«Нужно проводить в России больше соревнований»: Дружинин о популяризации прыжков в воду и строительстве новых бассейнов

Чтобы укрепить авторитет Российской федерации прыжков в воду в мировом сообществе, а также заинтересовать людей в регионах и привлечь их к сотрудничеству, нужно проводить в РФ больше соревнований по этому виду спорта. Такое мнение в интервью RT высказал новый президент организации Станислав Дружинин. По его словам, строительство современных бассейнов требует значительных вложений, особенно с учётом международных требований. Однако руководители регионов при поддержке Минспорта и инвесторов будут прилагать все усилия, чтобы создать условия для прогресса и воспитать специалистов и спортсменов, а заодно поспособствуют росту конкуренции в стране, уверен Дружинин.

— Ваш послужной список достаточно нестандартен: три высших образования, работа в органах государственной власти и управления, на предприятиях, в системе образования и вдруг на этом фоне возникает спортивная федерация. Сначала регби, сейчас — федерация прыжков в воду…

— На мой взгляд, наоборот, достаточно обычная биография современного человека. В нашем мире всё быстро меняется и необходимо постоянно осваивать новые компетенции, соответствовать требованиям времени, использовать открывающиеся возможности. Когда я работал в Федеральной антимонопольной службе, поступило предложение войти в правление Федерации регби России на должность директора по организационно-административной работе, а затем и возглавить этот исполнительный орган федерации.

За эти годы правлению федерации регби удалось, на мой взгляд, многое сделать и правильно выстроить свою работу, пришло время двигаться дальше. Тогда и поступило предложение использовать полученный опыт в другой федерации. У нас сейчас стоят не менее амбициозные задачи, есть очень схожие проблемы. В этом я убедился за прошедшие месяцы работы в качестве руководителя исполкома федерации прыжков в воду.

— Чтобы наш вид спорта мог привлекать спонсоров, нужны две основные составляющие: хорошая организация процесса и спортивные результаты. У российской федерации прыжков в воду сейчас не слишком хорошо ни с тем, ни с другим. Как вы представляете себе работу в этом направлении? Условно говоря, где брать деньги на то, чтобы поднимать зарплаты тренерам на местах, покупать оборудование, развиваться дальше?

— Во-первых, я бы не драматизировал настолько ситуацию. В успехе несколько составляющих и о каждом элементе системы можно говорить подробно. Если про бюджетные деньги, то необходимо эффективно взаимодействовать с Минспорта, с ОКР, знать, как организованы те или иные процессы, и, соответственно, понимать, каким образом можно увеличить финансирование, какие возможности есть, например, в реализации Стратегии развития физической культуры и спорта в России до 2030 года. Помимо этого обязательно необходимо взаимодействовать с региональными правительствами и администрациями, пытаться за счёт субъектов Федерации увеличить заработные платы молодым тренерам и специалистам, работающим на местах.

Напомню, что начинается процесс передачи спортивных школ в систему образования, а это другая система оплаты труда. Да, на сегодняшний день зарплаты тренеров не соответствуют времени и поставленным федерации задачам. Мы понимаем, что специалистов такого класса с удовольствием возьмут к себе на работу те же фитнес-центры, причём на совершенно другие деньги. Мы, конечно, делаем необходимые шаги, чтобы сохранить и расширить нашу кадровую базу и сейчас разрабатываем программу поддержки молодых тренеров, которую планируем запустить с начала следующего года.

— Обращаться к частным инвесторам тоже планируете?

— Это ежедневная работа. Без поддержки предпринимателей, интереса бизнеса к спорту его развитие в нынешних условиях практически невозможно. Мы готовим пакет предложений по маркетинговым и рекламным возможностям для потенциальных партнёров как в целом федерации, так и по отдельным турнирам. Поверьте, это совсем другие деньги, чем, например, в командных видах спорта. Нам готовы оказывать поддержку — не всегда деньгами — тем не менее, со снижением наших затрат.

В идеале мне хотелось бы добиться, чтобы прыжки в воду стали априори интересны спонсорам, рекламодателям. Сейчас, может быть, нас не очень понимают те же букмекеры, но эту ситуацию тоже нужно прорабатывать, как и взаимоотношения с телевидением. Обратите внимание, что на торжественном подведении итогов года будут присутствовать не только спортсмены и тренеры, но и наши спонсоры. Они почувствуют себя частью большой семьи, увидят, кого и за что они финансируют.

— Продукт, способный реально заинтересовать телевидение, вы видите, или его надо придумать?

— Например, есть мысль сделать интересный проект по хайдайвингу, который сейчас набирает популярность.

— То есть воспроизвести в России некий аналог того, что делает Red Bull, проводя Мировую серию?

— Не совсем. В числе возможных вариантов мы рассматриваем проект, в рамках которого в разных красивых местах нашей страны будут прыгать хайдайверы. Когда я начал об этом думать, первым делом встретился с чемпионом Европы по клифф-дайвингу Вадимом Бабешкиным, который ведёт популярный видеоблог о прыжках в воду. Как раз сейчас мы совместно продумываем контент, который будет интересен людям в популяризации нашего вида спорта.

Плюс необходимо, чтобы в России было больше соревнований, чтобы мы могли проводить у себя международные турниры. Это поможет, с одной стороны, укрепить авторитет федерации в мировом сообществе, а с другой — заинтересовать людей в регионах, привлечь их к сотрудничеству. Многие губернаторы хотят, чтобы на их территории проводились международные мероприятия, и они имеют опыт их организации, необходимую инфраструктуру.

— Знаю, что одна из ближайших задумок в этом направлении — турнир стран СНГ.

— Всё же это турнир евроазиатских стран. Мы называем его Кубок Евразии, чтобы смогли принять участие спортсмены стран СНГ, Литвы, Латвии, Грузии, других соседних государств. Хотим провести его в начале марта 2022 года в хорошем бассейне. Из того, что пока видел, считаю идеальным местом Саранск. Мы уже переговорили с региональным министром спорта, он поддержал идею. Спортивные руководители большинства приглашаемых стран тоже дали предварительное согласие на участие своих спортсменов.

— Вы вот сказали про Саранск, а я подумала, что в Москве сейчас почти не осталось центров для прыгунов в воду. «Олимпийский» на реконструкции, ЦСКА, где выросла я сама, собираются сносить. Эта проблема имеет какие-то варианты решения?

— «Олимпийский» когда-нибудь будет достроен и станет основным столичным объектом, на базе которого в городе можно будет развивать прыжки в воду. Есть бассейн в Олимпийской деревне, но это скорее чисто тренировочная площадка, поскольку там нет зрительских мест. Москва, безусловно, должна вернуть себе славу одного из ведущих центров по прыжкам в воду.

— Зрительские места, как мне кажется, в данной ситуации вторичны. Говорю о другом: Москва всегда была тем городом, где существовали несколько сильных школ, которые конкурировали между собой и поставляли людей в сборную страны. Насколько возможно воссоздать похожую схему сейчас? Или это утопия?

— Современный бассейн для прыжков в воду — это большие вложения, особенно если говорить о Москве. Это отдельная и очень важная тема, которой мы занимаемся сейчас с участием Министерства спорта, мэрии, других заинтересованных сторон. Вопрос достаточно сложный, но говорить, что это нереально, я бы не стал. Обратите внимание, что всем требованиям со стороны FINA соответствуют бассейны только в Казани. Поэтому всё, что сейчас планируется по программам реконструкции или строительства, особенно в рамках развития плавания, требует дополнительного внимания и учёта международных требований.

— Руководство федерацией игрового вида спорта и столь сложносочинённого, как прыжки в воду, — это схожие процессы?

— Организационно многое совпадает. Заметная разница в том, что некоторые важные процессы сейчас приходится выстраивать с нуля и что региональных федераций значительно меньше, чем было в регби. Прежде всего нужно привести в должный вид всю нормативно-правовую базу федерации, чтобы всё было юридически правильно. Далее по каждому направлению работы должны быть соответствующие планы, понятные бюджеты, ответственные люди. Например, по работе с регионами, по информационному направлению и СМИ, по взаимодействию со спонсорами. Заседания исполкома и президиума федерации должны проходить в регулярном графике, в гласном, открытом режиме. Должна быть выстроена финансовая и отчётная дисциплина.

Мы уже сформировали бюджет на 2022 год с перспективой по 2024 год, планируем проводить конкурентные процедуры при закупке товаров и услуг. Организационно-административной работы более чем достаточно.  Отдельное направление — регионы. Мы специальной делегацией РФПВ посетили уже восемь субъектов Федерации, впереди — остальные регионы, развивающие прыжки в воду. Есть интерес и договорённости по открытию федераций в Краснодаре, Ростове-на-Дону, Калужской области, Республике Башкортостан, на Дальнем Востоке и в Приморье. Как понимаете, это создание нашей базы, нашей основы. Для регионов запланировано создание системы грантов поддержки. Но главное, мы вступили в очередной олимпийский цикл, и подготовка сборной России к Олимпиаде-2024 является приоритетной.

— Спорт — это очень конкретная история в плане целей и результатов. Вы рисуете себе какие-то ориентиры в этом отношении на ближайший год, на два, на четыре?

— Думаю ли я о конечном результате? Безусловно. В докладе на отчётно-выборной конференции и последующем президиуме речь пойдёт как раз о конкретных задачах и ориентирах. Если совсем коротко, сейчас основная задача, чтобы жизнь федерации заиграла другими красками. Чтобы люди начали ощущать, что есть движение вперёд, что мы становимся авторитетны, узнаваемы. Чтобы тренеры в регионах почувствовали себя по-другому. Чтобы спортсмены знали, что идут в успешный, интересный и красивый вид спорта. И, конечно, хочется выстроить всю систему так, чтобы она максимально способствовала результату. Прыжки в воду в этом плане — спорт с богатыми традициями, и они будут продолжены.

— После того, как на Первом канале появился проект «Ледниковый период», приток детей в фигурное катание резко увеличился по всей стране. Можно ли придумать что-то такое, что также увеличит количество детей в школах по прыжкам в воду. Знаю, некий всплеск в этом отношении дал проект «Вышка», но он, к сожалению, оказался разовым явлением.

— Прыжки в воду — красивый и динамичный вид спорта. Поэтому обязательно попробуем найти понимание у руководства спортивного телевидения, но надо понимать, что это не решит проблему. Невозможно развивать массовость, не меняя инфраструктуру, не увеличивая количество объектов и тренеров, готовых и способных заниматься с детьми. Подготовка специалистов — приоритетная задача. Например, не так давно встречались с властями Ростова-на-Дону. Там планируют построить два бассейна. С трибунами, вышками и трамплинами. Это означает, что у нас есть буквально два-три года, чтобы понять, кто будет тренерами в Ростове-на-Дону.

— За то время, что вы проработали в Федерации прыжков в воду в должности исполнительного директора, какое ощущение было более сильным — настороженности или поддержки?

— Однозначно поддержки. Меня очень хорошо принял коллектив, в регионах, где я успел побывать, люди тоже отнеслись к моему назначению очень тепло. Есть очень большая поддержка со стороны Министерства спорта, ОКР, благодаря этому присутствует определённый оптимизм.

— Осталась сущая ерунда — прыгнуть с вышки, чтобы окончательно почувствовать себя «своим».

— А я и прыгал, «солдатиком», в Олимпийской деревне, когда занимался там плаванием. Правда, не с «десятки». Лишь однажды поднялся на десять метров, в саранском бассейне. Даже есть видео на телефоне, как я подхожу к краю платформы. Чуть-чуть затрясло, скажу честно.

— А ведь рано или поздно прыгнуть с «десятки» всё равно придётся…

— Пусть это будет для меня ещё одним вызовом.