Решение КС: обязанность компенсации морального вреда переходит по наследству
Конституционный суд постановил: наследники человека, совершившего преступление, но умершего до приговора суда, обязаны выплачивать компенсацию морального вреда потерпевшим. Избежать такого варианта развития событий можно, если отказаться от вступления в наследство. Действие этого правила в отношении подозреваемых и обвиняемых, ушедших на СВО, нуждается в дополнительных разъяснениях, говорят юристы.
В Конституционный суд (КС) обратились Алина Байгускарова и Марат Мухаметчин, которые усомнились в конституционности двух статей Гражданского кодекса (ГК).
Ст. 151 ГК гласит, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), суд может возложить на нарушителя обязанность выплатить денежную компенсацию этого вреда. А из ст. 1112 кодекса следует, что в состав наследства входят не только вещи и иное имущество, но и «имущественные права и обязанности» (например, обязанность выплатить взятые умершим кредиты). Не входят в состав наследства права и обязанности, «неразрывно связанные с личностью наследодателя», – право на получение алиментов или право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также иные права и обязанности, оговоренные в законах.
[embed]https://profile.ru/finance/nasledstvo-bez-prosrochki-kak-moz...[/embed]
Обратившиеся с жалобой в КС граждане были детьми Ф. И., которую муж, А. И., убил с особой жестокостью; убийство сопровождал устроенный им пожар. Задержанный вину признал, но суда не дождался – умер в следственном изоляторе. В связи со смертью уголовное дело в отношении него было прекращено. Байгускарова и Мухаметчин подали иск о компенсации морального вреда, причиненного им этим преступлением, к детям А. И. от первого брака как наследникам.
Суды разных уровней принимали разные решения. Белорецкий межрайонный суд Башкортостана частично удовлетворил иск, установив, что у А. И. на день смерти было движимое и недвижимое имущество. Оценив его рыночную стоимость, суд взыскал в пользу каждого из заявителей по 500 тыс. руб. Платить должен был один из принявших наследство. Суд исходил из того, что в случае смерти причинившего моральный вред, но не возместившего этот вред при жизни, обязанность выплатить денежную компенсацию переходит к наследникам в пределах стоимости доставшегося им имущества.
Но апелляционная и кассационная судебные инстанции отказали в удовлетворении требований, исходя из того, что наследники не являются лицами, причинившими моральный вред, а в случае с А. И. обязанность возместить вред даже не была утверждена приговором суда, до которого он не дожил.
В постановлении от 29 мая 2025 года Конституционный суд напомнил, что, действительно, «основным средством судебной защиты прав потерпевших от преступления» является гражданский иск о возмещении вреда, предъявленный во время уголовного судопроизводства. Но потерпевший вправе предъявить иск к лицу, обязанному возместить вред, причиненный преступлением, и отдельно – в порядке гражданского судопроизводства. Это право сохраняется и в случае прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, каковым является смерть подозреваемого или обвиняемого.
[embed]https://profile.ru/society/ot-sovmestnogo-k-chastnomu-bankro...[/embed]
Из буквального содержания статей ГК следует, что «обязанность компенсировать моральный вред переходит к наследникам в порядке универсального правопреемства в качестве одного из денежных обязательств», но практика применения этих норм действительно противоречива, констатировал КС. В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда (ВС) от 3 февраля 2012 года, к примеру, обязанность по выплате компенсации морального вреда рассматривается как неразрывно связанная с личностью наследодателя – лица, причинившего вред, а потому не входит в состав наследства и не может быть возложена на наследников в случаях, когда она не была возложена на самого причинителя вреда при его жизни.
Изучив вопрос, судьи КС пришли к выводу, что никаких препятствий для компенсации причиненного преступлением морального вреда потерпевшим за счет наследственной массы нет, главное – соблюдение принципов справедливости и соразмерности.
«Общеобязательным» и исключающим любое иное истолкование в правоприменительной практике в постановлении КС провозглашено возложение на наследников гражданина, совершившего преступление, уголовное преследование которого было прекращено в связи со смертью, обязанности компенсировать моральный вред потерпевшему в пределах стоимости наследственного имущества. При этом не имеет значения, вынесен ли на момент смерти причинителя вреда судебный вердикт, обязывающий его выплатить соответствующую компенсацию.
Решения судов по делу Байгускаровой и Мухаметчина теперь должны быть пересмотрены с учетом высказанной КС позиции.
«Полагаю, теперь истцы по такой категории дел будут ссылаться на это постановление», – считает адвокат московской коллегии адвокатов «Вердиктъ» Юлия Мухина. В разговоре с «Профилем» она обратила внимание, что Конституционный суд все же отметил необходимость урегулировать проблемы, которые могут возникнуть в процессе взыскания компенсации морального вреда. Среди таковых и вопрос о сроках исковой давности.
[embed]https://profile.ru/society/imushhestvo-s-obremeneniem-notari...[/embed]
«Никакая из сторон судебного процесса не должна злоупотреблять своим правом. Поэтому КС РФ в постановлении указал, что реализация такого права может быть ограничена либо поставлена в определенные рамки, которые законодатель вправе установить», – говорит Мухина.
Советник Федеральной палаты адвокатов РФ Сергей Макаров в разговоре с «Профилем» подчеркнул, что КС проделал крайне сложную работу по соотнесению прав двух групп лиц – наследников двух умерших, жертвы убийства и убийцы, – а принятое решение «революционно, потому что в нашем мировоззрении в целом сложилось представление о том, что обязанность по компенсации морального вреда полностью и неразрывно связана с личностью лица, причинившего этот вред, и не должна переходить на иных лиц».
КС, по его словам, проанализировав нормы законодательства и судебной практики, пришел к выводу о приоритете защиты права близких погибшего человека. Важно, что обязанность наследников выплатить компенсацию может быть выполнена только в пределах стоимости наследства, то есть «они не будут отвечать своим личным имуществом», добавил адвокат.
По мнению Макарова, это постановление КС «исключительно актуально, поскольку направит практику рассмотрения таких споров в единое русло».
С весны прошлого года действуют новые нормы Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов (УК и УПК), которые позволяют следователю с согласия прокурора приостанавливать предварительное расследование уголовного дела в отношении подозреваемых в совершении преступлений, подписавших контракт с Минобороны об участии в военных действиях. Такое же решение может быть принято и судом в отношении обвиняемых, вердикт которым еще не вынесен.
Полностью освобождаются от уголовной ответственности обвиняемые и подозреваемые этой категории в соответствии со ст. 78.1 УК со дня награждения государственной наградой, или со дня увольнения с военной службы в связи с окончанием периода мобилизации, в связи с достижением предельного возраста и в связи с увольнением после признания врачебной комиссией негодным к военной службе. Уголовное дело прекращается и в случае смерти подозреваемого или обвиняемого. При этом особо оговорено: вопросы, связанные с возмещением вреда, причиненного противоправными действиями лиц, освобождаемых от уголовной ответственности и наказания в особом порядке и по особым основаниям, «разрешаются в порядке гражданского судопроизводства».
Применимо ли постановление Конституционного суда к подобным ситуациям? Юлия Мухина объясняет, что практика тут пока «на стадии формирования», требуется время на выработку единого подхода и проверки работоспособности механизма. Сергей Макаров, в свою очередь, считает, что споры, связанные с выплатой компенсации морального вреда, причиненного преступлениями, обвиняемые в совершении которых служат на СВО, нуждаются в «дополнительных разъяснениях, чтобы защитить интересы всех лиц, затронутых подобной ситуацией».
Наследство, согласно ГК, может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследственного дела, то есть со дня смерти. Если наследодатель – пропавший без вести, то наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня вступления в силу решения суда об объявлении его умершим. Но передумать, отказавшись от наследства, будет уже нельзя.