Конец Щусевых. Наследие создателя Мавзолея гниет на заброшенной даче?
В пятницу, 24 мая — день памяти великого архитектора Алексея Щусева — создателя Марфо-Мариинской обители, Казанского вокзала, здания НКВД на Лубянке, Мавзолея Ленина и других культовых объектов в Москве и по всей стране. Потомков у гения не осталось, а единственная наследница живет в Испании. Говорят, что его бесценные архивы сейчас гниют на старой подмосковной даче. Так ли это? Разбирался aif.ru.
Любимец императора
Архитектурный талант золотого медалиста Петербургской Академии художеств Алексея Щусева распознали сразу. Причем не где-нибудь, а в церковной сфере. Первые годы Алексей работал в Святейшем Синоде и по его заказу создал более двух десятков храмов. Творения Щусева были настолько безупречными, что на него обратила внимание и императорская семья. Алексей выполнял для нее заказы, например, сотворил красивейший Покровский собор в Марфо-Мариинской обители, а для Николая II построил храм святого Николая в итальянском Бари.
В общем, к 1912 году, когда правление АО «Московско-Казанская железная дорога» объявило закрытый тендер на проектирование здания Казанского вокзала, Алексей Щусев обрел значительный авторитет.
«Из трех участвовавших в конкурсе архитекторов заказчик выбрал Щусева, — рассказывает заместитель директора Музея архитектуры имени А.В. Щусева по просветительской деятельности Ксения Смирнова. — Он имел высшее профильное образование, опыт крупных градостроительных проектов. Поэтому ему и доверили этот масштабный проект».
В 1913 году Щусев заложил первый камень в этот величественный вокзал, но так получилось, что строительство восточных ворот Москвы продлилось почти четыре десятка лет. Сначала Щусев «купался» в деньгах, засыпал ими подрядчиков, привлекая лучших специалистов. Так, для росписи вокзала были наняты великие художники Александр Бенуа, Зинаида Серебрякова, Борис Кустодиев. Но после революции «золотые» бюджеты исчезли, в стране началась гражданская война и разруха. Однако Щусев продолжал строить, не обращая внимания на обстоятельства, практически без копейки денег, буквально за свой счет. Только позже, когда юное советское государство установилось, Щусеву снова начали поступать деньги на строительство.
«Алексей Викторович признавался, что Казанский вокзал — самая важная постройка в его жизни, — отмечает искусствовед. — Несмотря на то, что в эксплуатацию объект был введен уже в 1926 году, Щусев настолько "болел" своим детищем, что постоянно что-то в нем переделывал, добавлял, чтобы вокзал стал идеальным. Например, после Великой Отечественной войны он достраивал башню, производил облицовку. Он работал над ним почти всю свою жизнь, вплоть до смерти, но все равно не успел реализовать все свои задумки».
Мавзолей за трое суток
Совершенно немудрено, что, когда 21 января 1924 года в Горках умер Владимир Ленин, именно Щусеву, уже без всяких конкурсов, доверили строительство первого Мавзолея. Временную деревянную постройку для прощания с Вождем на Красной площади нужно было возвести за три дня. Ну кому еще можно было доверить это дело, кроме великого архитектора?
«Щусев вспоминал, что его ночью 24 января вызвали в Кремль, поставили задачу возвести сооружение для организации церемонии прощания с вождем, которое вписывается в структуру Красной площади за трое суток, — рассказывает Смирнова. — Он нарисовал проект за несколько часов. Утром принялись копать, а грунт очень плотный, замерзший. Кроме того, там глубокий культурный слой. Пришлось взрывать. Щусев где-то оперативно нашел подрывников. Работали без перерыва, всю ночь. Но, когда тело Ленина привезли из Горок в Москву, временный мавзолей был готов».
Через несколько месяцев Щусев создал второй деревянный мавзолей, а спустя год после смерти Ленина Президиум ЦК КПСС объявил конкурс на проект уже настоящего, гранитного Мавзолея. Было подано 117 заявок, но конкурсная комиссия, просмотрев все, решила сохранить облик второго Мавзолея. И поручила проект Щусеву.
А потом Щусеву поручали строить здание НКВД на Лубянке, дом Наркозема на Садово-Спасской улице, станцию метро «Комсомольская», Большой театр в Ташкенте и множество других знаковых объектов по всему СССР. И удивительным образом его, сотрудничавшего когда-то с императорской семьей и Священным Синодом, никогда не касалась тень репрессий.
«Просто этот человек настолько глубоко любил свое дело, что ему было важно только строить, создавать, — объясняет Смирнова. — Он был открыт всему новому. В то время как коллеги Щусева не смогли приспособиться к новым требованиям, новым стилям в архитектуре, сам он с радостью шел на эксперименты».
К тому же Щусев был, как сейчас бы сказали, блестящим коммуникатором. Он чувствовал людей и умел добиться от них того, что ему было нужно. Ему приписывают фразу: «Я умел договариваться с попами, договорюсь и с этой властью».
Например, ему удалось спасти от сноса свою Марфо-Мариинскую обитель. Также, прикрываясь Мавзолеем как щитом, он помогал репрессированным архитекторам, вытаскивал их из подвалов построенной им же самим Лубянки.
«Щусев был обеспеченным человеком, одних только Сталинских премий у него было четыре, — рассказывает Смирнова. — Но он тратил много денег на благотворительность, содержал вдов и детей умерших коллег. Перед кончиной он завещал сыну помогать тем, кому он помогал. То есть он даже на смертном одре думал о других».
Скончался архитектор в 1949 году от сердечной недостаточности. Похоронили гения на Новодевичьем кладбище.
Наследство и наследники
Что касается наследства Щусева, то это квартира на Ленинском проспекте возле Нескучного сада. Кроме того, за год до смерти ему выделили дачу в спроектированным им же самим коттеджном поселке под Звенигородом.
А вот с наследниками дело обстоит сложнее. Всего у Алексея Викторовича с красавицей-женой Марией было четверо детей — трое сыновей и дочь. Судьба большинства оказалась трагична. Младший сын умер еще в 1918 году, после чего началась череда несчастий: у старшего, Петра, выявили психическое заболевание. Дочь Лидия тоже стала инвалидом. Детей поместили в специализированные учреждения. Нормальную жизнь прожил только средний сын Щусева — Михаил. Он пошел по стопам отца, работал с ним в одной мастерской. Единственный оставил наследника — сына Алексея, названного в честь великого дедушки.
И Алексей Михайлович тоже продолжил фамильную профессиональную династию. Он имел звание заслуженного архитектора России, был автором двух десятков реализованных проектов. А еще некоторое время занимал пост директора Музея архитектуры имени А.В. Щусева. В последние годы Алексей Щусев и его жена Инна жили на две страны — в Москве и на собственной вилле в Испании.
«Два года назад Алексей Викторович скончался в Испании после продолжительной болезни, в результате которой долгое время был лежачим инвалидом, — рассказывает исследователь наследия Щусева, искусствовед Сергей Колузаков. — Его прах перенесли в Москву. Детей у них с женой не было».
Со смертью внука великого архитектора кончилась его фамильная линия. Из прямых потомков никого больше не осталось. Вдова Алексея Викторовича — единственная наследница. Именно ей перешла московская квартира и дача Щусева. Сейчас женщине уже около 90 лет. Если раньше она постоянно летала в Москву, то теперь здоровье не позволяет совершать долгие перелеты.
Все в музеях
Наверное, именно потому, что в России не осталось потомков Щусева, его наследие и «гниет на заброшенной даче», как писали в соцсетях?
«Что вы, это фейковая информация, — возмущается Колузаков. — В 2013 году Инна Георгиевна попросила нас с коллегой разобрать архив Щусева. Он действительно находился на даче. Но потомки архитектора его бережно сохранили, весь до единого документа».
Этот архив был не систематизирован и запрятан. По словам Колузакова, Щусев тщательно скрывал от советской власти документы, свидетельствующие о его отношениях с императорской семьей. Поэтому искусствоведу предстояла огромная работа.
По словам Колузакова, к сегодняшнему дню все наследие Щусева находится в музеях. Большую часть архива выкупила у наследников Третьяковская галерея, директором которой одно время был великий архитектор. Сотни документов — писем и чертежей — Инна Георгиевна передала в дар Третьяковке. Примечательно, что сотрудники галереи еще и отреставрировали огромное количество полученных материалов, ведь за годы хранения вне музейных условий многие из них сильно обветшали.
Часть чертежей и коллекция старинных тканей, которые всю жизнь собирал Щусев, были переданы во Всероссийский музей декоративно-прикладного искусства в Москве. А музею ИЗО в Татарстане достались чертежи и документы, связанные с пещерным храмом восстановленного собора Казанской иконы Божией матери. Ну а основная часть архивов Щусева еще при жизни была передана им самим в свой музей архитектуры, где они и находятся по сей день.
Таким образом из наследства Алексея Викторовича непристроенной осталась лишь элитная недвижимость в Италии, Москве и Подмосковье. По словам Колузакова, последняя распорядительница — вдова внука Щусева — оформила завещание, содержание которого не разглашается. Известно, что на даче Щусевых сейчас живет их некое «доверенное лицо», возможно, что именно ему наследники великого архитектора и оставили имущество.