Драйв и "Пиковая дама"
Премьера известнейшей оперы Чайковского состоится в театре оперы и балета 19 февраля.
Всё волнительнее ожидания певцов и актёров, музыкантов и руководства театра. Директор Магнитогорского театра оперы и балета Илья Кожевников не скрывает: "Пиковая дама" (18+) станет своеобразным аттестатом зрелости для коллектива.
- Это величайшая опера Петра Ильича, вершина его творчества, сложнейшее произведение как для оркестра, так и для певцов, - говорит Илья Сергеевич. - Дирижировать оперой "Пиковая дама" мечтал наш главный дирижёр Эдуард Нам, и к юбилею Эдуарда Вилорьевича театр наконец нашёл такую возможность, в первую очередь, благодаря тому, что нашли "голос" для главной партии - Германа, это будет Вадим Стародубцев, можно сказать, специально взращенный нами для "Дамы". Словом, всё совпало.
Но главное, в чём повезло Магнитогорску, - это режиссёр-постановщик спектакля Филипп Разенков: молодой - ему всего 31 год, но уже обласканный критикой, прошедший стажировку в Большом театре Варшавы, теперь востребованный театрами оперы и балета по всей стране, включая столичную "Новую оперу", Мариинский театр в Санкт-Петербурге. Последние годы он - главный режиссёр Башкирского театра оперы и балета, а с декабря 2016-го решением секретариата Союза театральных деятелей России избран членом совета по опере.
Филипп Разенков дважды удостоен высшей театральной награды - премии "Золотая маска", именно как режиссёр, плюс многочисленные номинации и награды спектаклей, им поставленных.
Но, считает режиссёр, награды не суть: главное - возможность представить свои работы самым авторитетным профессионалам страны.
А ещё Филипп Разенков серьёзно увлечён рок-музыкой и даже имеет собственную рок-группу.
Как уживаются в нём столь, казалось бы, несочетаемые ипостаси хулигана-рокера и серьёзного оперного режиссёра, а главное, как именитый постановщик, обладатель красного диплома ГИТИСа, один из любимых учеников народного артиста России, художественного руководителя модной, я бы даже сказала, богемной столичной "Геликон-оперы", Дмитрия Берт-мана, согласился работать в Магнитогорске? Об этом рассказывает сам Филипп.
- Почему ГИТИС? Потому что только там и в Санкт-Петербургской консерватории готовят именно оперных режиссёров, - начинаем разговор. - А любовь к классической музыке и року развивалась… Нет, не параллельно. Всё началось с того, что в 95-м, когда мне было семь лет, папа (родители Филиппа Разенкова оба дирижёры - Прим. авт.) дал мне послушать только что вышедший альбом Стиви Уандера, который понравился так, что я начал слушать его ежедневно. А с него постепенно переключился на "Лед зепеллин", "Дип пёпл", в подростковом возрасте сам играл в рок-группах. Надо ли говорить, что в школе был двоечником и горем всех учителей (смеётся). Обучение классической музыке шло параллельно, но… скажем так, тоже давалось непросто: объявлял голодовки, отказываясь идти в музыкальную школу, к примеру. Но постепенно втянулся, влюбился - и с удовольствием играл самый разнузданный рок, а потом садился за рояль и исполнял Рахманинова, Прокофьева, получал от всего огромное удовольствие. Если бы хватило усидчивости, из меня получился бы неплохой пианист. А мне хотелось быть и актёром, и не бросать музыку. Мятущуюся душу после серьёзного разговора в нужное русло направил отец, посоветовав оперную режиссуру. Я начал читать и понимать, что, похоже, это и есть то, чем хочу заниматься.
- От двоечника, устраивавшего голодовки и не приемлющего дисциплины, родители ждали чего-то хорошего, или вы стали тем, кем стали, вопреки плохим прогнозам окружающих?
- (Смеётся.) Удивительно, но ждали - относились к моему характеру философски и терпеливо наставляли, особенно, конечно, мама. У меня пока нет детей, но понимаю, что, имей я такого сына, вряд ли мог бы похвастаться таким терпением. Мама не сильно ругала за двойки, хотя, конечно, очень переживала. Но для неё главным было то, что я чем-то увлечён, а не безразличен ко всему.
- Поддерживала даже увлечение роком?
- Не вижу противоречий между роком и оперой. Более того, считаю оперу бабушкой рок-музыки: в ней, в отличие от других видов музыкального искусства, есть та самая экспрессия, драйв, нерв, страсть, которые присущи рок-музыке. Так что, по-моему, рок и опера гораздо ближе друг к другу, чем рок и другие течения современной музыки, будь то электронная музыка или рэп. Категорически не согласен с теми, кто утверждает, будто рок - нечто низменное и примитивное. Меня он вдохновляет находить в опере какие-то неожиданные ходы и тот самый нерв, который важен для современного зрителя. Хочу, чтобы зритель, придя на оперу, не засыпал, а, напротив, проснулся, эмоционально взбодрился и задумался.
- В "Пиковой даме" чем будить будете?
- С одной стороны, опера сама по себе очень драйвовая - чего стоит только финал первой картины, которую Герман заканчивает на верхней ноте на фоне неожиданно разбушевавшейся грозы: "Она моею будет, иль умру" - партия Германа одна из сложнейших в мировом оперном репертуаре. С другой стороны, "Пиковая дама" полна мистики - и будить будем, если можно сказать, попробовав пощекотать нервы зрителя, погрузить его в атмосферу таинственности. У нас, к примеру, на сцене будет не только графиня, но и призрак графа Сен-Жермена, от которого она узнала тайну трёх карт. Если говорить о смысле, который мы вкладываем в постановку, то "Пиковая дама" Чайковского очень отличается, если не сказать, диаметрально противоположна "Пиковой даме" Пушкина. И для меня Герман Чайковского ближе к Раскольникову Достоевского, чем к Герману Пушкина: это человек незаурядных способностей, огромной жизненной силы и энергии, но, к сожалению, всю свою незаурядность направивший в тёмное русло, разрушающее личность. И в этом главный вопрос, который ставим перед зрителем: насколько опасен путь, зачастую очень соблазнительный, богатства, власти, славы, насколько он может заставить личность, даже самую высокую, деградировать. Отсюда и призраки - не просто пощекотать нервишки, но и показать изнанку человеческой души, тёмные её уголки. Все мы себя любим, жалеем и не видим ничего плохого. Умение заглянуть в себя и разглядеть тёмное "я", мне кажется, очень важно, хоть и сложно.
- Вы модный, трендовый, востребованный и, видимо, достаточно дорогостоящий режиссёр, гонорары которого явно не по карману Магнитогорскому теат-ру оперы и балета. Тем не менее, вы здесь - почему?
- (Смеётся.) Решающим фактором было именно то, что ставить предложили "Пиковую даму". Пока это любимая моя опера, до этого я её не ставил. Второй фактор - то, что наш мир тесен, и от многих знакомых, бывавших здесь, слышал очень много хороших отзывов о театре и его руководителе. Прекрасно, что театром руководит человек с музыкальным образованием, разбирающийся в тонкостях нашей работы. Нравится, как работает труппа - дисциплинированно и заинтересованно. Третья причина - притом, что никогда не был в Магнитогорске, отсюда мои корни. Во всяком случае, где бы я ни был, Разенковых нигде не встречал, а здесь их очень много. Как в опере, мы пытаемся разгадать тайну трёх карт, так хочется разгадать и тайну своих корней, в которых, к своему стыду, пока очень плохо ориентируюсь. А насчёт тренда… Не считаю себя трендовым режиссёром. Дмитрий Александрович Бертман учил нас: если считаешь, что всё умеешь в профессии, значит, с ней пора заканчивать. Так что я себя считаю начинающим режиссёром, дилетантом, а помогает мне в этом самоирония, с которой отношусь к себе.
- Если вы не тренд, тогда кто тренд?
- (Задумывается.) Наверное, те, кто осознанно идёт на провокацию, скандал. Популярной стала фраза: если не умеешь вызвать скандал, значит, ты слабый режиссёр. С этим я не согласен. Бертман очень крутой режиссёр, но говорил: "Я ставил десятки "Онегиных" по всему миру, но всегда по-разному, пытаясь понять, что за зритель в этой стране". И это не просто желание понравиться публике - это желание диалога с ней. Режиссёр, идущий на скандал, ставит целью заставить говорить о себе. А мне важнее, чтобы говорили о моей "Пиковой даме". Режиссёр, хоть и в своей трактовке, должен донести не свою, а авторскую задумку. И в этом смысле я далеко не тренд.
- Вы можете добавить опере, например, рокового звучания?
- Может, лет через десять ваш вопрос будет актуальным, а сегодня звучание оперы сохраняется в мире таким, каким его задумал композитор, и это правильно. Но раньше никто не думал и о том, что время и место действия опер будет вольно переноситься режиссёрами, а сегодня Татьяна Ларина в миниюбке - норма. Может, и дирижёры начнут ставить эксперименты. С одной стороны, я за эксперименты, а с другой - к чему это приведёт? Надо понимать, что лучшие оперные партитуры написаны достойнейшими людьми, высочайшими профессионалами и глубокими мыслителями, каковым был и Пётр Ильич Чайковский, и каждый такт ими выстрадан, пропущен через себя. Для меня "Пиковая дама" совершенна, и вторжение чужеродного звукового ряда партитуру не усилит.
Но у нас и не будет классики в чистом виде - для усиления смысла, вложенного композитором. Кто-то считает, что "Даму" правильнее ставить в эпохе Пушкина, другие - в эпохе самого Чайковского, это вторая половина XIX века, у самого Чайковского действие происходит во времена Екатерины II, и мы сохраняем вторую половину XVIII века. Но театр не ставит задачей реконструкцию исторических тонкостей - костюмы, парики… Это всё равно будет недостоверно, неубедительно, да и дорого. Наша задача - использовать эпоху как базис для расскрытия идей, мыслей, создания необходимой атмосферы. Внешние атрибуты - всего лишь приманка, важно донести смысл. Мейерхольд сказал: "Самая примитивная картина - "Утро в сосновом лесу" Шишкина" (Смеётся.) Конечно, это шедевр мировой живописи, но с точки зрения мысли в ней действительно сложно найти что-то, кроме мишек и леса. "Чёрный квадрат" Малевича для меня гораздо более глубок.
- По-вашему, фактор успеха - найти дело по душе или: старайся - и в любой области придёт удача?
- Одного без другого не бывает, плюс гены и правильное воспитание родителей. И здоровое тщеславие, которым я, надо сказать, обладаю. (Смеётся.) Когда семья переехала в Ижевск, мне было семь лет. Узнав, кто такой Калашников, я расплакался: "Мама, хочу быть таким же известным, как Калашников. А вдруг не буду?" - и от этого громко рыдал.
- А сейчас, если таки не удастся?
- (Хохочет.) Тоже порыдаю, но спокойнее. Главное оружие в борьбе с гордыней и тщеславием -самоирония и понимание, что на фоне планетарных масштабов все твои комплексы ничтожны. Призовите юмор - и всё будет хорошо.