Дэвид Фельдман, Ли Кравец «Заново рожденные: удивительная связь между страданиями и успехом»
Мы продолжаем рассказывать о книгах, вошедших в виртуальную выставку «Встань и иди: книги, помогающие жить».
Книги, представленные на выставке, помогут вам в сложное время, а истории, рассказанные в них, поддержат своим примером.
«Простить – значит сказать: “Я отказываюсь быть жертвой”»
Д. Фельдман, Л. Кравец. «Заново рожденные»
Дэвид Фельдман – доктор наук в области клинической психологии (Университет Канзаса) и здравоохранения, доцент кафедры психологии консультирования. Автор книг и статей для изданий Psychology Today и Huffington Post. Ли Даниэль Кравец – магистр психологического консультирования, выпускник Школы журналистики Университета Миссури-Колумбия.
В книге «Заново рожденные» собрано множество необычных документальных историй. Проводя психологические исследования, ученые столкнулись с таким понятием, как синдром адаптации. Он помогает личности провести саморегуляцию, особенно во время психологической травмы, когда сильно влияние стресса на организм. В книге приводятся истории реальных людей, которые буквально родились второй раз на свет, пережив тяжелейшие травматические события. Поразительно, но многим из них удалось через страдания достигнуть вершины своего личностного развития, обрести себя и понять смысл жизни.
«Большинство людей, переживших травму, отмечают определенные изменения в лучшую сторону. Погрузившись в пучину ужаса и отчаяния, они выходят из нее, обретя уникальную способность – своего рода «рентгеновское зрение», которое позволяет им понимать истинную ценность вещей и видеть возможности, о которых прежде они даже и не помышляли. В испытаниях, намного более страшных, чем самый кошмарный сон, они обретают внутреннюю силу. Эти психологические изменения называют посттравматическим ростом».
Фельдман и Кравец не говорят о том, что трудности – это хорошо. Врачи как никто другой понимают, что страдание не может быть положительным.
«Травма – это всегда плохо. Любая травма связана со страданиями. Нет ничего объективно положительного или необходимого в жестоких преступлениях, насилии, катастрофах или болезнях».
Но если с человеком случилось беда, то необходимо помочь ему найти в себе силы двигаться дальше. Порой после трагедии человек не может больше заниматься тем, что делал раньше – он становится физически недееспособным, или ментальные проблемы препятствуют этому. Что же делать?
«…лучше уж тратить отведенное нам время на цели, которые действительно достижимы с учетом наших возможностей и существующих ограничений, а не предаваться несбыточным мечтам».
В книге вторы приводят примеры из жизни таких людей, как Аша Мевлана, победившая рак и ставшая известным музыкантом; Пол Риекхофф, прошедший через войну в Ираке, и не побоявшийся сказать сенатору правду об этой бессмысленной бойне; Алан Лок, потерявший зрение спортсмен, который смог осуществить свою мечту – на веслах пересечь целый океан.
«Когда люди честны перед собой и не боятся признать последствия травмы, предпочитая реализм самообману позитивного мышления, у них появляется настоящая надежда, благодаря чему они могут ставить и достигать цели, в конечном итоге делая свою жизнь лучше».
Вокруг нас ежедневно происходят трагедии: люди становятся жертвами преступлений, теряют близких, заболевают тяжелыми недугами. Потоки информации о происшествиях и болезнях заставляют нас задуматься о хрупкости собственного благополучия. Рано или поздно каждый из нас задает себе вопрос: «Что я сделаю, если беда придет в мой дом?».
«Согласно результатам классического исследования психолога Мелвина Лернера, наша потребность в поддержании радужной картины мира и особенно веры в справедливость мироустройства является одной из главных причин такого явления, как «перекладывание вины на жертву». Логика здесь следующая: когда мы узнаем, что с кем-то случилось что-то ужасное, это заставляет нас пересмотреть самые базовые представления о справедливости. Мы начинаем сомневаться в доброте и справедливости мира. У нас появляются мысли о том, что, подобно тому бедняге, мы тоже можем в любой момент стать жертвой насильника, грабителя или маньяка. Поэтому, чтобы успокоиться и по-прежнему ощущать себя в безопасности, мы психологически отделяем себя от жертвы. Должно быть, думаем мы, жертва сама навлекла на себя беду… Очевидно, эта стратегия самообмана работает только тогда, когда жертвой травмы становимся не мы. Но даже если жертвой становимся мы сами, то все равно ни за что не хотим расставаться со своей картиной мира. Причина в том, что она содержит самые дорогие нам представления и ценности, большая часть которых укладывается в три базовые категории убеждений, описанные Янов-Бульман, включая наши представления о долге, Боге, достоинстве, дружбе и обо всем остальном».
Самое же сложное с психологической точки зрения – это простить кого-то, кто причинил тебе боль. Как умение прощать сказывается на физическом и душевном состоянии человека?
«Никто не имеет права говорить тому, кто прошел через страдания, что он обязан простить, – продолжает Туту. – Нет, мы должны разделить боль с тем, кого люди заставили страдать, мы должны утешить его, проявить понимание и сочувствие». Туту высказывает мысль, с которой согласны многие пострадавшие и эксперты. Никто никого не обязан прощать. Жертвы не обязаны прощать своих мучителей. Прощение – это что-то очень личное; люди прощают, если они к этому готовы и только тогда, когда они к этому готовы. Это не что-то такое, к чему кто-либо кого-либо может принудить или должен принуждать. Принуждение в данном случае лишь усугубит причиненные жертве страдания. Тем не менее у науки есть основания утверждать, что людям, которые самостоятельно приходят к осознанию готовности переступить через свое нежелание прощать, лучше всего так и поступить, то есть простить. Это поможет им сделать шаг вперед и начать новую главу своей жизни. Более того, это может помочь им родиться заново».
Приятного чтения!
Резник Марина Васильевна
Книги, представленные на выставке, помогут вам в сложное время, а истории, рассказанные в них, поддержат своим примером.
«Простить – значит сказать: “Я отказываюсь быть жертвой”»
Д. Фельдман, Л. Кравец. «Заново рожденные»
Дэвид Фельдман – доктор наук в области клинической психологии (Университет Канзаса) и здравоохранения, доцент кафедры психологии консультирования. Автор книг и статей для изданий Psychology Today и Huffington Post. Ли Даниэль Кравец – магистр психологического консультирования, выпускник Школы журналистики Университета Миссури-Колумбия.
В книге «Заново рожденные» собрано множество необычных документальных историй. Проводя психологические исследования, ученые столкнулись с таким понятием, как синдром адаптации. Он помогает личности провести саморегуляцию, особенно во время психологической травмы, когда сильно влияние стресса на организм. В книге приводятся истории реальных людей, которые буквально родились второй раз на свет, пережив тяжелейшие травматические события. Поразительно, но многим из них удалось через страдания достигнуть вершины своего личностного развития, обрести себя и понять смысл жизни.
«Большинство людей, переживших травму, отмечают определенные изменения в лучшую сторону. Погрузившись в пучину ужаса и отчаяния, они выходят из нее, обретя уникальную способность – своего рода «рентгеновское зрение», которое позволяет им понимать истинную ценность вещей и видеть возможности, о которых прежде они даже и не помышляли. В испытаниях, намного более страшных, чем самый кошмарный сон, они обретают внутреннюю силу. Эти психологические изменения называют посттравматическим ростом».
Фельдман и Кравец не говорят о том, что трудности – это хорошо. Врачи как никто другой понимают, что страдание не может быть положительным.
«Травма – это всегда плохо. Любая травма связана со страданиями. Нет ничего объективно положительного или необходимого в жестоких преступлениях, насилии, катастрофах или болезнях».
Но если с человеком случилось беда, то необходимо помочь ему найти в себе силы двигаться дальше. Порой после трагедии человек не может больше заниматься тем, что делал раньше – он становится физически недееспособным, или ментальные проблемы препятствуют этому. Что же делать?
«…лучше уж тратить отведенное нам время на цели, которые действительно достижимы с учетом наших возможностей и существующих ограничений, а не предаваться несбыточным мечтам».
В книге вторы приводят примеры из жизни таких людей, как Аша Мевлана, победившая рак и ставшая известным музыкантом; Пол Риекхофф, прошедший через войну в Ираке, и не побоявшийся сказать сенатору правду об этой бессмысленной бойне; Алан Лок, потерявший зрение спортсмен, который смог осуществить свою мечту – на веслах пересечь целый океан.
«Когда люди честны перед собой и не боятся признать последствия травмы, предпочитая реализм самообману позитивного мышления, у них появляется настоящая надежда, благодаря чему они могут ставить и достигать цели, в конечном итоге делая свою жизнь лучше».
Вокруг нас ежедневно происходят трагедии: люди становятся жертвами преступлений, теряют близких, заболевают тяжелыми недугами. Потоки информации о происшествиях и болезнях заставляют нас задуматься о хрупкости собственного благополучия. Рано или поздно каждый из нас задает себе вопрос: «Что я сделаю, если беда придет в мой дом?».
«Согласно результатам классического исследования психолога Мелвина Лернера, наша потребность в поддержании радужной картины мира и особенно веры в справедливость мироустройства является одной из главных причин такого явления, как «перекладывание вины на жертву». Логика здесь следующая: когда мы узнаем, что с кем-то случилось что-то ужасное, это заставляет нас пересмотреть самые базовые представления о справедливости. Мы начинаем сомневаться в доброте и справедливости мира. У нас появляются мысли о том, что, подобно тому бедняге, мы тоже можем в любой момент стать жертвой насильника, грабителя или маньяка. Поэтому, чтобы успокоиться и по-прежнему ощущать себя в безопасности, мы психологически отделяем себя от жертвы. Должно быть, думаем мы, жертва сама навлекла на себя беду… Очевидно, эта стратегия самообмана работает только тогда, когда жертвой травмы становимся не мы. Но даже если жертвой становимся мы сами, то все равно ни за что не хотим расставаться со своей картиной мира. Причина в том, что она содержит самые дорогие нам представления и ценности, большая часть которых укладывается в три базовые категории убеждений, описанные Янов-Бульман, включая наши представления о долге, Боге, достоинстве, дружбе и обо всем остальном».
Самое же сложное с психологической точки зрения – это простить кого-то, кто причинил тебе боль. Как умение прощать сказывается на физическом и душевном состоянии человека?
«Никто не имеет права говорить тому, кто прошел через страдания, что он обязан простить, – продолжает Туту. – Нет, мы должны разделить боль с тем, кого люди заставили страдать, мы должны утешить его, проявить понимание и сочувствие». Туту высказывает мысль, с которой согласны многие пострадавшие и эксперты. Никто никого не обязан прощать. Жертвы не обязаны прощать своих мучителей. Прощение – это что-то очень личное; люди прощают, если они к этому готовы и только тогда, когда они к этому готовы. Это не что-то такое, к чему кто-либо кого-либо может принудить или должен принуждать. Принуждение в данном случае лишь усугубит причиненные жертве страдания. Тем не менее у науки есть основания утверждать, что людям, которые самостоятельно приходят к осознанию готовности переступить через свое нежелание прощать, лучше всего так и поступить, то есть простить. Это поможет им сделать шаг вперед и начать новую главу своей жизни. Более того, это может помочь им родиться заново».
Приятного чтения!
Резник Марина Васильевна