Химия и жизнь
В 90 лет на рабочем месте – так отпраздновал юбилей старейший сотрудник Института физики высоких давлений РАН, ведущий инженер аналитического сектора Анатолий Васильевич Гулютин. По профессии он химик-спектроскопист. «Химия даёт возможность прикоснуться к тайнам природы, войти в мир веществ, из которых состоит всё, приложить свои руки, свой ум к тому, чтобы сделать что-то новое, – говорит он. – Кое-что удалось».
Родился Анатолий Гулютин 8 июля 1933 года в Калинине. Родители тоже тверичи – отец из крестьян, мама – работница ткацкой фабрики, банкоброшница. После революции отец вступил в партию, стал председателем сельсовета, потом пошёл в военные, и началась кочевая жизнь по гарнизонам… В начале войны служил лётчиком под Мурманском, после нескольких боевых вылетов был отправлен в партшколу в городе Белебее. Семья же встретила 22 июня в родных краях. «Война!» –
прибежала в дом тётя. «А с кем?» – спросили домочадцы… Толя только окончил первый класс. Он помнит, как колонны шли на фронт, немецкий самолёт пролетал над деревней, и почему-то свой первый белый гриб, который нашёл в лесу в июле 41-го… Дальше эвакуация, где умер младший брат и родилась сестра, а местные прозвали эвакуированных «выковырянными». Возвращение домой: в поезд сесть было невозможно, проехали целый перегон, стоя на подножке вагона…
Школу Анатолий окончил в Ейске с серебряной медалью, в 1951-м автоматом поступил на химфак МГУ. Почему не военная карьера, как у отца? Когда Гулютин вставал на учёт в военкомате, там рассказали о возможности пойти на некие курсы химзащиты.
В армию он не стремился, но стало интересно: этим же можно заниматься и на «гражданке»! И уже в вузе, на кафедре аналитической химии, он влюбился в эту науку по-настоящему. Преподавали выдающиеся учёные: президент Академии наук Александр Несмеянов вёл курс органической химии, физику читал видный теоретик-ядерщик Дмитрий Иваненко, математику – экс-декан мехмата Лев Тумаркин… Ещё одно воспоминание: довелось видеть живьём Сталина на параде 7 ноября 1952 года. Студенты выступали там как физкультурники.
Анатолий хотел пойти в аспирантуру, но «завалил» марксизм-ленинизм, и в 1956-м по распределению попал на сталелитейный завод под Брянском. Там выяснилось, что «спектральщики» не очень нужны, и не без труда он перешёл на Кобальто-вольфрамовый завод в Электростали. Работа нравилась, Гулютин отличился изобретением по определению вредных примесей в жаропрочных сталях и сплавах. Тем временем родился сын, ждали дочку, комната в коммуналке, которую выделил завод, стала мала.
Посоветовали Троицк. Сперва обратился в «Магнитку», но там открывать спектральную лабораторию не стали, а вот ИФВД взял с распростёртыми объятьями. Принимал зам академика Верещагина Евгений Яковлев. Правда, с потерей в жаловании (120 рублей, а на заводе – 150 и премии), зато через год – трёхкомнатная квартира в новостройке на Центральной, 10. (Недавно её снесли, и Леонид Васильевич переехал в новый дом на улице Черенкова.) И вот уже 57 лет, с 1966 года, он работает здесь.
«Я анализировал состав синтезируемых алмазов, графита, из которого делают алмаз, сталей, определял плотность разных веществ, занимался термообработкой», – перечисляет Гулютин. С первым директором института он общался немного. Запомнились слова, когда надо было монтировать электронный микроскоп, а комната была не готова. «Вы подобны полководцу, который не начинает войну до тех пор, пока не пришита последняя пуговица к последней шинели последнего солдата, – отрезал Верещагин. – Вызывайте наладчиков немедленно!»
Сейчас Анатолий Гулютин – тот самый «последний солдат» в лаборатории, где когда-то трудились восемь человек. Дел хватает: он анализирует новые сверхпроводящие материалы, которые получает коллега. А ещё мастерит миниатюрные печки из химической посуды: в институте есть заводские печи, но для мелких деталей они нерациональны.
Лаборатория Анатолия Гулютина на третьем этаже, он без труда взбегает по лестнице: отличная тренировка для сердца. Другая, для мозгов, – шахматы. Анатолий Васильевич никогда не курил, не злоупотреблял алкоголем. И ноги в порядке: сказывается опыт грибника с долгими, по десятку километров, походами в лес: от Пыхчево до Бабенок и деревни Поляны. Поиск грибов – особый дар, чутьё, с которым надо родиться, считает он. Есть у нашего героя и ещё талант: поэтический. К своему 90-летию Анатолий Васильевич придумал оду с такими строчками: «…Если вредные привычки не нашли к нему отмычки, // А Альцгеймер с Паркинсоном на него рукой махнули, // То любимчиком Фортуны обозвать его мы можем[..] // От житейских неурядиц у него два верных средства // Чувство юмора, а также беспричинный оптимизм».
Владимир МИЛОВИДОВ,
фото автора