«Агата Кристи» — как всё начиналось. 14
0
136
Автор книги, Пётр Май — родился в Асбесте, один из основателей и первый барабанщик рок-группы «Агата Кристи». В настоящее время живёт и работает в Екатеринбурге. Он поможет нам окунутся в атмосферу 70-80 гг.. Расскажет о том, чем жила молодежь Асбеста в те. великие, "застойные" времена.
(Продолжение)
Запись альбома (1)
— А я сразу говорил Вадику, что ты приедешь, только мы тебя позовём! — дружески похлопывал Саша по плечу Петю.
— Колдуны чёртовы, — отшучивался Петя, тиская в объятиях старых друзей.
Последним пришёл молодой барабанщик, начали репетировать. Петя сидел в сторонке, слушал новый материал и прикидывал, какую песню он может сыграть, что наиболее подходит под его манеру игры на барабанах. Сыграли где-то полпрограммы, сели попить чайку и обсудить, как будем записывать альбом с завтрашнего вечера. Но тут неожиданно юный барабанщик заявил:
— Я завтра не могу, мне домой надо на неделю!
— Постой-постой, — опешили все, — мы же тебе давно говорили, договаривались, что именно в эту неделю будем писать альбом!
— Нет, я не могу, — молодое дарование явно «намыливало когти».
После того, как за ним закрылась дверь, воцарилась гнетущая тишина, в которой кто-то спросил:
— Ну и что теперь?
Первым нарушил гнетущую тишину мудрый Саша:
— Ну а что страшного? Барабанщик у нас есть, покажем ему программу и будем потихоньку записывать по паре песен за ночь, а там видно будет!
Предложение попахивало авантюрой — хоть Петя и знал друзей столько лет, но материал-то был совершенно новым! Нужно было не только разучить песни и ритмы, но и придумать, как будут играть барабаны в каждом конкретном месте. Пауза затягивалась — все пребывали в раздумьях, оценивая случившееся.
Наконец Вадик вздохнул и сказал:
— Ладно, у меня завтра утром нет занятий со студентами, давай остаёмся и попробуем разучить песни.
Саша с Бобром сгоняли в магазин за кофе, сахаром, хлебом и сигаретами для Вадика и откланялись — им утром надо было на работу. А Вадик с Петей приступили к репетиции. Ситуация ещё осложнялась тем, что, по аналогии с записью первого альбома «Если», барабаны планировалось вынести в соседнюю аудиторию-зал, поставить их на сцене, закрыть двери и занавес, а остальные участники коллектива и записывающая аппаратура находились за дверью в каморке, откуда и осуществлялась запись.
То есть визуальный контакт барабанщика и остальных членов коллектива был исключён — только звуковой.
Недаром Вадик ещё в школе был мультиинструменталистом — одной рукой он успевал играть на гитаре рифы и ноты партии баса, второй играл на клавишах сольные кусочки песен. Перед ним стоял микрофон, в который он командовал Пете: — Так, тут пошла вторая часть, меняем ритм! Переход на соло, брейк! Остановка! Кода! — и т.д.
Ночь летела быстро, разбирали песню за песней и к рассвету прошли почти всю программу. В голове у Пети, конечно, был компот из кусков мелодий, ритмов, брейков — но зато Вадик был доволен, что с Петиным возвращением наконец-то барабаны зазвучали, как всем хотелось по манере исполнения.
На следующий день друзья забрали из рок-клуба два практически новых катушечных магнитофона, комплект микрофонов и стоек, привезли это в свою каморку и начали подключать. Поздно вечером прозвенел последний звонок второй учебной смены, и студенты покинули здание. Можно было выносить барабаны в соседнюю аудиторию-зал и начинать отстройку звука. Но тут группу ждал неожиданный и неприятный сюрприз — ключ никак не хотел открывать дверь между каморкой и аудиторией-залом, и входная дверь из коридора в аудиторию тоже была надёжно закрыта. Когда стало ясно, что открыть дверь не удастся, по крайней мере сегодня, стали думать, что делать целую ночь.
И тут Саша предложил вынести барабаны в другую смежную аудиторию, через которую музыканты и попадали в свою каморку.
— Но как? — ужаснулись остальные трое друзей. — Там же нет ни сцены, ни занавеса, даже полы бетонные, а не деревянные — только линолеум на плиты перекрытия брошен, стены голые, огромные окна во всю наружную стену, да ещё и потолок «лесенкой»? Там же будут сплошные эхо, мы никогда звук барабанов не настроим!
— Ну давайте попробуем, — убеждал друзей Саша. — Всё одно мы уже здесь, впереди вся ночь — вдруг что-то получится, хоть одну-две песни запишем. А не получится — завтра возьмём ключ и начнём записывать барабаны на сцене в зале.
Доводы были приняты, барабаны и микрофоны вынесли в гулкую аудиторию и начали настраивать. Возились долго и всё-таки убедились в невозможности отстроить звук — всё гудело, звенело, громыхало. И когда Саша уже был готов признать свою идею несостоявшейся, Петя вспомнил, как стройотрядные ВИА частенько играли в абсолютно неприспособленных для концертов помещениях — например, в спортзалах. Одним из методов было поднять барабанную установку и колонки на подиум, на уровень ушей зрителей. В таком случае даже в гулком помещении можно было играть танцы — слушатели начинали разбирать музыку, ритм и текст песен.
Подиум довольно быстро соорудили из столов от студенческих парт — это единственное, что было под рукой, правда, барабаны пришлось связывать проволочками и веревочками, чтобы не разъезжались по гладкой поверхности столов. Микрофонные стойки стояли на полу, а микрофоны смотрели вверх на барабаны. Когда Петя взгромоздился на подиум за «кухню», друзья невольно расхохотались — очень уж комично смотрелось это хрупкое сооружение.
Но смех смехом, а настройка показала, что какой-то барабанный звук всё-таки можно выставить. Записали для пробы первую песню — это были «Гномы-каннибалы», да в суматохе не заметили, как случайно выключился микрофон на «бочке». Дубль по исполнению был удачным, Вадик с Бобром послушали-послушали запись, почесали буйную растительность на головах и решили, что «вытянут» звук бас-барабана при перезаписи. Сходу записали ещё одну простую песню, и за окнами забрезжил рассвет — пора было закругляться — скоро придут студенты на занятия первой смены. Барабаны, стойки и микрофоны сняли, занесли в каморку, столы и парты на расставили на место, после чего разъехались по домам отсыпаться.
«Агата Кристи» — как всё начиналось. П. Май "Урал" №9. 2015г.
Продолжение следует.
(Продолжение)
Запись альбома (1)
— А я сразу говорил Вадику, что ты приедешь, только мы тебя позовём! — дружески похлопывал Саша по плечу Петю.
— Колдуны чёртовы, — отшучивался Петя, тиская в объятиях старых друзей.
Последним пришёл молодой барабанщик, начали репетировать. Петя сидел в сторонке, слушал новый материал и прикидывал, какую песню он может сыграть, что наиболее подходит под его манеру игры на барабанах. Сыграли где-то полпрограммы, сели попить чайку и обсудить, как будем записывать альбом с завтрашнего вечера. Но тут неожиданно юный барабанщик заявил:
— Я завтра не могу, мне домой надо на неделю!
— Постой-постой, — опешили все, — мы же тебе давно говорили, договаривались, что именно в эту неделю будем писать альбом!
— Нет, я не могу, — молодое дарование явно «намыливало когти».
После того, как за ним закрылась дверь, воцарилась гнетущая тишина, в которой кто-то спросил:
— Ну и что теперь?
Первым нарушил гнетущую тишину мудрый Саша:
— Ну а что страшного? Барабанщик у нас есть, покажем ему программу и будем потихоньку записывать по паре песен за ночь, а там видно будет!
Предложение попахивало авантюрой — хоть Петя и знал друзей столько лет, но материал-то был совершенно новым! Нужно было не только разучить песни и ритмы, но и придумать, как будут играть барабаны в каждом конкретном месте. Пауза затягивалась — все пребывали в раздумьях, оценивая случившееся.
Наконец Вадик вздохнул и сказал:
— Ладно, у меня завтра утром нет занятий со студентами, давай остаёмся и попробуем разучить песни.
Саша с Бобром сгоняли в магазин за кофе, сахаром, хлебом и сигаретами для Вадика и откланялись — им утром надо было на работу. А Вадик с Петей приступили к репетиции. Ситуация ещё осложнялась тем, что, по аналогии с записью первого альбома «Если», барабаны планировалось вынести в соседнюю аудиторию-зал, поставить их на сцене, закрыть двери и занавес, а остальные участники коллектива и записывающая аппаратура находились за дверью в каморке, откуда и осуществлялась запись.
То есть визуальный контакт барабанщика и остальных членов коллектива был исключён — только звуковой.
Недаром Вадик ещё в школе был мультиинструменталистом — одной рукой он успевал играть на гитаре рифы и ноты партии баса, второй играл на клавишах сольные кусочки песен. Перед ним стоял микрофон, в который он командовал Пете: — Так, тут пошла вторая часть, меняем ритм! Переход на соло, брейк! Остановка! Кода! — и т.д.
Ночь летела быстро, разбирали песню за песней и к рассвету прошли почти всю программу. В голове у Пети, конечно, был компот из кусков мелодий, ритмов, брейков — но зато Вадик был доволен, что с Петиным возвращением наконец-то барабаны зазвучали, как всем хотелось по манере исполнения.
На следующий день друзья забрали из рок-клуба два практически новых катушечных магнитофона, комплект микрофонов и стоек, привезли это в свою каморку и начали подключать. Поздно вечером прозвенел последний звонок второй учебной смены, и студенты покинули здание. Можно было выносить барабаны в соседнюю аудиторию-зал и начинать отстройку звука. Но тут группу ждал неожиданный и неприятный сюрприз — ключ никак не хотел открывать дверь между каморкой и аудиторией-залом, и входная дверь из коридора в аудиторию тоже была надёжно закрыта. Когда стало ясно, что открыть дверь не удастся, по крайней мере сегодня, стали думать, что делать целую ночь.
И тут Саша предложил вынести барабаны в другую смежную аудиторию, через которую музыканты и попадали в свою каморку.
— Но как? — ужаснулись остальные трое друзей. — Там же нет ни сцены, ни занавеса, даже полы бетонные, а не деревянные — только линолеум на плиты перекрытия брошен, стены голые, огромные окна во всю наружную стену, да ещё и потолок «лесенкой»? Там же будут сплошные эхо, мы никогда звук барабанов не настроим!
— Ну давайте попробуем, — убеждал друзей Саша. — Всё одно мы уже здесь, впереди вся ночь — вдруг что-то получится, хоть одну-две песни запишем. А не получится — завтра возьмём ключ и начнём записывать барабаны на сцене в зале.
Доводы были приняты, барабаны и микрофоны вынесли в гулкую аудиторию и начали настраивать. Возились долго и всё-таки убедились в невозможности отстроить звук — всё гудело, звенело, громыхало. И когда Саша уже был готов признать свою идею несостоявшейся, Петя вспомнил, как стройотрядные ВИА частенько играли в абсолютно неприспособленных для концертов помещениях — например, в спортзалах. Одним из методов было поднять барабанную установку и колонки на подиум, на уровень ушей зрителей. В таком случае даже в гулком помещении можно было играть танцы — слушатели начинали разбирать музыку, ритм и текст песен.
Подиум довольно быстро соорудили из столов от студенческих парт — это единственное, что было под рукой, правда, барабаны пришлось связывать проволочками и веревочками, чтобы не разъезжались по гладкой поверхности столов. Микрофонные стойки стояли на полу, а микрофоны смотрели вверх на барабаны. Когда Петя взгромоздился на подиум за «кухню», друзья невольно расхохотались — очень уж комично смотрелось это хрупкое сооружение.
Но смех смехом, а настройка показала, что какой-то барабанный звук всё-таки можно выставить. Записали для пробы первую песню — это были «Гномы-каннибалы», да в суматохе не заметили, как случайно выключился микрофон на «бочке». Дубль по исполнению был удачным, Вадик с Бобром послушали-послушали запись, почесали буйную растительность на головах и решили, что «вытянут» звук бас-барабана при перезаписи. Сходу записали ещё одну простую песню, и за окнами забрезжил рассвет — пора было закругляться — скоро придут студенты на занятия первой смены. Барабаны, стойки и микрофоны сняли, занесли в каморку, столы и парты на расставили на место, после чего разъехались по домам отсыпаться.
«Агата Кристи» — как всё начиналось. П. Май "Урал" №9. 2015г.
Продолжение следует.