Северяне просят Ан-2, чиновники продолжают бросать миллиарды в «Байкал»

Олег Смирнов: Ложь в самолётостроении приобрела характер национального развлечения Очередной неожиданный вираж произошел в судьбе легендарного (в наихудшем смысле) отечественного пассажирского самолёта «Байкал». Министр промышленности и торговли РФ Антон Алиханов, отчитываясь в Совете Федерации на «правительственном часе», сообщил, что авиакомпания «Аврора» закупит первые 5 самолётов «Байкал» уже через год. «Продолжается работа над импортозамещёнными воздушными судами МС-21, SJ-100, Ил-114−300, легкомоторным самолетом „Байкал“ и вертолетами. На предприятиях осуществляется параллельная сборка как лётных образцов для ускоренной сертификации, так и будущих серийных бортов», — пояснил министр. Парадокс ситуации в том, что всего полтора месяца назад на «правительственном часе», только в Госдуме, заместитель председателя правительства Юрий Трутнев заявил, что самолёт «Байкал» так и не будет запущен в производство, потому что проект по созданию этого ближнемагистрального лайнера закрыт. Вместо него на авиалинии должен выйти модернизированный Ан-2. Государство начало финансировать «Байкал» в «десятые» годы и планировало, что к 2030-му будет выпущено 140 таких самолётов. Однако перед закрытием проекта был только один опытный образец, который признали недоработанным. Теперь, надо понимать, разочаровались уже и в Ан-2, раз решили вернуться к «Байкалу»? Или дело в чём-то другом? О причинах «плясок» вокруг самолёта «Байкал» и чем они закончатся, рассказал заслуженный пилот СССР, председатель комиссии по гражданской авиации Общественного совета Ространснадзора, советник по безопасности полетов председателя Профсоюзов лётного состава России Олег Смирнов. Олег Михайлович, два члена правительства говорят про один и тот же самолёт полностью противоположные вещи. Чем можно объяснить эту фантастическую историю? И кому из них верить? — Я хочу обратить внимание, что Трутнев от своих слов про закрытие «Байкала» не отказывался. Не будучи авиатором, но являясь очень высоким государственным чиновником и доверенным лицом Путина на Дальнем Востоке и Севере, Трутнев встречается с народом, живущим в отдалённых районах. Он видит потребности этих людей. В отличие от Алиханова и Мантурова, которые никогда не были в этих дырах. Один знает, какой самолет нужен людям, а другие — делают самолёты, не зная, для кого и чего. И не могут друг друга понять? — Ранее отдаленные территории обеспечивались самолётами ежедневно, а сейчас там нет ни одного рейса, потому что аэропорты закрыты и не осталось самолётов. А таких территорий — 60% от площади России. Это — фронт Трутнева. Для него важно, чтобы самолёты вернулись быстро. Ан-2 можно вернуть быстрее. А другой фронт в лице Алиханова и Мантурова защищает свою позицию: если в «Байкал» уже вложили миллиарды бюджетных денег, и если его не доделать, то придётся отчитываться, куда они делись, денежки. А жители Севера и Дальнего Востока могут подождать. Вот два фронта и столкнулись: Трутнев требует «Бакал» прекратить, а они говорят: нет, будем доделывать. Алиханов — молодой министр, и его подставляют те промышленники, которые разделили эти деньги. Он сам не участвовал в расходовании этих миллиардов, но теперь защищает позицию тех, кто рассовал их по карманам. Но если те деньги потрачены, а самолёт не сделан, то придётся тратить новые миллиарды. И опять — с неизвестным результатом. — Вот именно! Эти люди будут защищать «Байкал» до конца, потому что рано или поздно с них спросят: деньги мы дали, потом дополнительные дали, — а где результат? Где массовое производство самолётов, которые крайне необходимы для районов и деревень, которые расположены там, где нет ни автомобильных, ни железных дорог. И эти «байкаловцы» будут бесконечно передвигать сроки вправо. Я думаю, что рано или поздно сам Путин должен выступить в качестве арбитра, потому что Трутнев тоже от своих слов не откажется, ибо ему их продиктовал сам народ из районов, где нет транспорта. Какими преимуществами «Байкал» обладает перед Ан-2, можно их перечислить? — Нельзя! Самолету Ан-2 достаточно площадки длиной 600 метров, а «Байкал» требует 1200 метров. И ему нужна нормальная взлётная полоса в то время, как для Ан-2 достаточен просто укатанный снег, или лёд, или грунт. А что значит увеличить размер полосы в 2 раза? Это (не считая расходов на реконструкцию) — сразу же удорожание всего аэропортового хозяйства в 2 раза. Производители «Байкала» еще год назад, не предъявив товар, уже заявили, что самолёт будет стоить около полумиллиарда рублей. Авиакомпании сразу же заявили, что дороже 200 миллионов им самолёт не нужен. Эту проблему как решать? — Даже 200 миллионов без дотации государства для малой авиации неподъёмны. Потому что малая авиация во всех странах — не доходная, дай Бог ей выйти на ноль. Все дотируют малую авиацию — и США в своём северном округе, и Австралия в своём пустынном округе. А иначе можно отказываться от этих территорий. А в России есть статья Конституции о свободном передвижении граждан, но на 60% территории страны она перестала выполняться из-за отсутствия малой авиации. Алиханов сказал сенаторам и о работе над новыми самолётами для большой авиации. Как вы оцениваете наши успехи в этом направлении? — Официальная информация звучит так: сертификационные полёты проводятся благополучно и для самолётов, и для двигателей. Но сертификационные полёты — штука очень вязкая. Один полёт прошел хорошо, в ходе другого обнаружен дефект, после которого узел нужно переделывать или даже перепроектировать. В последние 30 лет ложь в самолётостроении приобрела характер национального развлечения. Самое грустное, что лгут президенту. Вам не хватит пальцев, чтобы подсчитать, сколько предшественников Алиханова докладывали о том, что с самолётами МС-21 и Суперджет-100 у нас огромные успехи. Обещали МС-21 наполнить пассажирами в 2021 году. И к тому же году должен был парить в небе импортозамещённый SJ-100. Нет ни того, ни другого. Сегодня мы имеем 150 старых SJ-100, которые летают с очень большим дефектом, когда в одной точке лонжерона крепятся и стойка шасси и топливный бак. Это — мина замедленного действия, которая никого не беспокоит. Летают на нём, немодернизированном SJ-100, и депутаты, и министры, и их семьи. А этот дефект не устранён. И двигатели там французские, которые вырабатывают свой ресурс, а запчастей к ним нет. Эти самолёты будут выводиться из эксплуатации. И что тогда? — Точнее сказать, они будут требовать ремоторизацию с устранением конструктивного дефекта. А на эти 150 самолётов нужно 300 моторов. И где их взять в массовом порядке, если сегодня не выпускается ни один? Вот эта политика лжи в авиастроении даёт свои плачевные результаты. На этой лжи построена программа «1000 самолетов», которую одобрил президент (она предусматривает поставки российским авиаперевозчикам 1036 отечественных самолётов к 2030 г. — «СП»). Мы двигаемся к критической точке, когда 600 самолетов Boeing и Airbus, которые работают в России, выработают ресурсы, а 150 Суперджетов встанут на прикол. А к этому времени серийного производства наших самолетов не будет. И хочу вам сказать, что я, как советник по безопасности полётов в профсоюзе лётчиков, высказываю мнение всех пилотов, которые видят большие риски. Михаил Зубов