Житель Башкирии три года добивается компенсации от Белорецкой ЦРБ за смерть дочери
Тагиру Еникееву 64 года, и уже больше трех лет он пытается доказать врачебную ошибку Белорецкой ЦРБ, в результате которой, по его мнению, погибла его 40-летняя дочь Лилия Хисамутдинова. Мужчина рассказывает, что его дочери сначала поставили неверный диагноз, а после выписали из больницы с критическими показателями в анализах. Между тем для семьи это не первая потеря.
Бронхит и алкогольный синдром
Корреспондент Mkset связался с Тагиром Еникеевым, который пояснил, что изначально женщину определили в кардиологическое отделение с диагнозом обструктивный бронхит в стадии обострения, однако, как считает сам Еникеев, сначала диагноз женщине был поставлен неверно, а после ее и вовсе выписали из больницы. Как позже выяснится, делать этого было нельзя.
— В анализе крови у нее было СОЭ 52 (скорость оседания эритроцитов — прим. ред.), это почти в три раза больше нормы. Это уже кричит о том, что в организме инфекция была, и дочь надо было в другое отделение перевести и глушить это антибиотиками, а ее выписали и домой отправили. Я посоветовался с врачами, они говорят, что ее не имели права выписывать с таким диагнозом и с такими анализами, — рассказывает Тагир Еникеев.
По словам отца погибшей, после выписки женщине стало еще хуже — дома она с трудом разговаривала и еле ходила.
— Когда ее выписали, ей дома плохо стало, и я ее отвез в нашу тирлянскую больницу. Врач общей практики в этой больнице ее не послушал. Она вышла оттуда заплаканная, ей врач сказал, что у нее алкогольный синдром. Он спутал ее с кем-то, и она вышла оттуда на руках, у нее ни одной бумажки не было, и только через 10 дней он ее на анализы направил. А тогда уже время шло не на дни, а на часы, — Тагир Еникеев.
«Скорая» и повторная госпитализация
После неудачного приема у врача в местной больнице, 14 апреля состояние Лилии Хисамутдиновой ухудшилось, и отец в очередной раз повез ее в медучреждение. Откуда уже на «скорой» ее увезли снова в Белорецкую ЦРБ. На этот раз женщину положили в отделение гнойной хирургии.
По слоам отца Тагира Еникеева, состояние его дочери только ухудшалось, потому он попросил вызвать санавиацию и отправить Лилию на лечение в Уфу.
Отметим, что в 2019 году в Белорецкую ЦРБ приезжал телеканал «ГТРК-Башкортостан» снимать сюжет о трагедии семьи Еникеевых, тогда в эфире корреспондент со ссылкой на сотрудников медучреждения сообщил, что пациентка на момент поступления в больницу была уже нетранспортабельна.
Всего, по словам отца, Лилия пролежала в Белорецкой ЦРБ две недели, и 28 апреля скончалась. А после начались разбирательства: возбуждение уголовного дела, экспертизы, прекращение дела и рассмотрение его в административном порядке.
— Человек ребёнка растит, чтобы на старости лет у него опора была, а они мне эту опору из-под ног вышибли. Я никому не желаю столько испытать, — Тагир Еникеев.
Борьба в четыре года и четыре экспертизы
Борьба за признание врачебной ошибки и возмещение материального ущерба тянется уже четвертый год. В начале было обращение в прокуратуру Белорецка, откуда его отправили в следственное управление, где, в свою очередь, по словам Тагира Еникеева, уголовное дело не возбуждали полгода. К слову, возбудили дело после обращения отца погибшей в управление СК Башкирии.
— Я сначала написал в прокуратуру Белорецка, оттуда заявление перенаправили в следственное управление. Там бывший начальник полгода не возбуждал уголовное дело, пока я не поехал в Уфу и не написал несогласие на имя генерала. Не успел приехать, начальника сняли, зама сняли и следователя поменяли. Потом Уфа дело забрала во второй отдел по особо важным делам, потом отдел они организовали, где они только врачебными делами занимаются, — поясняет Тагир Еникеев.
Далее были проведены четыре медико-санитарные экспертизы, заключение которых, как считает отец погибшей, написали «под копирку».
— Причинно-следственной связи нет, и они все данные просто с медкарты списали. Плюс были ссылки на заключение Минздрава, — Тагир Еникеев.
Помимо этого, на иркутскую экспертизу Тагир Еникеев заказал рецензию в независимом экспертном бюро в Москве, которая указала на все ошибки врачей, а также на причинно-следственную связь между ошибками и смертью пациентки, которую в итоге ни одна из четырех экспертиз не обнаружила.
— За это время четыре медико-санитарные экспертизы провели по уголовным делам. Первая экспертиза была при следственном управлении Уфы, вторая экспертиза была на Цветном при Минздраве, третью в Иркутск отправили, думали, там напишут нормально, а четвертая была в Оренбурге. Они все под копирку написаны, друг у друга списали, — заявляет отце погибшей Лилии Хисамутдиновой.
Между тем в Минздраве Башкирии поначалу семье отказывались выдавать медкарту погибшей, ссылаясь на врачебную тайну. Далее, как рассказывает Тагир Еникеев, он обратился в администрацию главы, и после этого Минздрав провел проверку и также выявил нарушения.
— Нашли целый «букет» нарушений и в лечении моей дочери, и в ее диагнозах, — Тагир Еникеев.
Прекращение уголовного дела
Однако теперь, несмотря на выявленные нарушения, уголовное дело было прекращено и переведено в гражданское судопроизводство.
— Следователи мне сказали, что четыре экспертизы проведены, больше назначать не можем и вынуждены прекратить уголовное дело и перевести в гражданское судопроизводство, — поясняет Тагир Еникеев.
Как Mkset объяснил адвокат семьи, уголовное дело было прекращено из-за отсутствия той самой причинно-следственной связи между врачебной ошибкой и смертью пациентки.
Мужчина рассказывает, что из больницы с ним никто не связывался, а на предложение решить вопрос в досудебном порядке и возместить моральный и материальный ущерб семье бывший главврач Белорецкой ЦРБ Евгений Кустов ответил отказом.
— Когда приезжала съемочная группа «ГТРК-Башкортостан» мы поехали в больницу. Там бывший главврач Кустов был, когда мы зашли, у него глаза на лоб полезли. Он заявил им, что сделать, чтобы материал в эфир не вышел. Я Кустову предложил принять досудебное решение — вы компенсируете моральный и материальный вред. Потому что хоронить человека — недешево. Он отказался. Сейчас вот на 17 декабря назначен суд в Белорецке, там должен быть представитель прокуратуры, — рассказывает Тагир Еникеев.
Как отмечает адвокат семьи и сам Тагир Еникеев, цель судебного процесса — получить компенсацию морального вреда. Истцами в деле выступило три человека: сам Тагир Еникеев, его жена и сын погибшей Лилии. Известно, что 3 декабря уже состоялась беседа, подготавливающая к судебному разбирательству. Как отмечает истец, обсуждались только общие вопросы.
— Хоть что я отдам, она не вернется никак. Сейчас мне остается с них востребовать материальную компенсацию. Человеческая жизнь ничем не измерить, мы минимум поставили по 1,5 миллиона каждому, — сообщил Еникеев.
Между тем Mkset обратился за комментарием к бывшему главному врачу Белорецкой ЦРБ Евгению Кустову, который подтвердил, что обращение в больницу с просьбой выплатить моральную компенсацию и разрешить ситуацию в досудебном порядке поступало. Однако экс-главврач медучреждения фразу о том, чтобы сюжет «ГРК Башкортостан» не вышел в эфир, не подтвердил и не опроверг.
«Такая вот не радужная картина»
Тагир Еникеев рассказывает, что после смерти Лилии остался внук, а после смерти второй дочери от рака внук и внучка.
— У меня еще одна дочь умерла. Она умерла от рака, ей лошадиную дозу химпрепарата вкололи. Белорецкой ЦРБ Уфа рекомендовала дозу, они же должны учитывать при рекомендации рост и вес пациента, а она у меня маленькая была. Они, видать, не рассчитали и лошадиную дозу вкололи. Сейчас у меня внук и внучка от нее остались. У жены от горя сетчатка лопнула на глазах — она все глаза выплакала. Такая вот не радужная картина, — сетует Еникеев.
Напомним, что для Белорецкой ЦРБ это не первая скандальная история с пациентами больницы. Так, в августе 2020 года жительница Белорецка Алсу Заманова перенесла четыре операции в районной больнице, после чего потеряла почку. Женщина полагает, что произошло это из-за халатности врачей Белорецкой ЦРБ. В частности, пациентка подписывала согласие на операцию для очищения почки, однако вместо этого хирурги удалили орган. На этом операции не закончились, потом была операция из-за образования гематомы на месте удаленной почки, а также лапароскопия. Алсу рассказала, что «мучали» ее в больнице три месяца. Она считает, что врачам пришлось пойти на вынужденные меры и провести несколько операций из-за своей халатности. Известно, что в мае этого года было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 238 УК РФ («выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей»).
После публикации истории Алсу Замановой в редакцию Mkset обращался житель Учалов Олег Шабанов. В январе 2021 года он похоронил своего 82-летнего отца, который лечился в этой же больнице. В смерти отца он также обвиняет Белорецкую ЦРБ. В частности, мужчина рассказал, что его отца 3 января забрали на «скорой» с инфарктом в Белорецкую ЦРБ, которая обслуживает близлежащие пять районов, в том числе Учалинский. Так, 16 января мужчине стало лучше и он собирал вещи для выписки, уже 18 января Олег Шабанов поехал за отцом в больницу, однако дальше у 82-летнего Александра Поликарповича был обнаружен коронавирус, и, несмотря на отрицательный ПЦР-тест, его перевели в инфекционное отделение. Мужчина уверен, что «даже если у него был ковид, значит, его там и заразили».
Ранее в профсоюзе Минздрава подтверждали, что Белорецкая ЦРБ работает на пять районов республики, а сами врачи и медсестры работают «на износ».
Mkset обратился к координатору регионального отделения независимого профсоюза «Действие» Антону Орлову, который сообщил, что работники Аскаровского и Учалинского отделений скорой помощи Белорецкой ЦРКБ обращались в Гострудинспекцию из-за неправомерного занижения размера доплаты за работу в ночное время.
— Работодатель — Белорецкая ЦРКБ — сверхурочную работу считает работой по совместительству и оплачивает эту работу, выполняемую сверх основной ставки, в одинарном размере вместо двойного. По результатам проведённой проверки Гострудинспекция подтвердила эти доводы наших профсоюзников и внесла предписание главному врачу больницы, — Антон Орлов.
Осложняет ситуацию для больницы и дефицит кадров. Как уточнил координатор профсоюза, «дефицит только врачебных кадров по состоянию на 31.12.2020 года составляет 38 человек». Также он отмечает, что по итогам 2021 года дефицит может увеличиться еще больше.