Доктор Распопов: "Счастье - это равновесие желаний и возможностей"
0
410
Более 120 лет складывалась история здравоохранения Асбеста, в историю которого врач-рентгенолог Лев Распопов вписал свою страницу.
Семья Распоповых — Лев, Юлия и их маленькая дочка Наташа приехали в Асбест 15 мая 1964 года. В это день как раз исполнилось 5 лет со дня их студенческой свадьбы, и в Асбесте выпускников Омского медицинского института, уже поработавших в районной больнице на севере Казахстана, ждала двухкомнатная квартира. Конечно, не подарок к годовщине свадьбы, в то время всем прибывшим в Асбест врачам, а уж тем более семейным (два специалиста все-таки) старались помочь с жильем. Это, вспоминал Лев Борисович, так заботилась о кадрах начальник горздрава Зоя Александровна Торшилова.
Юлия Алексеевна устроилась рентгенологом в противотуберкулезный диспансер (на долгие годы), а Льва Борисовича попросили возглавить коллектив инфекционной больницы, которая строилась и одновременно принимала больных. И, когда новый лечебный корпус был готов и отметили новоселье, Лев Борисович принял решение о переходе на лечебную работу. В общем, ему тоже захотелось быть рентгенологом…
— Интереснейшая специализация, — считает он. — И мне очень повезло с наставниками. Рентгеновскую службу города возглавляла тогда Галли Вячеславовна Иванова — она меня и учила. До сих пор помню ее слова: «Хотите стать хорошим рентгенологом — читайте и смотрите, смотрите и читайте». Многому учился у Тамары Алексеевны Никитиной (хирургия), у Евгения Ивановича Свининникова (терапевтическое отделение).
Начинать следовало с «первичного звена» — поликлиники. По словам Льва Борисовича, рентгенолог общего профиля ежедневно смотрит 3-4 желудка, 10-15 грудных клеток, не менее 35 травм… Не просто смотрит, конечно. Ставит диагноз, которому большинство врачей безоговорочно доверяют.
— Что рентгенолог скажет, то и будет, — определяет Юлия Алексеевна.
— Поэтому ответственность нешуточная, — подхватывает Лев Борисович.
Домашние консилиумы — дело в семье привычное. Оба приносили снимки с работы, чтобы посоветоваться друг с другом, и, конечно, только этим не ограничивалось. Рентгенологу действительно необходимо разбираться в любой области медицины, и связь со всеми «узкими» специалистами была постоянной.
— Мне повезло с такими замечательными врачами работать, как Джаудат Сунагатович Ахтямов, Александра Тимофеевна Сонина, Людмила Александровна Шелегина, Владимир Федорович Шлейхер, Светлана Аркадьевна Кислухина, Алина Константиновна Липина, — перечисляет Лев Борисович. — А представляете, какой у каждого авторитет? Я очень старался, чтобы никого не подвести.
Но однажды, будучи еще не очень опытным специалистом, рентгенолог Распопов «не сошелся диагнозом» с корифеем полостной хирургии Александрой Тимофеевной Сониной.
— Александра Тимофеевна, здесь рак желудка, — высказал свое мнение.
— По-моему, рака нет, — глядя на снимки, возразила врач.
На операцию собрались все, Сонина ассистировала Евдокимовой.
— Рак, — поставила точку в споре Ярослава Михайловна.
После операции Александра Тимофеевна отвела Распопова в сторонку и сказала:
— Лев Борисович, подумайте о хирургии.
Это было признание, конечно. После столь показательного случая доверие к диагнозам, выставляемым рентгенологом Распоповым, стало почти безграничным. «Кто смотрел больного? Распопов? — спрашивала Сонина, и, если слышала утвердительный ответ, — уже доверяла, как себе.
Кроме опыта, который давала практика, каждые пять лет необходимо было учиться, получать сертификат.
— Я всегда учился в Свердловской медакадемии, нравилась здешняя школа. Хотя, сказать честно, последнее время мне уже не задавали вопросов на экзаменах, — улыбается Лев Борисович. — Описание снимков давал исчерпывающее, подтверждал свою высшую категорию. А как иначе?
Поскольку Лев Распопов назначен главным рентгенологом города Асбеста, назначению и той ответственности, которая за ним следует, необходимо было соответствовать. Поэтому он никогда не забывал: «Читайте и смотрите, смотрите и читайте».
— Все-таки я из того поколения врачей, которые всегда помнили о том, что от них зависит жизнь и здоровье пациента, — размышляет доктор. — И собственно, только этот принцип лежит в основе лечебной деятельности.
(Совершенно верно. Уже выросло другое поколение, утверждающее, что здоровье человека на 90 процентов зависит от него самого и только на 10 — от медицины. Есть в этом своя правда, но…)
Следует напомнить: требованиями, регламентирующими работу во вредных условиях, определен срок деятельности рентгенолога — 10 лет. Распоповы, и Юлия Алексеевна, и Лев Борисович, требованиям не подчинились — прослужили практически по четыре раза столько… К 10 годам практики, считает Лев Борисович, только-только начинаешь пользоваться собственным опытом в профессии, отдавать то, чему научился, пользу приносить — разве бросишь? Да и характер не тот.
Хотя, утверждает, медицину выбрал случайно (на мой взгляд, так бывает, когда выбирает медицина сама…— авт.). Приехал с одноклассниками в Омск поступать в вуз и сказал: «Какой первый попадется, туда и документы отдам». Первым на центральной улице Омска оказался медицинский институт. И все-таки, как бы мы порой не ставили свою дальнейшую судьбу в зависимость от воли случая и не говорили: «Да будь что будет!», наш путь по жизни (в профессии — тем более) определяет характер. И если он (характер) позволяет «если быть — то быть лучшим», так значит, так и будет. Всегда.
Заповеди, усвоенные от наставников, Лев Борисович передавал ученикам.
— Теперь на Тамару Николаевну Бердникову надеюсь, как на себя, — отзывается Распопов. — Толковый врач, как и Михаил Алексеевич Бартош, которому передал заведование рентгеновской службой.
Даже теперь, находясь на заслуженном отдыхе, Лев Борисович не отказывается консультировать, когда обращаются коллеги и знакомые (а также знакомые знакомых). Наверное, это правда, что врач — больше, чем профессия, а также и то, что счастлив человек, состоявшийся профессионально.
— Где-то я вычитал и запомнил, — итожит разговор Лев Борисович. — Счастье — это равновесие разумных желаний и возможностей их удовлетворения.
Быть «толковым врачом» — разумное желание? Вполне. И возможности удовлетворения — неограниченные…
P.S. 30 июня 2018 года Лев Борисович ушел из жизни.
Ирина Атанасова, из книги "Здравствуйте, доктор!"
Семья Распоповых — Лев, Юлия и их маленькая дочка Наташа приехали в Асбест 15 мая 1964 года. В это день как раз исполнилось 5 лет со дня их студенческой свадьбы, и в Асбесте выпускников Омского медицинского института, уже поработавших в районной больнице на севере Казахстана, ждала двухкомнатная квартира. Конечно, не подарок к годовщине свадьбы, в то время всем прибывшим в Асбест врачам, а уж тем более семейным (два специалиста все-таки) старались помочь с жильем. Это, вспоминал Лев Борисович, так заботилась о кадрах начальник горздрава Зоя Александровна Торшилова.
Юлия Алексеевна устроилась рентгенологом в противотуберкулезный диспансер (на долгие годы), а Льва Борисовича попросили возглавить коллектив инфекционной больницы, которая строилась и одновременно принимала больных. И, когда новый лечебный корпус был готов и отметили новоселье, Лев Борисович принял решение о переходе на лечебную работу. В общем, ему тоже захотелось быть рентгенологом…
— Интереснейшая специализация, — считает он. — И мне очень повезло с наставниками. Рентгеновскую службу города возглавляла тогда Галли Вячеславовна Иванова — она меня и учила. До сих пор помню ее слова: «Хотите стать хорошим рентгенологом — читайте и смотрите, смотрите и читайте». Многому учился у Тамары Алексеевны Никитиной (хирургия), у Евгения Ивановича Свининникова (терапевтическое отделение).
Начинать следовало с «первичного звена» — поликлиники. По словам Льва Борисовича, рентгенолог общего профиля ежедневно смотрит 3-4 желудка, 10-15 грудных клеток, не менее 35 травм… Не просто смотрит, конечно. Ставит диагноз, которому большинство врачей безоговорочно доверяют.
— Что рентгенолог скажет, то и будет, — определяет Юлия Алексеевна.
— Поэтому ответственность нешуточная, — подхватывает Лев Борисович.
Домашние консилиумы — дело в семье привычное. Оба приносили снимки с работы, чтобы посоветоваться друг с другом, и, конечно, только этим не ограничивалось. Рентгенологу действительно необходимо разбираться в любой области медицины, и связь со всеми «узкими» специалистами была постоянной.
— Мне повезло с такими замечательными врачами работать, как Джаудат Сунагатович Ахтямов, Александра Тимофеевна Сонина, Людмила Александровна Шелегина, Владимир Федорович Шлейхер, Светлана Аркадьевна Кислухина, Алина Константиновна Липина, — перечисляет Лев Борисович. — А представляете, какой у каждого авторитет? Я очень старался, чтобы никого не подвести.
Но однажды, будучи еще не очень опытным специалистом, рентгенолог Распопов «не сошелся диагнозом» с корифеем полостной хирургии Александрой Тимофеевной Сониной.
— Александра Тимофеевна, здесь рак желудка, — высказал свое мнение.
— По-моему, рака нет, — глядя на снимки, возразила врач.
На операцию собрались все, Сонина ассистировала Евдокимовой.
— Рак, — поставила точку в споре Ярослава Михайловна.
После операции Александра Тимофеевна отвела Распопова в сторонку и сказала:
— Лев Борисович, подумайте о хирургии.
Это было признание, конечно. После столь показательного случая доверие к диагнозам, выставляемым рентгенологом Распоповым, стало почти безграничным. «Кто смотрел больного? Распопов? — спрашивала Сонина, и, если слышала утвердительный ответ, — уже доверяла, как себе.
Кроме опыта, который давала практика, каждые пять лет необходимо было учиться, получать сертификат.
— Я всегда учился в Свердловской медакадемии, нравилась здешняя школа. Хотя, сказать честно, последнее время мне уже не задавали вопросов на экзаменах, — улыбается Лев Борисович. — Описание снимков давал исчерпывающее, подтверждал свою высшую категорию. А как иначе?
Поскольку Лев Распопов назначен главным рентгенологом города Асбеста, назначению и той ответственности, которая за ним следует, необходимо было соответствовать. Поэтому он никогда не забывал: «Читайте и смотрите, смотрите и читайте».
— Все-таки я из того поколения врачей, которые всегда помнили о том, что от них зависит жизнь и здоровье пациента, — размышляет доктор. — И собственно, только этот принцип лежит в основе лечебной деятельности.
(Совершенно верно. Уже выросло другое поколение, утверждающее, что здоровье человека на 90 процентов зависит от него самого и только на 10 — от медицины. Есть в этом своя правда, но…)
Следует напомнить: требованиями, регламентирующими работу во вредных условиях, определен срок деятельности рентгенолога — 10 лет. Распоповы, и Юлия Алексеевна, и Лев Борисович, требованиям не подчинились — прослужили практически по четыре раза столько… К 10 годам практики, считает Лев Борисович, только-только начинаешь пользоваться собственным опытом в профессии, отдавать то, чему научился, пользу приносить — разве бросишь? Да и характер не тот.
Хотя, утверждает, медицину выбрал случайно (на мой взгляд, так бывает, когда выбирает медицина сама…— авт.). Приехал с одноклассниками в Омск поступать в вуз и сказал: «Какой первый попадется, туда и документы отдам». Первым на центральной улице Омска оказался медицинский институт. И все-таки, как бы мы порой не ставили свою дальнейшую судьбу в зависимость от воли случая и не говорили: «Да будь что будет!», наш путь по жизни (в профессии — тем более) определяет характер. И если он (характер) позволяет «если быть — то быть лучшим», так значит, так и будет. Всегда.
Заповеди, усвоенные от наставников, Лев Борисович передавал ученикам.
— Теперь на Тамару Николаевну Бердникову надеюсь, как на себя, — отзывается Распопов. — Толковый врач, как и Михаил Алексеевич Бартош, которому передал заведование рентгеновской службой.
Даже теперь, находясь на заслуженном отдыхе, Лев Борисович не отказывается консультировать, когда обращаются коллеги и знакомые (а также знакомые знакомых). Наверное, это правда, что врач — больше, чем профессия, а также и то, что счастлив человек, состоявшийся профессионально.
— Где-то я вычитал и запомнил, — итожит разговор Лев Борисович. — Счастье — это равновесие разумных желаний и возможностей их удовлетворения.
Быть «толковым врачом» — разумное желание? Вполне. И возможности удовлетворения — неограниченные…
P.S. 30 июня 2018 года Лев Борисович ушел из жизни.
Ирина Атанасова, из книги "Здравствуйте, доктор!"