«Некоторые не выдерживали и сбегали». Оренбурженка о суровых буднях в тылу

Жительнице поселка Северный Александровского района Раисе Ильиничне Карпуниной 96 лет. А к началу Великой Отечественной войны она была 16-летней девушкой, которая строила планы на жизнь. Но война внесла в них свои коррективы. В июле 1941 года Рае вручили повестку из военкомата. Ее вместе с другими девушками отправили в Челябинск на военный завод. Производство было секретное, и говорить о нем с посторонними категорически запрещалось. Рая стояла у токарного станка по 16 часов и точила болванки, из которых потом изготавливали боеприпасы. Жили командированные женщины и девушки в установленных на окраине Челябинска в брезентовых армейских палатках. По 20 человек в одной. Как вспоминает Раиса Ильинична, вначале кормили очень плохо. В супе плавали листы гнилой капусты и почерневший картофель. На день выдавали 400 граммов хлеба, который больше напоминал глину по своей консистенции. А повара в столовой вместо 90 копеек за такую порцию еды сдирали с работяг по 3 рубля. Естественно, пошли жалобы в вышестоящие инстанции, провели расследование, выявили хищение продуктов. И отправились работники общепита в полном составе лес в тайге валить. Положение с питанием несколько улучшилось. Тут и старший брат Николай стал сестренке с фронта деньги присылать, чтобы хоть как-то поддержать ее в тяжелых условиях. На челябинском заводе Раиса Ильинична отработала 2 года. В 1943 году ее направили в Свердловскую область, в глухие леса, на торфяные разработки. Люди постарше помнят, как в деревнях делали самодельное топливо из навоза, которое называлось кизяком. В своеобразной огромной мясорубке навоз преобразовывался в однородную массу и отправлялся на сушку. Примерно тот же процесс осуществлялся и на торфяниках. Только предварительно разрабатываемую площадь болот следовало осушить, для чего прокладывали дренажную систему каналов, по которым вода отводилась от места разработок. Работа была очень тяжелая. Некоторые женщины не выдерживали нагрузок и сбегали. А бригадиру Раисе Ильиничне после смены приходилось еще в течение ночи охранять склад с продуктами, чтобы их не растащили вечно голодные работницы. На торфяниках женщины отработали все лето 1943 года. А ближе к зиме их перевезли в Белорецк, и стали они лес пилить для нужд фронта. Хрупкие, голодные, обессилившие девушки катали к месту сплава огромные бревна. Закончилась зима, и бригада вновь вернулась на торфоразработки. Только теперь работали недалеко от города Горького. На носилках таскали торфяные брикеты к пристани и укладывали их в штабеля. Трудовой фронт отступлений не знал, работали беззаветно, не ропща на невыносимые условия, скудное питание и более чем скромную зарплату. Понимали люди, что для борьбы с фашизмом нужно приложить все свои силы, а если потребуется, то и пожертвовать не только здоровьем, но и самой жизнью. Ведь и на трудовом фронте случались трагедии, когда гибли люди на производстве, умирали от истощения. Об этом не любит вспоминать Раиса Ильинична, хотя сама не раз находилась на грани жизни и смерти. После того, как ее демобилизовали с трудового фронта, девушка вернулась в отчий дом, в деревню Сашино Федоровского района Башкирской АССР. Но через несколько лет случилась беда - сгорел родительский дом. И сестра, проживающая в поселке Северном Александровского района, позвала их к себе. На новом месте жительства Раиса Ильинична занялась привычным делом - устроилась на молочно-товарную ферму совхоза «Притокский». Много лет трудилась телятницей, считалась передовой дояркой, дробила зерно. Брат Николай, ветеран войны, жил и умер в Шарлыке. А с Раисой Ильиничной в ее стареньком, невзрачном с улицы, но уютном и ухоженном внутри доме проживает сейчас дочка Зина.   Андрей Андреев, газета «Звезда».