«Новогоднее чудо»: как юная балерина Наталья Седых стала Настенькой из «Морозко»
60 лет назад на советские экраны вышел фильм-сказка «Морозко». До сих пор он остаётся бессменным символом праздника, а фразу «Тепло ли тебе, девица?» каждый россиянин хотя бы раз слышал или произносил сам. Актриса Наталья Седых, сыгравшая Настеньку, рассказала RT о съёмках в этом культовом фильме.
«Морозко» — один из главных фильмов, которые традиционно смотрят на Новый год. Картина, снятая советским режиссёром Александром Роу, появилась в 1965 году. Она была дублирована на несколько языков и попала в прокат Великобритании, ГДР, США, Мексики, Финляндии и других стран. Главную героиню Настеньку сыграла 15-летняя балерина Наталья Седых, которую Роу нашёл случайно.
— Принято считать, что Новый год — время чудес. Для вас ведь попасть в «Морозко» тоже было настоящим чудом?
— Новогоднее чудо, не иначе. Ведь на съёмки меня тоже пригласили накануне Нового года. Если бы я тогда не рискнула, я бы вряд ли оказалась в главной роли в этом фильме.
Но расскажу по порядку. Я с четырёх лет занималась фигурным катанием. В десять лет поступила в балетную школу Большого театра. Когда мне было 15 лет, мне позвонили со стадиона Юных пионеров, где я занималась фигурным катанием, и попросили выступить на новогоднем празднике. У меня был очень красивый номер «Умирающий лебедь».
Я сомневалась, участвовать ли в празднике, потому что нам было запрещено кататься на коньках, лошадях и велосипеде. И ещё я боялась, что у меня будут серьёзные неприятности в школе. А выступить хотелось, я соскучилась по льду и этот номер очень любила. Думала я, думала — и придумала, что люди из балета не смотрят телевизор. Их просто дома нет никогда. И я рискнула.
— Речь идёт о выступлении, где вас заметил режиссер «Морозко»?
— Да. Я была права, никто из школы тогда не увидел моего выступления. На следующий день я ходила, замирая. Как только ко мне кто-то обращался, сразу мысль: «Сейчас скажет, что меня показали... Сейчас скажет». Но нет, никто не видел. А вот Александр Артурович увидел, так что это такая невероятная случайность. Он своим ассистентам сказал, чтобы они позвонили на стадион Юных пионеров и что ему нужна девочка, которая танцевала «Умирающего лебедя».
— Сниматься вы сразу согласились?
— Я должна была пройти пробы. Вот я там сидела, долго ждала, листала альбомы с фотографиями. И все девочки мне казались такими красивыми. Помню, тогда думала: «Боже мой, что я тут делаю»?
— А помните сцену на пробах, которую вы сыграли?
— Это была первая встреча с Иваном, роль которого исполнял Эдуард Изотов.
— Вас утвердили сразу?
— Я знаю, что в финал вышли Надя Румянцева и я. На тот момент я потеряла всякую надежду стать главной героиней фильма, тем более, что из киностудии мне не звонили. Вдруг через месяц раздаётся звонок: говорят, что меня утвердили. А я в школе училась, меня категорически не отпускали. Приезжал и директор картины, и директор киностудии имени Горького. Нет и всё. Тогда за меня поручилась мой педагог, легендарная Суламифь Мессерер. Она сказала: «Ты обязательно должна сниматься. Да как не отпускают? Сейчас я всё сделаю». Ну, в общем, она поручилась за меня, сказав, что я вернусь и сдам экзамен на пятёрку.
— А как родители? Легко отпустили?
— Мама поехала со мной, она обеспечивала мой быт. Стирала, готовила еду. И главное: будила меня, чтобы я не просыпала на съёмки.
«Было холодно»
— Где проходили съёмки?
— Зимняя натура — это Кольский полуостров, там очень красивая природа. У нас зима заканчивалась, но там — даже и не собиралась ещё. А летняя натура снималась в Московской области, в деревне Гигирево под Звенигородом. В Оленегорске мы жили в гостинице, на автобусе ездили туда-сюда. Разные были площадки. Художник с оператором и режиссёром подыскивали локацию, потом нас везли на следующий день.
— Вы помните свой первый дубль?
— Это сцена, когда отец везёт меня на санях в лес, я с них спрыгиваю, стою за сосной и выглядываю. Я очень волновалась в первый съёмочный день, потому что я просто знаю свою нервно-психическую организацию. Я знала, что если у меня первый дубль будет неудачный, то каждый последующий дубль будет всё хуже и хуже. Поэтому мне было невероятно важно, чтобы с первого раза всё получилось как надо. Слава Богу, так и произошло, после чего я совершенно успокоилась.
— Пока мы мысленно там, на Кольском полуострове, давайте вспомним ещё один момент. «Тепло ли тебе, девица, тепло ли тебе, красная»? Было ли холодно? И вообще, было ли сложно?
— Было холодно, конечно, но, во-первых, это были всё-таки не тридцатиградусные морозы. А во-вторых, мне было настолько интересно, что, когда работает камера, температура не ощущается. Кроме того, я же из спорта, из балета, и всегда хорошо понимала команду «надо». Сложно не было совсем. Мне нравилось то, что я делаю.
— На вашем лице в фильме иней был…
— Гримёры наносили на волосы, ресницы и брови специальный клей. Как же тяжело он снимался! Я столько слёз пролила, пока гримёры снимали прилипший клей.
«Не своя у меня коса!»
— Были ли курьёзные случаи на съёмочной площадке?
— Марфуша, которую играла Инна Чурикова, когда ждала в лесу Морозко, должна была есть яблоко. Но яблоки забыли в гостинице и было решено заменить их на репчатый лук. Инна ни слова в возражение не сказала, блестяще исполнив свою роль.
— Как снимали эпизод, в котором вы становились полупрозрачной?
— Сначала сняли, как я подхожу к посоху. После этого я вышла из кадра, встав за камерой, а на моё место поставили специальное полупрозрачное зеркало, в котором я и отражалась. Кстати, избушка и деревья, с которыми Иван вступал в схватку, были из поролона. Их, как костюмы, надевали на себя члены съёмочной группы.
— А сани, которые мчались без лошадей?
— В этом эпизоде был использован метод обратной съёмки. Сани сзади привязывали к грузовику, после чего он тянул их, а потом воспроизводили всё это в обратном порядке.
— На съёмочной площадке у вас был поцелуй с Иваном. Вам было 15 и наверняка этот поцелуй для вас первый. Помните свои чувства?
— Это был мой первый поцелуй в жизни и, конечно, это было непросто: целоваться при всём хоре Пятницкого, не считая всю съёмочную группу, тем более, что я испытывала к Эдику лёгкую детскую влюблённость.
— Фильм сняли в 1964 году, а на экраны он вышел в 1965. Вы проснулись знаменитой после премьеры?
— Да, меня все узнавали. Но в школе все сделали вид, что ничего не знают. И я там также делала вид, что ничего такого не произошло. Письма писали, просто полный почтовый ящик. Я совершенно не в состоянии была их все прочитать. Их читала мама. И два-три письма мне откладывала, говорила: «Вот на эти можешь ответить. Постарайся». А Александр Артурович говорил: «Надо отвечать на все письма, людей надо уважать». Но если бы я сама отвечала на абсолютно все письма, то тогда бы просто бросила учиться. Писали: «Пришлите автограф, фотографию». И бесконечный вопрос: «Своя ли у вас коса?». Нет, не своя у меня коса!