По закону военного времени 2
Из воспоминаний Александра Александровича КОРОЛЕВА, генерального директора ордена Ленина комбината "Ураласбест", Героя Социалистического Труда, лауреата Государственной премии СССР, отдавшего Асбесту 50 лет.
(Продолжение)
С трепетом ждали почты с фронта. К сожалению, в Асбест, как и в любой город, каждый день приходили казенные письма-похоронки. В каждом цехе то и дело плакали женщины. В боях с захватчиками погибли забойщик Салях Бикташев, бурильщик Дмитрий Пакулин и многие сотни других горняков и обогатителей. С заплаканными глазами являлись на смену работницы, и я, директор, не всегда знал, кого сегодня надо освободить от производства, чтобы вволю выплакаться.
Условия военного времени все больше давали знать о себе. В 1942 году фабрика № 2 работала с перебоями - не хватало электричества. Дело в том, что Урал оброс эвакуированными заводами, важными для обороны, и получали электроэнергию в первую очередь оборонные цеха. В Асбесте помимо завода АТИ разместились предприятия, где делали гранаты, мины, артиллерийские снаряды, детали для реактивных минометов и многое такое, о чем не распространялось даже в личных разговорах. Благодаря запасам асбеста на складах трест имел возможность привлекать рабочих к реконструкции железнодорожного хозяйства Центрального рудоуправления, посылать в подсобные хозяйства, на заготовку дров для госпиталя, больниц, школ, столовых, детских садов.
Специалисты работали над улучшением технологии. Так, на отсасывании волокна в цехах установили более мохцные вентиляторы, ручную транспортировку шестого сорта заменили механической. В цехе обогащения появились дробилки "Джембо", вдвое увеличившие производительность третьей секции...
Бои под Москвой, Сталинградом, на Северном Кавказе и в других огненных точках требовали свежих бойцов. Асбест оголил цеха донельзя. На "Гиганте" осталась треть списочного состава. Наконец-то и я получаю направление в Военнополитическую академию имени Ленина, значит, потом на фронт. Но в наркомате (он находился в Асбесте) укротили мой порыв и через Государственный Комитет Обороны вернули к прежним обязанностям.
В 1943 году потребности в асбесте возросли. ГКО постановил вернуть с фронта высококвалифицированных рабочих и ИТР асбестовой промышленности. Составили мы список необходимых людей, передали в наркомат, Соснину. Вскоре прямо из окопов в обожженных шинелях заявились Николай Щербаков, Никифор Горшколепов, Василий Токманцев, Александр Березин, Сергей Цыренщиков, десятки других специалистов.
В октябре 1943-го была вновь пущена в эксплуатацию асбофабрика № 3, оживали рудничные забои.
Отрадно и другое. Трудящиеся стали получать увеличенные пайки. То есть мы были приравнены к оборонной промышленности. В директорском фонде появились спецталоны на дополнительное питание наиболее отличившимся рабочим, бригадам на тяжелых работах, сверхурочникам. Но с горечью признаюсь: маловат был этот приварок "СП".
На соседней фабрике, молва донесла, вот такой случай вышел. В конце 1942 года погиб на фронте слесарь И. С. Абрамов, отец четверых детей. Еды не хватало, и мать отправилась в деревню раз-живиться съестным. Ушла. О судьбе ее никто с тех пор не знает. Только через несколько дней донеслось до людей, что малыши дома одни. Было поздно - двое не поднялись.
А с фронта не прекращался поток похоронок. Все больше вдов, все больше сирот.
Не могу в связи с этим не сказать о вдове фронтовика, грудью прикрывшего Москву, горном инженере Марии Григорьевне Шорниковой - первой женщине руководителе асбестовой промышленности. Всю Великую Отечественную войну она находилась у руля Октябрьской фабрики, обеспечивающей текстильными сортами асбеста единственный в стране завод АТИ. В цехах работали одни женщины. К апрелю 1942 года на фабрике из 67 мужчин призывного возраста осталось двое.
Завод асбестовых технических изделий получил в войну с Октябрьской фабрики 5678 тонн асбеста. Это только четверть выработанной продукции, остальное шло на другие оборонные заводы. При трехкратной перевалке "военный" асбест составил миллион мешков. Подняли же его худенькие плечи Натальи Прилуковой, Паши Брызгаловой, Груши Красниковой, Дании Шайхутдиновой и многих других гвардейцев тыла. Солдатская вдова Мария Шорникова - вожак женского коллектива
- надрывалась вместе с подчиненными до слез, но выстояла и детей подняла.
Отличился в войну и другой горный инженер Михаил Тутов, предложивший экскаваторный способ отвалообразования, который нашел применение на всех горно-добывающих предприятиях нашей страны и за рубежом.
"Наше дело правое! Мы победим!" - эти крылатые слова обретали плоть не только на передовой. Мы в тылу готовили для отправки бойцам полушубки, валенки, свитера, кисеты, подписывались на Государственный военный заем. Собирали деньги на строительство танков для Уральского добровольческого корпуса, в том числе" Асбестовского танка". На средства асбестовцев изготовлены бронеавтомобиль, самолет и другая военная техника.
И еще. В середине войны группа рабочих и инженеров ремонтно-механического завода за образцовое выполнение правительственных заданий по обеспечению фронта была награждена орденами и медалями СССР. Среди награжденных - мальчик Володя Ершов, знатный токарь, ордена "Знак Почета" получили Н. П. Пашкин, его правая рука по заводу, талантливый инженер Э. К. Розит.
Позднее награждены И. П. Флягин, Ф. Фаткулин, Ю. Юнусов и другие герои-забойщики...
Перебирая как-то старые документы, обнаружил уголок газеты" Асбестовский рабочий" военного года, а на нем черным по серому объявление ОРСа: "Граждане! Сдавайте верхушки клубней продовольственного картофеля и обеспечьте себя нужными товарами. За каждый сданный килограмм верхушек картофеля вы можете купить 500 граммов масла или 500 граммов соли, или 5 коробочек спичек, или 0,5 литра винно-водочных изделии.
Картофельные глазки. Мы садили их на подсобном участке вдоль Белоярского тракта. Пронзительно помню первый урожай - маленькие невзрачные клубни. Помню с любовью: они тоже внесли вклад во всенародную нашу Победу.
Так и жили мы по законам военного времени. Жили худо, горестно, но честно.
Записал Алексей ЧЕЧУЛИН.
Из Альманаха "Память сердец" (Составитель А. Попова) 2000г.