«А через 15 минут пришли фашисты». История одной ошибочной похоронки

Похоронка – одно из самых страшных слов Великой Отечественной войны. Как рассказывали родственники солдат, воевавших на передовой, почтальонов ждали со смешанным чувством. Он мог принести и долгожданное письмо, и серенький листочек с горьким известием: «Пал смертью храбрых».

Не хотели призывать

Многие, кто в войну получали похоронки, не сразу верили в происходящее и еще долгое время надеялись, что «может быть, это ошибка». И для таких надежд были основания: очень-очень редко, но подобные ошибки действительно случались.

Родственникам солдата приносили похоронку, а спустя недели, месяцы и даже годы выяснялось, что боец жив, ранен или контужен. Дочь ветерана войны, жительница Чебаркуля Раиса Косова рассказала «АиФ-Челябинск», что похожая история произошла с ее отцом в 1943 году.

Родители моей собеседницы Андрей Яковлевич и Вера Петровна Стамиковы жили в деревне Пож Пермской области, работали в колхозе. Главу семьи призвали на фронт в декабре 1941 года.

Как говорит Раиса Андреевна, сначала его призывать не хотели. Он считался «не очень благонадежным». Дело в том, что отец Веры Петровны в Гражданскую войну был мобилизован в армию Колчака, а после того, как белых разгромили, вроде бы оказался в Японии.

«Никакой связи с ним не было, никто о нем ничего не знал, но все равно считалось, что у нашей семьи где-то есть родственники – белобандиты. Тем не менее, потери на фронте в начале войны были большие, и на все это перестали обращать внимание. В конце 41-го призвали и папу», – рассказывает Раиса Андреевна.

Похоронка и письмо

А в 1943 году жена Андрея Стамикова и его родители получили похоронку. «Представляете, какое это было горе в семье! Ведь к началу войны у моих родителей уже было трое детей, и, значит, все они остались без отца, без кормильца, – говорит Раиса Андреевна. – Однако примерно через две недели от отца пришло письмо, в котором он писал, что ранен. Родственники очень удивились и решили, что письмо было отправлено до того, как отец погиб, и продолжали его оплакивать».

А через некоторое время от Андрея Яковлевича пришло еще одно письмо: он писал, что ранен, контужен и лечится в ленинградском госпитале. Чтобы, наконец, узнать правду, его жена поехала в военкомат и показала эти письма. В военкомате похоронку изъяли и сделали запрос в госпиталь.

Что же случилось с рядовым Андреем Стамиковым? Почему его посчитали погибшим? Как говорит моя собеседница, ее отец не любил вспоминать о войне. Но эту невероятную историю своего ранения и спасения он ей рассказывал в детстве.

Решили, что сгорел

«В небольшой деревушке где-то под Ленинградом завязался бой. Всех раненых красноармейцев снесли в один дом. В то время к каждой медсанчасти были прикреплены конкретные полки и роты, поэтому подводы, приезжающие из госпиталей, забирали раненых бойцов не всех подряд, а только «своих». Приехавшие за ранеными первым делом спрашивали: «Есть из такой-то части?».

Отец был ранен в обе ноги, он истекал кровью и просил забрать его. Одни ему отказали, так как своих раненых некуда уже было класть, а вот подвода из другой части оказалась полупустой, и там санитар пожалел отца и согласился отвезти его в медсанчасть», – рассказывает Раиса Андреевна.

Уже в госпитале Стамиков встретился со своим однополчанином, и узнал от него следующее: буквально через 15-20 минут после отъезда подвод в деревушку вошли немцы и подожгли дом, где находились оставшиеся раненые бойцы. Однополчанин тоже выжил чудом: когда изба загорелась, он подтянулся на руках и через окно вывалился в снег. Избу уже окутал дым от пожара, и немцы раненого солдата, к счастью, не заметили.

Вскоре наши бойцы вновь заняли эту деревню. Затем приехала подвода из той воинской части, в которой служил Андрей Стамиков. Приехавшие увидели сгоревший дом и решили, что он, как и другие раненые, сгорел в этом доме. И после этого родственникам отправили похоронку.

Остался осколок

Андрей Яковлевич вернулся домой летом 1945 года. Он прошел всю войну рядовым пехотинцем, был дважды тяжело ранен. Остался жить в родном селе, работал бригадиром тракторной бригады, затем – машинистом на электростанции. После войны у них с женой родилось еще трое детей, и среди них – моя собеседница. По ее словам, «на память» о войне отцу остался осколок в легких:

«У папы было тяжелое осколочное ранение, вся спина была в осколках от разорвавшейся мины. Медбрат в госпитале вытаскивал эти осколки, но один осколок, видимо, вошел глубоко и остался где-то в районе легких. Этот осколок беспокоил отца, его мучил сильный кашель, боли в области груди. Но в районной больнице решили, что у него туберкулез, и лечили от туберкулеза. Уже в начале 80-х годов в военном госпитале в Перми отцу сделали снимок, и врач госпиталя сказал: «У вас в легком осколок»,

Сама Раиса Андреевна окончила Пермский педагогический институт, вышла замуж за военнослужащего и в 1974 году приехала в Чебаркуль. У нее трое взрослых детей, шестеро внуков и правнук.

«Мы в своей большой семье храним память о наших родителях. Папа воевал на фронте, а мама от зари до зари трудилась в тылу, – говорит она. – Мои внуки в школе пишут сочинения о своем прадедушке, Ведь судьба каждого отдельного солдата – это часть истории всей страны и часть нашей Победы».