Выход один - больше книг

Монолог

Хочу порадоваться за коллег с канала «1КБР», у которых есть замечательный проект под названием «Больше книг». Я даже готов простить ненавистное мне слово «подкаст», который используется для обозначения его жанровой принадлежности.
«Больше книг» - это записи недолгих, минут на 10-15 разговоров о том, кто, что и когда прочитал и что по этому поводу думает. Автор Марьяна Долова выкладывает видео этих встреч в соцсетях и на Рутубе. Наберите в той же «Телеге» «Больше книг» - и дано будет вам.
Чтобы не повторять ненавистное слово «подкаст», попытаюсь объяснить более-менее по-русски. Итак, встречи представляют собой «разговоры по душам» в уютной (как теперь принято говорить – «ламповой») обстановке на фоне огромного, во всю стену, книжного стеллажа, заполненного книгами практически доверху. Лампа, кстати, там тоже есть. Всё обустроено предельно камерно и до такой степени располагает к задушевной беседе, что запросто можно рассказать больше, чем собирался. Во всяком случае со мной вышло именно так. Изначально я намеревался ограничиться парой-тройкой названий, но сам не заметил, как разошёлся и наболтал на целый список. Вот он: «Властелин колец», «Имя розы», «Трудно быть богом», «Город и псы», «Похождения бравого солдата Швейка» и «Сандро из Чегема». Потом меня, как Остапа, совсем понесло и, если бы меня не остановили, боюсь, я рассказал бы ещё про «Тихий Дон», «Двух капитанов», «Дживса и Вустера», «Лос-Анджелесский квартет», «Маковое море» и ещё много всего.
Даже обидно было, что узнал я о проекте случайно. Тем более что я - человек, так сказать, отродясь преданный чтению, до сих пор записанный в библиотеку, прятавший книги под школьной партой, а однажды даже устроивший драку с приятелем из-за неправильного понимания этим приятелем устройства подлодки «Наутилус» из «Двадцати тысяч льё под водой»!
Но лучше поздно, чем никогда. Дело было так: мы были с Марьяной на съёмках в библиотеке Дома культуры Кашхатау (к слову, прекрасно обустроенной), сотруднице которой Марьяна сообщила о проекте, а ваш покорный слуга этот разговор нечаянно (почти) подслушал и неделикатно напросился в участники сам.
Теперь я периодически листаю ленту подкаста в Телеграм и выискиваю, кто что читает, хотя порой это вынуждает меня впасть в грех «разговора с телевизором» (в нашем случае – с телефоном). Но всё скрашивает сам факт: возможность поговорить о книгах в наш век клипового мышления и эпидемии грамматических ошибок в госпабликах (ещё одно дурацкое словечко), ей-богу, дорогого стоит. Возможно, намного более дорогого, чем нам кажется.
Ну, во-первых: найти человека, который просто берёт в руки книгу не по необходимости, просто-напросто нелегко. Они во все времена составляли меньшинство, а сегодня и вовсе вымерли, как саблезубые динозавры. Во-вторых, сегодня, помимо клиповости мышления, народ повально принялся страдать ещё и неумением выражать свои мысли. Мне как-то раз попался древний репортаж из очереди, выстроившейся в первый в Москве (соответственно – и в стране) «Макдональдс». Делали его журналисты столь же древней телепередачи «Марафон-15» (выросшей в свою очередь из совсем уж ископаемой «До 16 и старше»). Так вот – устная речь стоявших в той очереди (по длине сравнимой с очередью в мавзолей Ленина) москвичей, по богатству словесных оборотов, образности и просто интеллекту превосходила речь доброй половины моих однокорытников по бакалавриату филфака! И это при том, что стояли в очереди совсем ещё школьники, а на бакалавриате я учился целых двадцать пять лет назад (что творится в тамошних головах сегодня – и подумать страшно)!
По поводу этой проблемы очень хорошо в своё время высказался отечественный фантаст Андрей Лазарчук в романе «Опоздавшие к лету»: «С тех же примерно годов, с двадцатых, медленно идёт процесс, который я назвал истощением образности. Для описания жизни современного человека нужно совсем немного слов. Гимназисты начала века на сто человек использовали семьдесят шесть фабул, суммарный словарный запас – шестнадцать тысяч слов. Гимназисты семьдесят восьмого года – одиннадцать фабул на сто пишущих! Словарный запас – шесть тысяч пятьсот».
«Опоздавшим к лету», прошу заметить, уже не один десяток лет. То есть мы упростились ещё больше. И бог с ними – с книгами. Исчезло умение  и желание наполнить слово смыслом. Многие современные нелитературные тексты сделаны по принципу «лишь бы ляпнуть».
При этом до авторов никак не дойдёт, что без грамотности даже в современном мире – никуда, потому что тексты в любом случае нужны и будут нужны ещё долго: как ни крути, но слова и буквы пока ещё остаются единственным средством коммуникации. Однако проблему повсеместного пренебрежения умением владеть этими средствами никто решать не желает. Поэтому и происходят чудовищные явления, вроде обучения медийных специалистов пользованию нейросетями, чтобы искусственный интеллект написал за них несчастные два абзаца текста. Сам видел. До сих пор помню выражение ужаса на лицах участников какого-то семинара, когда во время выполнения очередного задания (причём простейшего) дошло до запятых и спикер торжественно заблажил: «Вот поэтому вам и нужны нейросети! Ими пользуется всё больше и больше людей по всему миру!». Я, помнится, повёл себя тогда примерно, как герой Фрунзика Мкртчана в суде, когда герою «Мимино» чуть не дали два года.
К чему я всё это: ни от кого не требуется быть Шекспиром, Шолоховым или кем-то из трёх Толстых. Но если уж ты подрядился писать тексты – будь добр подрядиться их и читать. Короче говоря, выход для таких один – больше книг.
И когда я вижу в подкасте, как такие же нальчане всех возрастов рассуждают о прочитанном – я радуюсь. Кстати, в скором времени мы с Марьяной Доловой намерены обсудить там роман «Щегол» - лауреат Пулитцеровской премии 2014 года объёмом целых 832 страницы. Обсуждать будем по принципу «хороший и плохой полицейский». Надеюсь, наш скорбный труд не пропадёт!