Объединенные джазом

Когда Олега Лундстрема, академиста по образованию, спросили, почему он решил посвятить свою жизнь джазу, маэстро ответил, что это единственное музыкальное направление, способное сплотить людей разных национальностей. Филармонический джаз-оркестр Республики Татарстан, начало которому в прямом смысле слова положил Олег Леонидович (в коллектив вошли участники его биг-бэнда, не поехавшие с ним в Москву и оставшиеся в Казани), продолжает традиции самого знаменитого джазмена Советского Союза. В минувшую субботу гости сыграли в Чувашской государственной филармонии на закрытии V Международного фестиваля «Созвездие земляков».
Несомненно, Олег Лундстрем знал, о чем говорит. Он родился в Чите, однако детство и юность провел в Китае, где учился в музыкальном техникуме и создал свой первый оркестр. Затем вернулся с семьей в Россию, причем не куда-нибудь, а в столицу Татарстана, связавшую религии, традиции и культуры в единое целое. Окончил Казанскую консерваторию в качестве композитора и симфонического дирижера, превосходно разбирался в классике, но быстро понял, что ни один из видов музыкального искусства не обладает такой силой объединения, как джаз. Он стирает предрассудки и сближает народы, заставляя одинаково думать, чувствовать, сопереживать друг другу.
Наверное, причина в том, что, будучи выходцем с юга Америки, джаз развивался под влиянием двух кардинально противоположных культур, существующих по соседству — африканской и европейской, «черной» и «белой», «бедной» и «богатой». Состоятельные леди и джентльмены в дорогих нарядах и с толстыми кошельками аплодировали потомкам рабов, завезенных в США, и с упоением танцевали чарльстон под звуки их бэндов. А те, в свою очередь, брали немалые деньги за билеты и позволяли себе отпускать с подмостков щекотливые шутки на тему социального неравенства.
Доходило даже до того, что белокожие артисты надевали на себя черные парики с мелкими кудрями, мазали лицо гуталином и пародировали представителей негроидной расы (такой грим получил название «блэкфейс»). И хотя подобные выступления носили по большей части комический, гротескный характер, было понятно, что «белые» восхищаются и даже немного завидуют природной музыкальности «черных», их врожденному чувству ритма, формы, стиля и хотят хоть немного быть похожими на них. Дескать, мы так тоже умеем — петь, играть и импровизировать. Что ж, фестиваль в Чебоксарах в очередной раз подтвердил это.
Игра с сурдиной (своеобразной пробкой, которую вставляют в раструб для приглушения звучания) и скэт, когда вокалистка поет не связными фразами, а по слогам, имитируя трубу или тромбон, «свингование», то есть раскачивание метроритмической сетки, и настоящий каскад эффектных соло… Тут музыканты поочередно вставали с мест, группами либо по отдельности, и принимались «лепить» собственную мелодическую линию, подстраивая под свой инструмент, специфику его технических возможностей и средств выразительности. Особенно впечатляло, когда руководители филармонического джаз-оркестра Республики Татарстан и эстрадно-джазового оркестра Башкирской государственной филармонии Сергей Васильев и Олег Касимов, которые не только дирижируют, но и превосходно играют на саксофоне, отходили в сторону, как бы позволяя каждому артисту высказаться и дать волю эмоциям. Тем более что во всех коллективах есть наши земляки. Среди них ударник Николай Кириллов, трубач Роман Мальцев, саксофонистка Людмила Панасюк (Бруслина), бас-гитарист Данил Мальцев и другие воспитанники Чебоксарского музыкального училища имени Ф.П. Павлова, Чувашского института культуры и искусств, Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова и Чувашского педагогического университета имени И.Я. Яковлева.
Худрук Ульяновского духового оркестра «Держава», уроженец Козловского муниципального округа Чувашии Кирилл Ильин тоже умудряется совмещать дирижерскую и исполнительскую деятельность. «По его инициативе на базе оркестра работает биг-бэнд, в репертуаре которого джазовые и популярные композиции, — рассказывают музыканты. — С ним маэстро выступает как дирижер и кларнетист». Ослепленные золотистым блеском труб и тромбонов, мы привыкли ассоциировать джаз с медными духовыми. Однако мало кто знает, что саксофон, без которого невозможно представить ни один джазовый коллектив, считается не медным, а деревянным духовым инструментом, хотя никогда не изготавливался из дерева. Все потому, что его мундштук и трость сделаны из природных материалов (бамбука, камыша или тростника) и устроены практически так же, как у кларнета. Отсюда схожесть их тембров, по-кошачьи мягких, затушеванных, ласкающих, в чем мы и убедились на фестивале. А известный американский кларнетист Арти Шоу даже написал для своего «подопечного» целый джазовый концерт, построенный на контрасте заводных танцевальных ритмов и душещипательных интонаций негритянских спиричуэлсов и госпелов (христианских песнопений), их переплетении и чередовании.
Еще одна особенность джазовой музыки — так называемая «ротация» и перекомпоновка инструментального состава. Это когда исполнители, мобильные и взаимозаменяемые, могут буквально за пару тактов подстроиться друг под друга и практически сходу вникнуть в процесс музицирования, «раскидав» характерные гармонические ходы, сориентировавшись в структуре того или иного джазового стандарта и поделив между собой сценическое время, отведенное на соло. Так, например, выпускник Чебоксарского музыкального училища имени Ф.П. Павлова, барабанщик из Санкт-Петербурга Данил Прокопьев уже гастролировал в Чебоксарах вместе с джаз-квартетом Константина Хазановича. Теперь же все было наоборот — Константин приехал к нам в составе ансамбля Данила.