«Не виноват!». Семья подозреваемого в убийстве в Свитине говорить не хочет

Aif.ru отыскал дом, где живет семья бывшего полицейского Михаила Борзых, которого подозревают в убийстве трех подруг-пенсионерок в деревне Свитино под Наро-Фоминском. Напомним, что подмосковная деревня вздрогнула от ужасных новостей 7 февраля. В частном доме нашли тела трех пенсионерок в мешках и с множеством огнестрельных ранений. Погибшими оказались две сестры-близняшки и их подруга Светлана Филанович — хозяйка дома.

Изучив все улики, правоохранители установили личность одного из подозреваемых. Как пишут СМИ, им может быть 34-летний Михаил Борзых, служивший раньше в ГИБДД. Известно, что в день тройного убийства он улетел в Дубай, якобы по работе. И с тех пор, как говорится, исчез с радаров. Либо он скрывается от правосудия, либо боится стать безвинно виноватым (версия, что Борзых может быть и не причастен к расправе над предпринимательницами, тоже имеет место быть), а посему не торопится показываться на глаза правоохранителям. А что думают его родственники? Корреспондент aif.ru отыскал дом, где они живут, и попробовал «наладить контакт». И вот что из этого получилось.

Племянники и не только

Пятиэтажный дом, расположенный на одной из улиц подмосковного Звенигорода, на первый взгляд не привлекает никакого внимания. Обычный, пошарпаный, обложенный сайдингом, но не без особенностей. Сбитая нумерация подъездов, прыгающая от шестого к первому, заставляет остановиться и внимательно изучить, какой же всё-таки подъезд нужен, и самое главное — где он находится.

К дому подходит женщина. Она разговаривает по телефону, докуривает сигарету, но успеваю остановить её:

«А вы знаете Михаила Борзых? Говорят, что он здесь живет».

Женщина на несколько секунд замирает, осматривает нужный мне подъезд и отрицательно машет головой. Ни на один вопрос не отвечает. Лишь в конце, скрываясь за соседней дверью, выкрикивает, что ей уже все надоели.

Пока шел весь этот незамысловатый диалог, на горизонте появляется еще одна личность — высокий сутулый мужчина, укутанный в теплый шарф, садится на лавочку рядом с домом. Даже сидя он слегка покачивается из стороны в сторону. Решаюсь подойти и задать всё тот же вопрос, уточняя конкретно, квартира под каким номером меня интересует.

«В той квартире живут племянники высокопоставленного чиновника из полиции. Один из них, кажется, возит какого-то начальника Звенигородского района. Не видел никого из них», — говорит странный тип.

«Костя, молчи!»

Тут к нужному подъезду подходит еще один человек. У него отекшее лицо, шаткая походка, да и в целом «нетрезвый образ». Он набирает цифры на домофоне и ждёт, когда ему откроют.

«А вы знаете кого-то из той квартиры?» — не теряя надежды, спрашиваю у незнакомца. Даже если нет, то надеюсь прошмыгнуть за ним в подъезд с мороза и нагрянуть в нужную мне квартиру.

У него заплетается язык, когда он отвечает на вопросы.

Как оказалось, мужчина живет именно в квартире Борзых, но кем приходится Михаилу — не признается:

«Если вы по поводу Миши, то он не убивал. Это всё враньё».

Тут из домофона раздается пожилой женский голос: «Костя, ни с кем не разговаривай. Костя, молчи!»

Константин замолкает и входит в подъезд. Вместе с ним поднимаюсь на четвёртый этаж, но на все попытки поговорить получаю либо игнор, либо отказ. Перед носом захлопывается на минуту открывшаяся входная дверь квартиры. Замечаю, как мелькает в дверном проеме фигура пожилой женщины. Мать Борзых?

Очевидно, его семья затаилась и не готова идти на контакт. Либо они обижены на СМИ, которые поспешили обвинить Михаила в преступлении, либо боятся сказать лишнего.

На следующий день возвращаюсь к дому. Вдруг родственники подозреваемого передумали и готовы сделать заявление? На этот раз дверь вообще не открывают. Слышно только, как за ней раздаются чьи-то шаркающие шаги. Так ходит тайна...