Дело не женское, но...
Почти полвека отдала врач Тамара Бердникова асбестовской медицине.
- Что вы так долго ехали? - попеняла прибывшему по окончанию института врачу (после вручения диплома прошло не более месяца) начальник Асбестовского горздравотдела Мария Васильевна Жидовинова. - Квартиры пустуют, выбирайте, какую вам.
Вот так встречали в середине прошлого века молодых специалистов, окончивших медицинские институты и направленных по распределению в горняцкий Асбест. Тамара Николаевна выбрала квартиру, вскоре вышла замуж и стала многодетной мамой – три дочки родились в семье Бердниковых.
Начав лечебную деятельность цеховым терапевтом, некоторое время спустя подала заявление на специализацию «рентгенолог».
- Женское ли это дело! – прокомментировало руководство поликлиники. Но Тамара Николаевна проявила настойчивость. И стала таким специалистом, каким хотела.
Рентгенолог – большая ответственность: этот врач стоит у истоков серьезного диагноза. Изменения, патология костной системы, желудочно-кишечного тракта, сердца и других органов – все можно увидеть на рентгеновском снимке. Или не заметить, что, несомненно, будет ошибкой. Когда не было еще современной ультразвуковой и компьютерной диагностической аппаратуры, и от рентгеновского снимка зависело, правильно ли будут лечить.
В социалистические времена рентгенологи Асбеста тесно сотрудничали с научными работниками профинститута, вели совместную работу по раннему выявлению пульмонологических и онкологических заболеваний. И рентгеновская аппаратура была в Асбесте на уровне – словом, плодотворным можно назвать то время.
Со временем многое изменилось, и прежде всего нагрузка на специалистов.
- Работали семь врачей, осталось трое, - рассказывала Тамара Николаевна. - И самое главное, что это на больных сказывается, людям подолгу ждать приходится. Нервничают…
Вообще-то по тридцать лет, а получилось у Тамары Николаевны больше, - рентгенологом работать нельзя, срок службы врача или лаборанта рентгеновского кабинета – семь с половиной лет, и «первый список» за вредность профессии. Но… была такая ситуация в начале нынешнего века, что не могли они покинуть свой пост.Трое врачей, причем двое из них могли бы быть на заслуженном отдыхе, «закрывали» необходимость флюорографического и рентгеновского обследования всей больницы – поликлиники и стационара. Молодые специалисты на смену не спешили.
Да ведь и сейчас не спешат, когда сподвижники асбестовской медицины вынуждены закончить работу – по состоянию здоровья. Всю жизнь они служили людям и медицине, потому что в клятве Гиппократа, которую они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО принимали, - речь не о том, сколько работать и сколько получать. А о том, что обладающий медицинской теорией и практикой обязан оказывать помощь любому, кто просит о ней.
Ирина Атанасова, asbest-gid.ru
- Что вы так долго ехали? - попеняла прибывшему по окончанию института врачу (после вручения диплома прошло не более месяца) начальник Асбестовского горздравотдела Мария Васильевна Жидовинова. - Квартиры пустуют, выбирайте, какую вам.
Вот так встречали в середине прошлого века молодых специалистов, окончивших медицинские институты и направленных по распределению в горняцкий Асбест. Тамара Николаевна выбрала квартиру, вскоре вышла замуж и стала многодетной мамой – три дочки родились в семье Бердниковых.
Начав лечебную деятельность цеховым терапевтом, некоторое время спустя подала заявление на специализацию «рентгенолог».
- Женское ли это дело! – прокомментировало руководство поликлиники. Но Тамара Николаевна проявила настойчивость. И стала таким специалистом, каким хотела.
Рентгенолог – большая ответственность: этот врач стоит у истоков серьезного диагноза. Изменения, патология костной системы, желудочно-кишечного тракта, сердца и других органов – все можно увидеть на рентгеновском снимке. Или не заметить, что, несомненно, будет ошибкой. Когда не было еще современной ультразвуковой и компьютерной диагностической аппаратуры, и от рентгеновского снимка зависело, правильно ли будут лечить.
В социалистические времена рентгенологи Асбеста тесно сотрудничали с научными работниками профинститута, вели совместную работу по раннему выявлению пульмонологических и онкологических заболеваний. И рентгеновская аппаратура была в Асбесте на уровне – словом, плодотворным можно назвать то время.
Со временем многое изменилось, и прежде всего нагрузка на специалистов.
- Работали семь врачей, осталось трое, - рассказывала Тамара Николаевна. - И самое главное, что это на больных сказывается, людям подолгу ждать приходится. Нервничают…
Вообще-то по тридцать лет, а получилось у Тамары Николаевны больше, - рентгенологом работать нельзя, срок службы врача или лаборанта рентгеновского кабинета – семь с половиной лет, и «первый список» за вредность профессии. Но… была такая ситуация в начале нынешнего века, что не могли они покинуть свой пост.Трое врачей, причем двое из них могли бы быть на заслуженном отдыхе, «закрывали» необходимость флюорографического и рентгеновского обследования всей больницы – поликлиники и стационара. Молодые специалисты на смену не спешили.
Да ведь и сейчас не спешат, когда сподвижники асбестовской медицины вынуждены закончить работу – по состоянию здоровья. Всю жизнь они служили людям и медицине, потому что в клятве Гиппократа, которую они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО принимали, - речь не о том, сколько работать и сколько получать. А о том, что обладающий медицинской теорией и практикой обязан оказывать помощь любому, кто просит о ней.
Ирина Атанасова, asbest-gid.ru