Во весь голос

На колокольне Спасо-Преображенского собора 16 колоколов. Рассказываем про их историю и о тех, кто не дает умолкнуть колокольному звону Самому старому колоколу Спасо-Преображенского собора в Рыбинске больше 240 лет. Считается, что он единственный из детищ старинного мастера Алексея Сенцова, оставшийся в нашей стране. Еще наши колокола примечательны тем, что звонят каждые пятнадцать минут, отмеряя время. В этом они опередили даже колокола московских курантов, которые бьют лишь дважды в час.

Колокол как музейный экспонат

Вечер пятницы. В старом центре оживленно. По тротуарам снуют горожане, ходят толпы туристов. Вдруг раздается мелодичный звон, который заставляет всех замедлить шаг и поднять головы, устремив взгляд вверх. Это заговорили 16 соборных колоколов. У каждого из них своя история, своя партия в сводном «хоре».

Старых, которые уцелели во время революции и в советское время, всего четыре. Самый тяжелый из этого квартета весит 2,5 тонны. Он был изготовлен мастером Алексеем Сенцовым в 1780-х годах.

Есть мнение, что в Рыбинске остался единственный в мире колокол, созданный им. Он был установлен еще в старом храме, который стоял на месте собора.

— При советской власти большая часть колоколов была сброшена. В том числе самый большой – 16-тонный. Сенцовский колокол и несколько других уцелели чудом. Они были связаны с часовым механизмом. Это было практично, поэтому их решили оставить, — рассказывает звонарь собора Игорь Медведев.

На «юбке» самого старого из уцелевших соборных колоколов выгравировано имя мастера. А на относительно новом и самом большом пятитонном благовестнике, созывающем прихожан на службу, запечатлено имя мецената, подарившего его собору.

— В церкви есть такая традиция. Здесь нигде нет места тщеславию, но на «юбке» колокола допустимо. Ведь это своеобразная летопись, из которой можно узнать много исторических фактов. Информация на бумаге может быть скрыта, сожжена, а металл колокола – кладезь бесценных сведений, — продолжает звонарь.

Новые и старые колокола собора живут в мире и гармонии. О том, как удалось их подружить, рассказала экскурсовод собора Анна Дунаева.

— У колокололитейщиков была непростая задача – сформировать гармоничный ансамбль. Каким образом это сделать, если старые колокола были отлиты по совершенно иной технологии? Помогла наука. Современные методы позволяют рассчитать до миллиметра опалубку, до миллилитра того или иного сплава, чтобы звучание было в унисон. Мастерам это удалось, и сейчас у нас один из самых гармоничных и благозвучных колокольных ансамблей, который хвалят признанные специалисты колокольного звона из Сергиев Посада, Звенигорода, — отметила она.

Игорь подчеркивает – издавна люди воспринимали колокола как что-то близкое и родное. Наверное, поэтому называли их фрагменты частями человеческого тела. Так, у колоколов есть «уши», «язык», «юбка», «плечи». Именно от языка во многом зависит благозвучие звона.

— «Язык» колокола строго сбалансирован, установлен именно так, чтобы звонарь мог оптимально вызвонить хороший приятный звук. Если язык расположить близко к юбке, звон будет негармоничным, обертон не возьмет полноту. Если установить дальше, чем следует — будет бить слишком сильно и опять-таки потеряет красоту звука. Оптимальное расстояние выверяется в зависимости от диаметра «языка» и размера колокола, — продолжает Игорь.

Колоколам периодически нужна балансировка. Ею занимаются сами звонари. Летом они исправляют все огрехи, которые появились за год. В том числе проверяют металлические тросы, силиконовую оплетку на колоколах. От воздействия влаги они могут растянуться и деформироваться.

— Иногда у неопытных звонарей колокола падают. Такое и со мной случалось, — улыбается мастер.

Балансировка – только часть ухода за колоколами. Зимой с них постоянно счищают снег и наледь. Если этого не делать, звон станет глухим.

— Главные враги колоколов – это птицы. Продукты их жизнедеятельности буквально разъедают металл. Даже периодическая чистка жесткими щетками порой не помогает, — вздыхает звонарь. Главное – чувство ритма

Наша колокольня входит в десятку самых высоких в России. Ее высота 93,7 метра со шпилем и крестом. В старину, до строительства каланчи, с нее следили за пожарной безопасностью. Существует версия, что в случае опасности били в набат в соборные колокола. Даже сейчас, если городская система оповещения вдруг не сработает, при помощи колоколов горожан предупредят об опасности.

Зная высоту колокольни, понимаешь, насколько героическая работа у звонарей. Игорь Медведев каждый день по нескольку раз поднимается на высоту десятков метров, чтобы позвать горожан на службу.

— Звонарь должен не только звонить, но и максимально экономно расходовать свою энергию. Иногда приходится непрерывно звонить по 45 минут. При этом у мастера задействовано все тело, кроме одной ноги, на которой он стоит. Если прикладывать сверхусилия, то очень быстро устанешь, просто выбьешься из сил. Это происходит со всеми начинающими звонарями. Со временем появляется навык, привычка рационально расходовать силы, — продолжает специалист.

Игорь подчеркивает, главное качество звонаря – чувство ритма.

— В звоне очень много математики. Период от доли удара большого колокола до следующего удара называется большая доля. Ими отмеряют ритм мелодии. Также нужно учитывать назначение колоколов. В звоне участвуют три уровня – тяжелые, средние, легкие. Самые маленькие — зазвонные колокола находятся в верхнем ряду. Средние — подзвонные создают рисунок звона. Самый тяжелый — благовестник, полиелейный колокол задает ритм звона, являясь самым главным. Без всех остальных можно звонить, без благовестника — нет, — продолжает звонарь.

А вот музыкальное образование для звонаря далеко не всегда играет определяющую роль. Медведев вспоминает, что несколько раз свои силы на поприще звонарей пробовали профессиональные барабанщики. В итоге звоны в их исполнении чем-то напоминали джаз.

Игорь с благодарностью вспоминает специалистов из Ассоциации колокольного искусства России, у которых многому научился. Они приезжали в Рыбинск в далеком 1992 году, рассказывали о старинных колокольных звонах, давали ценные советы.

Их искусство, записи звона на пластинках помогли восстановить колокольный лад соборных колоколов. А сейчас в Ярославле есть образовательное учреждение, где готовят звонарей. Это вселяет уверенность, что древнее искусство будет продолжаться в наших краях.

Под бой часов

Колокола Спасо-Преображенского собора уникальны еще и тем, что одни из немногих отмеряют время, звоня каждые четверть часа.

Действующий сегодня часовой механизм установлен в верхнем ярусе колокольни в 1896 году. Часы изготовили на год раньше в петербургской фирме Фридриха Винтера. В настоящее время механизмов этого мастера в России осталось около тридцати штук, поэтому каждый представляет особую ценность. Новые куранты в конце XIX века пришли на смену прежним, которые морально и технически устарели к тому времени. Механизм до сих пор не электрифицирован. Это принципиальная позиция настоятеля собора.

Часть колоколов, в том числе старинный Сенцовский, соединены тросами с часовым механизмом. Механика устроена так, что каждую четверть часа они начинают звонить.

Раз в пять дней на колокольню поднимается часовщик Владимир Шибаев. Он 90 раз вручную поворачивает громоздкий заводной механизм со множеством шестеренок, поднимает в общей сложности полтонны. Именно этот мастер в 90-х годах восстановил сердце соборных часов.

— Они остановились в 1986 году, потому что за ними практически не ухаживали – не проводили ремонт, профилактические осмотры, не смазывали механизм. Благодаря заботливым рукам Владимира они снова пошли в 1996 году, — рассказала Анна.

Неразрывно связанные с соборными часами колокола неспешно отмеряют жизнь современного города, наполняя ее особым смыслом и мелодичной красотой.