, когда они идут регулярно?
— Конечно, нужно следить, как постановка идет, развивается. Иногда бывает, что смотришь и думаешь: «Ничего себе, неужели это я сделала?». У меня есть такое выражение, над которым все смеются: «Мы были в припадке одаренности». Это когда мне что-то нравится. А когда, наоборот, устраиваю страшный разгон. А потом думаю: «Вот зачем пришла? Играли же люди, спокойно работали, а я им настроение испортила!».
— Когда смотришь ваши спектакли, понимаешь, что они все невероятно теплые, нежные, с безусловной любовью к людям. Удивительно, но вы при этом можете быть и такой строгой…
— Я вообще очень строгая. Без этого ничего не получится. У меня просто большие требования к себе. Какие-то вещи я не терплю совершенно и умею быть жесткой.
Вечный спор поколений: главный режиссер РАМТ Марина Брусникина представила премьеру «Иллюзия»
— Как вы выбираете артистов? Что вы никогда не прощаете?
— Простить, конечно, можно все. Но я все равно исхожу из своего жизненного опыта отношений с театром, преданности этому делу. Если вижу в людях верность работе, команде, идее — я очень это ценю. Мне важно, чтобы человек становился заинтересованным единомышленником — пожалуй, это главное.
— В студентах много преданности театру и театральному делу? Среди старшего поколения артистов обычной была ситуация абсолютной верности конкретному театру, где служили десятилетиями. А у молодых не так…
— Я говорю о преданности делу в целом. Да и я сама всегда умудрялась работать в нескольких местах, потому что хочется все успеть, это интерес к профессии как таковой. Так что меня даже подкупает такая энергия.
— Как вы восстанавливаетесь? Ведь ваша работа требует невероятного эмоционального вовлечения…
— В молодости я спокойно могла дня три вообще не выходить из дома. Могла поехать в институт и посреди дороги вернуться и остаться дома. Потом, когда стала взрослой, такой прелестной возможности уже нет. Остается лето, отпуск.
— Не боитесь выгорания? Актуальная проблема для многих сегодня...
— Я убеждена, что получать силы можно только отдавая. Я, конечно, уже учусь от чего-то отказываться. Но когда предлагают что-то интересное, важное мне или ответственное, когда чувствую, что не могу этого не сделать — берусь! Наверное, если тебе жизнь дает такие возможности, то это неслучайно. Если ты востребован, то все время отдаешь долги.
ДОСЬЕ
Марина Брусникина — художественный руководитель РАМТа с 14 августа 2026 года. Заслуженная артистка России, лауреат Государственной премии РФ. В 1982 году окончила Школу-студию МХАТ, курс Олега Ефремова.
В 1985 году была принята в труппу МХТ имени Чехова, где состояла по 2003 год.
С 2002 года работает в МХТ как режиссер-педагог. С 2009 по 2023 год — помощник художественного руководителя МХТ имени А. П. Чехова.
С 2018 года — художественный руководитель театра «Практика».
С 2023 по 2026 год — главный режиссер РАМТа. Преподает сценическую речь и мастерство актера в Школе-студии МХАТ, занимает должность заведующей кафедрой сценической речи и вокала.
КСТАТИ
В новом, 106-м сезоне в РАМТе запланировано множество премьер. Первой ласточкой станет пьеса Мольера «Лекарь поневоле» в постановке Владимира Богатырева. В декабре Алексей Бородин представит спектакль по пьесе Островского «На всякого мудреца довольно простоты» — режиссер за свой без малого шестидесятилетний творческий путь впервые обращается к творчеству одного из главных классиков русской драматургии. Сказку Ханса Кристиана Андерсена «Дикие лебеди» представит режиссер Екатерина Половцева.
Иван Пачин приступит к репетициям спектакля для юных театралов «Девочка, с которой ничего не случится» по рассказам Кира Булычева. Андрей Хисамиев выпустит спектакль «Фро» по рассказу Андрея Платонова. Уже в ноябре Александр Хухлин представит первый эпизод театрального «сериала» о детстве известных людей по книге Валерия Воскобойникова «Жизнь замечательных детей». Первая «серия» будет посвящена Исааку Ньютону.