В ЕГО ЖИЗНИ БЫЛА АБХАЗИЯ
Творческие лица
Особенность таланта
Легкость, искренность, лиричность, простота и мудрость отличают творчество Александра Трифоновича Твардовского. Эта особенность его таланта проявляется во всех его произведениях, привлекая читателя разного возраста. Кто не знает стихотворения Александра Твардовского «Я убит подо Ржевом», «Я знаю, никакой моей вины», поэму «Василий Теркин»? Они западают в душу, они беспокоят сердце, заставляют задуматься о многих насущных проблемах бытия, нравственных ценностях, сопереживать нелегкой судьбе другого, пусть и незнакомого тебе человека.
Василий Теркин – герой одноименной поэмы Александра Твардовского везде стал своим, и у нас в Абхазии тоже. Еще в школьные годы произведение «Василий Теркин» входит в нашу жизнь. Герой-боец, достойно преодолевающий все тяготы войны, невольно вызывает симпатию. К тому же легкие, льющиеся, словно летний дождь, строки поэмы запоминаются без труда. А для школьников, которым предстоит учить отрывки из нее наизусть, это немаловажно.
Поэт был удостоен Государственной премии СССР за эту поэму и еще трижды за поэмы «Страна Муравия», «Дом у дороги», сборник стихов «Из лирики этих лет. 1959-1967», а Ленинской премии – за поэму «За далью – даль».
Штрихи биографии
Будущий писатель родился в семье Трифона Твардовского и Марии Твардовской (Плескачевской) 21 июня 1910 года близь деревни Загорье Смоленской губернии на «хуторе пустоши Столпово». Как следует из открытых источников, эту землю «12 десятин болотистой, поросшей лозняком земли», отец приобрел за год до его рождения у потомков адмирала Нахимова. Отношения с отцом у Александра Твардовского складывались непростые, а с матерью он был очень близок. Детство и юность прошли в деревне. Здесь Александр Твардовский учился в школе, а затем продолжил образование в Смоленском педагогическом институте, в Московском институте философии, литературы, истории. Уже с 14 лет он – сельский корреспондент смоленских газет, в которых впервые публикуют и его стихи.
Большое влияние на Александра Твардовского оказал Михаил Исаковский. Он признавал, что это влияние было благотворным для него. «В стихах своего земляка, – отмечал Александр Трифонович, – я увидел, что предметом поэзии может и должна быть окружающая меня жизнь советской деревни, наша непритязательная советская природа, собственный мой мир впечатлений, чувств, душевных привязанностей».
Абхазия и Баграт Шинкуба в жизни Твардовского
Русский писатель полюбил нашу страну, ее людей, абхазские народные песни и танцы, фольклор и нередко просил Баграта Шинкуба рассказать ему легенды, предания и мифы. Он часто бывал в Абхазии с супругой Марией Илларионовной.
Крепкая дружба связывала Александра Трифоновича с Багратом Васильевичем Шинкуба.
Русский писатель впервые посетил Абхазию в 1962 году. В то время в Грузинской ССР проходила декада русской поэзии. Поэт вместе с другими писателями прибыл в Сухум и принял участие в литературном вечере. В тот год он посетил и дом патриарха абхазской литературы Дмитрия Гулиа, живо интересовался его творчеством. Сегодня в Литературно-мемориальном музее Д.И. Гулиа каждый посетитель может увидеть фотографию, на которой в кабинете народного поэта вместе с его дочерью Татьяной Дмитриевной запечатлены Александр Твардовский, Баграт Шинкуба, Киршал Чачхалиа. А под ней слова, оставленные Александром Твардовским: «Этот дом настоящего народного поэта – простой, безо всякой роскоши». Директор музея Светлана Корсая и его сотрудники показали мне и другие фотографии (из архива), связанные с пребыванием русского писателя в нашей стране.
Абхазский государственный музей, Сухумский ботанический сад, да и другие достопримечательности Абхазии привлекли внимание Александра Трифоновича, и везде с ним рядом был Баграт Шинкуба, все показывал, рассказывал. Эта встреча стала первым звеном в их будущих отношениях.
И когда Баграт Шинкуба прислал ему рукопись – свой роман в стихах «Песнь о скале» в переводе Риммы Казаковой, Александр Трифонович поместил одну главу из него – «Кольчуга» в журнале «Новый мир», главным редактором которого был долгие голы. Впоследствии в этом журнале опубликована и повесть Баграта Васильевича «Чанта приехал», за перевод которой Е. Герасимов взялся также при содействии Александра Твардовского.
В архиве семьи Баграта Шинкуба есть немало фотографий, на которых он запечатлен вместе с Александром Твардовским, Константином Симоновым, Риммой Казаковой и другими известными писателями. Дома у Баграта Шинкуба – и в Члоу, и в Сухуме, всегда встречали Александра Твардовского как близкого и дорогого человека. Каждое лето по приезде друга Баграт Васильевич утраивал ему прием и организовывал отдых в Абхазии.
Фрагменты из рабочих тетрадей
В рабочих тетрадях 60-х годов Александр Твардовский с теплотой неоднократно называет Баграта Шинкуба милым и добрым. Находясь в Абхазии, в сухумском санатории МВО, он делает такую запись 12 октября 1968 года: «Вчера прибыли сюда – не представлял, что это будет так рано, посылая бесстыдную телеграмму с указанием даже вагона, то есть с очевидным «повисанием» над милым и добрым Шинкубой. Он таки встретил… Все хорошо. Санаторий – городок, густо заселенный, у самого моря. Народу – тьма, но генеральский наш корпус – бывший жилой дом для офицеров расположенного здесь полка, тихое и не похожее на санаторные помещения место… Три комнаты, если считать и застекленную веранду, пристроенную при переоборудовании…
Присели с Шинкубой на этой веранде…».
Из записи 19 октября:
«…День веселеет, звонил Шинкуба насчет поездки в Пицунду. Вчера заходил Искандер с сотрудником «Советской Абхазии», забыл его фамилию, бравшим у меня в 66-м г. интервью. Фазиль вечером должен был улететь в Москву, жаль, с ним можно было бы нырнуть куда-нибудь в гущу народа».
Из записи 20 октября:
«Брал с собой тетрадку в Пицунду, но записать ничего, конечно, не записал, некогда было за угощением и общением с абхазской администрацией интуристских корпусов на опушке этой дивной рощи. Зато читал под воздействием «изабеллы» – Баграту одному – главы и всем вместе – остальное – «Записную книжку». «Сыном-отцом» Баграт был, кажется, вполне искренне тронут».
«Новая Пицунда не так дурна, как можно было предположить. Первое замечательное впечатление – никаких следов недавней стройки, какие и в городах остаются обычно долго еще после заселения домов – ни ям, ни битого кирпича, ни досок от опалубок, покореженных плит, панелей и т.п. Газоновая травка обтекает дорожки – бетонные и плиточные, ни щепочки, ни камешка, как будто эти щегольски-модерновые и, правда, красивые четырнадцатиэтажки стоят здесь давным-давно. И внутри все хорошо, кроме очень уж старательно модернированной мебели – низкие столики, креслица и т.д. По фасаду – широченная набережная с крупногалечным пляжем, чудесное море байкальской чистоты, а сзади, хотя, строго говоря, нет «задов» – этот древний, мрачноватый в своей древности сосновый бор, который старше этих зданий по крайней мере на 10 тысяч лет, т.е. 10 тысяч лет назад такая сосна уже повсеместно на земле кончила свой век…»
Это лишь небольшая часть высказываний Александра Твардовского о нашей стране. Абхазия в его жизни и сердце всегда занимала свое заповедное место. И здесь помнят об этом, помнят друга – выдающегося русского писателя, посвящают ему статьи и книги. О нем писали Баграт Шинкуба, историк Вианор Пачулиа и другие, рассказывала и газета «Республика Абхазия».
Твардовский и Искандер
Александр Трифонович всегда поддерживал абхазских писателей. И Фазиль Искандер был автором журнала «Новый мир» с 1958 года. Здесь была опубликована его повесть «Созвездие Козлатура», подвергавшаяся серьезным нападениям, однако принесшая ему огромную популярность. Затем в том же году Александр Твардовский печатает рассказы Фазиля Искандера «Колчерукий» и «Дедушка». В планах журнала была публикация повести «Сандро из Чегема», но осуществить это Александру Твардовскому не удалось.
Русский писатель оставил добрую память о себе в Абхазии. Здесь о нем говорят с уважением и любовью.
Улочки, улицы, здания, деревья. Они были и тогда, в годы приезда Александра Трифоновича в Абхазию. Он гулял здесь, он любовался старинными зданиями и вековыми деревьями, любовался морем. Что они помнят? Что хранят? Ведь ничто не исчезает бесследно, все остается в особой энергии, наполняющей пространство и живущей вечно. Но они не смогут передать это нам, людям.
Мне очень хотелось найти человека, который бы лично знал Александра Твардовского. И я нашла его. Это академик, народный поэт Абхазии Мушни Таевич Ласуриа. О чем он рассказал, читайте в ближайших номерах газеты «Республика Абхазия».
Публикацию подготовила Лейла ПАЧУЛИЯ