Дневник. 1986-87 год. Глава 19. Преодолевая судороги процесса
Восемнадцатая глава
Красавица Анна Самохина, увы, покойная, в фильме "Воры в законе" по рассказу Фазиля Искандера "Чегемская Кармен"
Кому-то, возможно, смешно сейчас читать: "обновление дает сбои, ослабился критический потенциал прессы", но так оно и было. Причем я был совершенно не уникальным, а типичным, типичнее некуда, представителем интеллигентско-творческой прослойки в своем отношении к перестройке, к Горбачеву, к гласности, к возвращению ранее запретных имен и произведений.
Процесс пошел, но шел он не гладко, толчками, с торможением, туда-сюда-обратно, и в 1987 году, да и позже, вплоть до 1990 года не казался необратимым. Видимо, и Горбачев питал иллюзии, будто он в любой момент может остановить этот запущенный им процесс.
Эти записи, наверное, могут представлять определенный исторический интерес. Особенно абзацы, посвященные "толстым" журналам, да и газетам тоже. Роль газет и журналов в период перестройки и их влияние на умы граждан заслуживает серьезного научного исследования.
Краткие пояснения даю курсивом. И для удобства решил снабдить свои старые записи заголовками и подзаголовками.
19 января 1987 года
От Искандера пальчики оближешь
Читал два рассказа Искандера, изумительных, пальчики оближешь! Читая их, я вспоминал Мериме и Чехова.
Почему именно их? Та же свободная композиция, диалоги, пейзажи, общие рассуждения о жизни, о литературе, тонкость и сила деталей.
Да Чехов-то вспомнился зря, у него похож лишь цикл о Чимша-Гималайском, "Крыжовник" и пр.
А Мериме не зря, первый рассказ назван "Чегемская Кармен", и сходство с той прелестной новеллой есть, хотя всё иронизировано. Эта Кармен - просто шлюшка, алкашка, наркоманка, связанная с воровским абхазским миром, хотя и та Кармен была не лучше, ее опоэтизировали романтики.
Искандер в своей новелле многое затрагивает, и национальные предрассудки абхазцев, их споры с грузинами и каким-то эндурцами о древности сооружений, о том как давно абхазцы здесь живут, и советских миллионеров, коих протряхивают нынешние робингуды, и насмешку над лозунгом "грабь награбленное", и упоминания Сталина в самом издевательском, ненавистном контексте, и горные пейзажи, и неглупые литературные и философские рассуждения.
В общем, содержание новеллы богато и разнообразно, некий качественный скачок.
Страшная действительность из журнала
"Бармен Адгур" - это стилизация, не без юмора, но за шутками видна страшная действительность абхазского торгового, уголовного, милицейского мира, что одно и то же. Милиция, юристы, врачи, местные власти, всё куплено, порочный круг, надо выть по-волчьи и быть волком, кем и является главный герой, бармен-десантник, с коим решили расправиться. Искандер не может без иронии, без тонкой внутренней усмешки, но он полон ужаса от нашей современной жизни.
Прочел маленький, но сильный новонапечатанный рассказ Ю. Трифонова "Недолгое пребывание в камере пыток" о предателе-стукаче конца сороковых и о новой с ним встрече. Больная трифоновская тема, и снова всё четко, честно и сильно написано.
Всё это - из 12 номера журнала "Знамя" - едва ли не лучший сейчас журнал, хотя трудно быть лучшим.
С ума сойти и обалдеть!
А вот получил первый номер (журнала "Знамя") за этот год, и обалдел, читать стоит от корки до корки.
Судите сами: новый роман С. Есина "Временитель", о нем речь позже, после второго номера, стихи В. Соколова - неплохие и Б. Слуцкого - отличные, деревенские рассказы Б. Екимова (пока не прочел, но говорят, что вещь стоящая), новелла Андрея Битова, эссе Ф. Искандера, интересная статья о 10-й главе "Онегина" некоего А. Чернова, человека явно талантливого (на сей раз я не ошибся, Андрей Чернов действительно оказался талантливым поэтом и литературоведом); "мемуары" бывшего завгороно - о советском абсурде в области образования и просвещения, о пустых вечерних школах, переполненных на бумаге, и всё министерство всё прекрасно знает, но для него важны только цифры вала, а дети - главное препятствие, как сказано недавно в КВН остроумными одесситами.
Записки бывшего посла в Иране - весьма объективно, откровенно и интересно.
Статья Н. Ивановой - честная и длинная, хотя скучноватая, в ней описан фильм "Покаяние". Но меня огорчили нападки на В. Астафьева, не на его взгляды, достаточно одиозные, а на "Печальный детектив", что несправедливо, нельзя подменять отношение к тенденции отношением к художественным образам
Статья И. Золотусского, где Астафьеву отдано должное, и где злые и ядовитые слова о Сталине, и два слова о лагерях, в солженицынском духе: огромный котлован, обнесенный колючей проволокой, там мириады рабов и гигантский транспарант "Вперед к победе коммунизма". Это строительство Куйбышевской ГРЭС. Вот они, великие стройки коммунизма!
В общем, великолепный номер журнала, если так пойдет дальше - с ума сойти.
27 января
Путь гласности тернист и тяжел
Обновление дает сбои, ослабился критический потенциал прессы. Слухи о возвращении Любимова оказались сильно преувеличенными (он и не думал и не собирался) - нельзя верить слухам (маэстро капризничал и выпендривался перед неизбежным возвращением). Не разрешили играть спектакль про Высоцкого на Таганке в день рождения поэта. Хотя все газеты и журналы этот день отметили, даже в "Советском спорте" публикация двух стихотворений, даже нелепо всё это, по указке умеют делать всё, что угодно. Хотя статьи в "Известиях" и "Московском комсомольце" весьма неплохие, слабее и банальнее - в "Огоньке". Поменьше бы статей, побольше бы стихов и прозы его самого, и хорошо бы неизданного, неизвестного.
Но восстановлен "Дом на набережной". Рассыпан набор "Собачьего сердца" Булгакова в "Юности", это тяжелый удар, это самое несправедливое и глупое.
Да, путь будет тернист и тяжел. Гласность, конечно, стала знаком наших дней, но я наблюдаю характерное явление "неполной гласности", "неравной свободы", нечто напоминающее пословицу о Юпитере и быке.
Что дозволено "Московским новостям", "Аргументам и фактам" и подобным полузакрытым изданиям, не дозволено "Правде", "Известиям" и пр.
Суперсмелые Московские новости
Особенно характерны "Московские новости", там идет суперсмелый разговор, последовательно и целеустремленно пишут правду о Сталине, гораздо откровеннее и яснее говорят о наших сегодняшних делах.
Конечно, ничтожная доля тиража поступает в киоски, но газета обращена в принципе на Запад, не для нас это всё, надо признать.
Читать приятно, особенно о Сталине. И что программы "Истории КПСС" до сих пор основаны на сталинских концепциях, и что нельзя генералиссимуса показывать мощно-патетической фигурой. Но в "Правде" сейчас так не напишут, и это прискорбный факт.
Очередь в газетный киоск за "Московскими новостями". Конец 80-х годов ХХ века
Сталин без ореола
"Покаяние" вырвалось на экраны, но уже все подряд примазываются, в "Литературке" написал о фильме Роб. Рождественский, и всё правильно, хорошо сказал, но я ему не верю (и совершенно напрасно! Роберт Иванович был исключительно порядочным человеком). Вот Евтушенке верю, тот и правда считает, что такие фильмы нужны.
Вообще всем, что касается Сталина, я сейчас доволен, эта фигура разоблачается повсеместно, лишается ореола величия и противоречивости. Тиран, повернувший страну вспять, это пора признать публично, и хотя это не напечатано впрямую, это единственный логический вывод из всего, что пишется сегодня о Сталине и его времени.
И еще два раза настоящая чегемская Кармен - несравненная красавица Анна Самохина в фильме "Воры в Законе"
Мои дневники
Необязательные мемуары
Красавица Анна Самохина, увы, покойная, в фильме "Воры в законе" по рассказу Фазиля Искандера "Чегемская Кармен"
Кому-то, возможно, смешно сейчас читать: "обновление дает сбои, ослабился критический потенциал прессы", но так оно и было. Причем я был совершенно не уникальным, а типичным, типичнее некуда, представителем интеллигентско-творческой прослойки в своем отношении к перестройке, к Горбачеву, к гласности, к возвращению ранее запретных имен и произведений.
Процесс пошел, но шел он не гладко, толчками, с торможением, туда-сюда-обратно, и в 1987 году, да и позже, вплоть до 1990 года не казался необратимым. Видимо, и Горбачев питал иллюзии, будто он в любой момент может остановить этот запущенный им процесс.
Эти записи, наверное, могут представлять определенный исторический интерес. Особенно абзацы, посвященные "толстым" журналам, да и газетам тоже. Роль газет и журналов в период перестройки и их влияние на умы граждан заслуживает серьезного научного исследования.
Краткие пояснения даю курсивом. И для удобства решил снабдить свои старые записи заголовками и подзаголовками.
19 января 1987 года
От Искандера пальчики оближешь
Читал два рассказа Искандера, изумительных, пальчики оближешь! Читая их, я вспоминал Мериме и Чехова.
Почему именно их? Та же свободная композиция, диалоги, пейзажи, общие рассуждения о жизни, о литературе, тонкость и сила деталей.
Да Чехов-то вспомнился зря, у него похож лишь цикл о Чимша-Гималайском, "Крыжовник" и пр.
А Мериме не зря, первый рассказ назван "Чегемская Кармен", и сходство с той прелестной новеллой есть, хотя всё иронизировано. Эта Кармен - просто шлюшка, алкашка, наркоманка, связанная с воровским абхазским миром, хотя и та Кармен была не лучше, ее опоэтизировали романтики.
Искандер в своей новелле многое затрагивает, и национальные предрассудки абхазцев, их споры с грузинами и каким-то эндурцами о древности сооружений, о том как давно абхазцы здесь живут, и советских миллионеров, коих протряхивают нынешние робингуды, и насмешку над лозунгом "грабь награбленное", и упоминания Сталина в самом издевательском, ненавистном контексте, и горные пейзажи, и неглупые литературные и философские рассуждения.
В общем, содержание новеллы богато и разнообразно, некий качественный скачок.
Страшная действительность из журнала
"Бармен Адгур" - это стилизация, не без юмора, но за шутками видна страшная действительность абхазского торгового, уголовного, милицейского мира, что одно и то же. Милиция, юристы, врачи, местные власти, всё куплено, порочный круг, надо выть по-волчьи и быть волком, кем и является главный герой, бармен-десантник, с коим решили расправиться. Искандер не может без иронии, без тонкой внутренней усмешки, но он полон ужаса от нашей современной жизни.
Прочел маленький, но сильный новонапечатанный рассказ Ю. Трифонова "Недолгое пребывание в камере пыток" о предателе-стукаче конца сороковых и о новой с ним встрече. Больная трифоновская тема, и снова всё четко, честно и сильно написано.
Всё это - из 12 номера журнала "Знамя" - едва ли не лучший сейчас журнал, хотя трудно быть лучшим.
С ума сойти и обалдеть!
А вот получил первый номер (журнала "Знамя") за этот год, и обалдел, читать стоит от корки до корки.
Судите сами: новый роман С. Есина "Временитель", о нем речь позже, после второго номера, стихи В. Соколова - неплохие и Б. Слуцкого - отличные, деревенские рассказы Б. Екимова (пока не прочел, но говорят, что вещь стоящая), новелла Андрея Битова, эссе Ф. Искандера, интересная статья о 10-й главе "Онегина" некоего А. Чернова, человека явно талантливого (на сей раз я не ошибся, Андрей Чернов действительно оказался талантливым поэтом и литературоведом); "мемуары" бывшего завгороно - о советском абсурде в области образования и просвещения, о пустых вечерних школах, переполненных на бумаге, и всё министерство всё прекрасно знает, но для него важны только цифры вала, а дети - главное препятствие, как сказано недавно в КВН остроумными одесситами.
Записки бывшего посла в Иране - весьма объективно, откровенно и интересно.
Статья Н. Ивановой - честная и длинная, хотя скучноватая, в ней описан фильм "Покаяние". Но меня огорчили нападки на В. Астафьева, не на его взгляды, достаточно одиозные, а на "Печальный детектив", что несправедливо, нельзя подменять отношение к тенденции отношением к художественным образам
Статья И. Золотусского, где Астафьеву отдано должное, и где злые и ядовитые слова о Сталине, и два слова о лагерях, в солженицынском духе: огромный котлован, обнесенный колючей проволокой, там мириады рабов и гигантский транспарант "Вперед к победе коммунизма". Это строительство Куйбышевской ГРЭС. Вот они, великие стройки коммунизма!
В общем, великолепный номер журнала, если так пойдет дальше - с ума сойти.
27 января
Путь гласности тернист и тяжел
Обновление дает сбои, ослабился критический потенциал прессы. Слухи о возвращении Любимова оказались сильно преувеличенными (он и не думал и не собирался) - нельзя верить слухам (маэстро капризничал и выпендривался перед неизбежным возвращением). Не разрешили играть спектакль про Высоцкого на Таганке в день рождения поэта. Хотя все газеты и журналы этот день отметили, даже в "Советском спорте" публикация двух стихотворений, даже нелепо всё это, по указке умеют делать всё, что угодно. Хотя статьи в "Известиях" и "Московском комсомольце" весьма неплохие, слабее и банальнее - в "Огоньке". Поменьше бы статей, побольше бы стихов и прозы его самого, и хорошо бы неизданного, неизвестного.
Но восстановлен "Дом на набережной". Рассыпан набор "Собачьего сердца" Булгакова в "Юности", это тяжелый удар, это самое несправедливое и глупое.
Да, путь будет тернист и тяжел. Гласность, конечно, стала знаком наших дней, но я наблюдаю характерное явление "неполной гласности", "неравной свободы", нечто напоминающее пословицу о Юпитере и быке.
Что дозволено "Московским новостям", "Аргументам и фактам" и подобным полузакрытым изданиям, не дозволено "Правде", "Известиям" и пр.
Суперсмелые Московские новости
Особенно характерны "Московские новости", там идет суперсмелый разговор, последовательно и целеустремленно пишут правду о Сталине, гораздо откровеннее и яснее говорят о наших сегодняшних делах.
Конечно, ничтожная доля тиража поступает в киоски, но газета обращена в принципе на Запад, не для нас это всё, надо признать.
Читать приятно, особенно о Сталине. И что программы "Истории КПСС" до сих пор основаны на сталинских концепциях, и что нельзя генералиссимуса показывать мощно-патетической фигурой. Но в "Правде" сейчас так не напишут, и это прискорбный факт.
Очередь в газетный киоск за "Московскими новостями". Конец 80-х годов ХХ века
Сталин без ореола
"Покаяние" вырвалось на экраны, но уже все подряд примазываются, в "Литературке" написал о фильме Роб. Рождественский, и всё правильно, хорошо сказал, но я ему не верю (и совершенно напрасно! Роберт Иванович был исключительно порядочным человеком). Вот Евтушенке верю, тот и правда считает, что такие фильмы нужны.
Вообще всем, что касается Сталина, я сейчас доволен, эта фигура разоблачается повсеместно, лишается ореола величия и противоречивости. Тиран, повернувший страну вспять, это пора признать публично, и хотя это не напечатано впрямую, это единственный логический вывод из всего, что пишется сегодня о Сталине и его времени.
И еще два раза настоящая чегемская Кармен - несравненная красавица Анна Самохина в фильме "Воры в Законе"
Мои дневники
Необязательные мемуары