Через cito. Не все больницы Башкирии в состоянии достойно лечить нековидных пациентов

Пока чиновники радуются данным о борьбе с коронавирусом, пациенты, страдающие другими заболеваниями, боятся попасть в больницу, потому что даже если их случай потребует срочного медицинского вмешательства со статусом «сito!» (на латыни — срочно), не факт, что надлежащее лечение будет оказано. Об этом свидетельствует не уменьшающееся число тревожных сообщений в соцсетях и электронных приемных органов власти. «Готовность к ковиду сыграла злую шутку» 38-летний житель поселка Иглино Вячеслав Спирин, похоронивший 21 января маму, чувствует себя словно в постоянной полутьме. Солнце он воспринимает как холодную люминесцентную лампу. Так получилось, что Вячеслав к своим годам не смог завести семью и жил с матерью. И теперь её отсутствие в доме и непривычная тишина — без любимых ею сериалов и ток-шоу — кажутся жутким сном. Но, к сожалению, это и есть реальность. И на работе отвлечься от тяжких мыслей Вячеслав не может, поскольку там тоже все напоминает о маме. Дело в том, что он работает оператором в котельной в детском саду, которым руководила Любовь Георгиевна. Мы коротко писали об этом случае ранее. Теперь история получила свое продолжение. Мама сгорела в считанные дни, и вина за ее смерть, по нашему с братом мнению, целиком лежит на врачах Иглинской ЦРБ, убежден Вячеслав Спирин. …Любовь Георгиевна почувствовала себя плохо 15 января, это была пятница. К вечеру усилились боли в животе. С каждым часом состояние женщины ухудшалось. Позвонила сыну, который был на дежурстве. Вячеслав примчался домой и сразу вызвал «скорую». Маму отвезли в больницу. И там начали происходить странные вещи. У мамы была температура, но не было кашля. В пятницу она еще понемногу могла ходить, держась за меня. В больницу у нее взяли анализы — мазок на ковид, кровь на антитела, положили в терапию. Сказали, что у нее нашли двустороннюю пневмонию. Тем временем мама продолжала жаловаться на приступы боли в животе — сначала внизу, потом всё выше и выше. Она даже говорить не могла, живот распух, вспоминает Вячеслав. Любови Георгиевне не повезло — попала в больницу на выходные. Её стали лечить от пневмонии, игнорируя жалобы на острые боли в животе. Со слов сына, когда боли стали совершенно нестерпимы, в воскресенье, 17 января, Любовь Георгиевну, наконец-то показали хирургу, заподозрившему неладное и посоветовавшему экстренно отправлять пациентку в Уфу на операцию. Через некоторое время пришел другой врач, снова осмотрел Любовь Георгиевну и сказал, что лучше пока прокапать её и не спешить с транспортировкой в столичную больницу. В итоге в 13-ую больницу в Уфу она попала только в понедельник. Пациентку почти сразу положили на операционный стол, оперировали больше пяти часов. Врачи сказали Вячеславу, что у его матери лопнул аппендицит и гнойная жидкость проникла в брюшную полость, начался сепсис. В 6.15 утра 19 января Любови Георгиевны не стало. В 13-й больнице мне сказали, что маму можно было спасти, если бы ее прооперировали сразу после госпитализации. Но её три дня лечили от двусторонней пневмонии, которой у нее на самом деле не было, говорит Вячеслав Спирин. В свидетельстве о смерти указана следующая причина: «Острый аппендицит с генерализованным перитонитом». Вячеслав попросил знакомых медиков посмотреть ход лечения матери в системе «Промед». 14 января Любови Георгиевне был поставлен участковым терапевтом диагноз «цистит», 15 января — «пневмония неуточненная» (участковым терапевтом) и «острая инфекция верхних дыхательных путей» (фельдшером Иглинской ЦРБ). Чуть позже в тот же день диагноз изменился на вирусную пневмонию. И только 18 января в ГКБ № 13 Уфы врачи определили у пациентки острый аппендицит с перитонитом. Диагноз «пневмония» ей поставили, судя по всему, на основе рентгенологического исследования, притом, что даже на заключении написано, что оно не является клиническим диагнозом и должно рассматриваться вкупе с другими результатами исследований. Затемнение в легких, которое увидел у 64-летней пациентки иглинский рентгенолог, в этом возрасте есть у многих. Кстати, в Иглино ей также делали УЗИ брюшной полости и уже тогда там было видно наличие около 200 мл жидкости. Если бы на это обратили внимание при наличии жалоб на острые боли в животе, женщину можно было бы спасти. Очевидно, что иглинских медиков подвела повышенная готовность к ковиду, а также роковую роль сыграли выходные дни, такое мнение высказал один из уфимских хирургов, ознакомившись с записями в «Промеде» по просьбе корреспондента Mkset. Вячеслав Спирин с братом Вадимом пошли в больницу, где, по их словам, уже чувствовался переполох, связанный со смертью их мамы. Главный врач Иглинской ЦРБ Жанна Карунас вышла в приемную, принесла извинения и соболезнования, рассказала, что все медики, причастные к лечению Любови Георгиевны, написали объяснительные. По данному случаю проводится проверка. Мы записали разговор на видео, чтобы она видела. Но нет никакой уверенности, что после проверки хоть кого-нибудь накажут. Страховая компания, куда я звонил, тоже не изъявила желания нам помогать. Мы написали заявления в минздрав России и Генпрокуратуру, ждем результатов вскрытия и будем обращаться в следком. Маме было всего 64 года. В ней было столько сил, доброты и любви к детишкам, её очень уважали коллеги в детском саду и родители малышей. Умерла от аппендицита из-за халатности врачей — это чудовищно! возмущенно сообщил Вячеслав Спирин корреспонденту Mkset. «Оснований для выговора нет» В похожей ситуации оказалась семья Коростелевых из Белебея. К счастью, там никто не погиб, но близкие пациента все равно настроились решать вопрос в судебной плоскости. На сей раз аппендицит случился у девятилетнего Ромы. Сын утром в вескресенье стал жаловаться на боли в животе, у него появилась рвота. При первичном обращении к врачу у Ромы определили просто вздутие живота из-за газов, сделали клизму и отправили домой. Но едва мы вышли из поликлиники, как его снова вырвало, мы вернулись и попросили снова его осмотреть, рассказывает Павел Коростелев. Теперь мальчика осматривал уже педиатр в инфекционном отделении. После осмотра ребенка врач решил, что у него отравление. Выписал лекарств, и… Рому вновь отправили домой. Сына рвало до четырех часов утра, потом он заснул. Я уехал на работу, но потом позвонила жена и сказала, что Ромке стало хуже. Я отпросился с работы, поехал домой и сам повез сына в приемный покой больницы. Так и попали на прием к хирургу в Белебеевскую ЦРБ. Только там врач определил у Ромы аппендицит и отправил на операцию. Мы надеялись, что на этом проблемы закончатся, но вскоре после операции сыну стало еще хуже — опять высокая температура, слабость. А нас успокаивали, что «так бывает после операции, организм борется», Я настоял на УЗИ, которое выявило скопление жидкости в животе, вспоминает отец. Оказалось, что у маленького пациента в брюшной полости остался гной. В Белебеевской ЦРБ предложили сделать еще одну операцию. Однако Павел настоял, чтобы сына везли на операцию в Уфу. В ГКБ № 17 Роме сделали вторую операцию, но через три дня понадобилось новое хирургическое вмешательство, поскольку у мальчика уже начал развиваться перитонит, образовались спайки. Я оставил жалобу на работу врачей Белебеевской ЦРБ на странице главы Башкирии Радия Хабирова в соцсетях и потребовал провести проверку, говорит Павел. Он не очень надеется на хорошие результаты проверки. Тому есть предпосылки — в Белебее собиралась врачебная комиссия, разбиравшая случай с Ромой Коростелевым. При этом отца ребенка на комиссию не пригласили, а лишь потом ознакомили с её выводами. Павла крайне возмутили формулировки о том, что в работе врачей были «выявлены незначительные технические недочеты». «Не были проведены исследование лейкоцитов крови и УЗИ органов брюшной полости, что вряд ли повлияло на прогноз и дальнейшую тактику медицинской помощи. Даже при госпитализации в стационар всё равно проводилось бы динамическое наблюдение. Возможно, диагноз был бы выставлен немного раньше», — следует из документа заседания. Есть там и еще одна интригующая фраза: «Вызывает сомнение завершение операции без дренирования». Даже человеку, не сведущему в медицине, понятно, что если бы после первой операции пациенту был установлен дренаж, можно было бы избежать такого обширного загноения и лишних операций. В протоколе заседания комиссии также говорится: дежурному хирургу, который поставил мальчику диагноз «вздутие», рекомендовано объявить замечание, а также провести анализ оказания медпомощи детям при подозрении на острый аппендицит, изучить состояние вопроса по данным литературы и доложить на врачебной конференции. Оснований для объявления выговора такому доктору члены комиссии в разобранной ситуации не нашли. С сыном сейчас все наладилось. Он поправляется, нужно пройти курс реабилитации. Но ведь в такой ситуации могут оказаться другие пациенты. И если у них не хватит смелости спорить с врачами, что тогда будет? выражает свое мнение житель Белебея. Он привлек адвоката. Ждет официальной реакции от ведомств и готов обращаться в суд, если получит вместо ответов на свои вопросы очередные отписки. «Пришлось ехать в другой регион, чтобы спасти ребенка» — Больница в Сибае — странный предмет. Она вроде есть, но аппаратов в ней нет! — так начала рассказ о пережитом стрессе жительница Сибая Алина И. (имя изменено) Несчастье в её семье случилось 2 января, в самое неподходящее для болезней время, когда страна приходит в себя после встречи Нового года. 10-месячный ребенок Алины проглотил маленькую батарейку, выпавшую из игрушки старшего сына. К счастью, Алина успела заметить неладное и поспешила с малышом в приемный покой Сибайской ГКБ. Там нам сказали, что у них нет нужных аппаратов для детей, и ехать нужно в Магнитогорск. Времени на всё нам дали 1 час, потом батарейка может окислиться и повредить стенки желудка. Выехали сразу же. К счастью, помогли с транспортом, и мы успели спасти ребенка, вспоминает Алина. После того, как волнения улеглись, она проанализировала случившееся и задалась совсем не праздным вопросом: «Как, к примеру, одинокой маме с ребёнком за час добраться до другого города? Почему нет нужного аппарата у нас? В Сибае детей нет?» Свое обращение она отправила в электронную приемную правительства Башкирии. С того момента прошел ровно месяц, и пришел ответ из минздрава. Мне сообщили в официальном письме, что по результатам рассмотрения моего обращения начата закупка эндоскопического оборудования для нашей больницы в Сибае. Администрация больницы взяла на контроль оказание медицинской помощи детям с применением эндоскопического оборудования, в том числе маршрутизацию пациентов до момента его приобретения, сообщила Алина корреспонденту Mkset. С молодой мамой также встретились представители больницы и пообещали ей впредь не допускать подобных ситуаций. Так Алина И. помогла ценой своих нервов и слёз решить проблему с обеспечением целого города очень нужным медицинским оборудованием. Бывают в больницах проблемы, не связанные с лечением напрямую, но значительно осложняющие пациентам жизнь, Например, в редакцию Mkset обратились жители Белебея с жалобой на то, что в местной поликолинике второй раз теряют историю болезни их отца Ханифа Хабировича Зиннурова 1946 года рождения. Вместе со всеми анализами и обледованиями. Обращение в минздрав РБ результата не дало. В ответе была почему-то ссылка на медицинскую тайну, охраняющую персональные данные пациента. Что имели в виду специалисты минздрава, давая такой ответ, не поняли ни авторы жалобы, ни мы, журналисты. «Война — войной» Наше издание уже не раз касалось этой темы. Еще весной много говорилось о лечении нековидных заболеваний в разгар первой волны коронавируса. Преодолеть ковидное «сито» с множеством анализов и прочие препятствия, чтобы получить нужную медпомощь, весной было крайне трудно. Только в конце прошлого года минздрав России отменил обязательное требование ПЦР-теста перед плановой госпитализацией. И это логично, ведь этот тест в однократном виде далеко не так достоверен, как хотелось бы медикам. Напомним, в мае прошлого года скончался 19-летний Ранэль Шамсутдинов, страдавший опухолью мозга. Ему не смогли оказать своевременную помощь, потому что единственный в Башкирии аппарат, который мог облегчить страдания пациента. находился в закрытой на карантин РКБ имени Куватова. Везти парня в другой регион в условиях пандемии тогда нечего было даже думать. Ожидаемый рейс медиков из Москвы в Уфу для спасения Ранэля так и не состоялся. Он умер 8 мая 2020 года. 21 мая на оперативном совещании в правительстве Башкирии глава региона Радий Хабиров затронул тему лечения нековидных пациентов. До меня постоянно доходит информация о том, что люди не могут попасть на прием к врачам. Причем ситуации бывают сложные. Когда ребенка больного 6-летнего мотают по нескольким лечебным учреждениям, когда пожилые люди не могут попасть… Поскольку мы договорились, мы медицину спокойно настраиваем на то, чтобы принимать плановых людей и с неотложными. Наверное где-то сбоит, где-то это вопрос маршрутизации… Да, люди привыкли, что их сразу положили в свою родную, но она ковидная и придется ехать сорок километров. Я это понимаю, но я не понимаю, когда маленького ребенка мотают по трем больницам, высказался тогда Радий Хабиров и предупредил главных врачей медучреждений о том, что при повторе аналогичных ситуаций будет снимать их с должности «без учета заслуг». — Война войной, коронавирус идет и так далее, но люди должны получать помощь… Мне постоянно дают информацию, и она очень печальная. Эту работу налаживайте, — подытожил он. Глава Башкирии поручил тогда создать специальный чат для сбора жалоб от населения на ненадлежащую помощь нековидным пациентам. Однако ничего подобного так и не появилось. Мониторинг соцсетей и сообщений в электронной приемной главы РБ показывает, что жалоб меньше не стало. Корреспондент Mkset обратился за разъяснениями в пресс-службу минздрава Башкирии и выяснил, что «нековидный чат», действительно так и не был создан, поскольку его функции сейчас вполне выполняет созданный осенью прошлого года ситуационный центр. Этот ситуационный центр, хотя и называется антиковидным, но при этом принимкете зволнки и по другим обращениям граждан. Помимо этого, на официальном сайте МЗ РБ есть возможность обратиться напрямую по различным вопросам, в том числе и вопросам ковид-19. Это кнопка «подать жалобу», правда. там требуется регистрация на портале госуслуг. Кроме того, продолжается работа программы «Инцидент-менеджмент», благодаря которому рассматриваются актуальные вопросы из соцсетей, пояснили нам в пресс-службе минздрава РБ. Операторы ситуационного центра принимают звонки ежедневно с 8:00 до 20:00 по телефону: (347) 218-19-19. Ежедневно, в том числе в выходные, с 15:00 до 17:00 позвонившие могут узнать о состоянии своих близких и родственников, которые находятся в COVID-госпиталях.