Love story № 1. Юношеская романтикЭ
Сделаю перебивку в выкладывании своих исторических публикаций и еще раз опубликую вот эту "лав стори", извините за английское словосочетание, хорошего русского аналога не найду, "любовная история" - не то, а "история любви" - вообще ни к селу, ни к городу.
Приложение к Необязательным мемуарам. Возможно, для кого-то интересное, только клубнички здесь не будет.
Я принципиально ничего не рассказывал о своей личной жизни, которая была весьма сложной, местами бурной и долгое время оставалась сильно запутанной.
Но кое-что расскажу, в рамках приличий и без интимных подробностей. Никаких "донжуанских списков" и почти никаких имен не будет. Это только похабник Михалков-Кончаловский в своих мемуарах нагло назвал всех или почти всех женщин, с которыми вступал в интимную связь. Так поступать нельзя.
Но хватит предисловия.
Вот девушка, в которую я влюбился в свое время, уже не на заре, а в районе полудня "туманной юности", в ту пору, когда я был студентом. То ли второго, то ли третьего курса - не могу точно вспомнить.
В данном случае я считаю, что имею право назвать девушку по имени - и за давностию лет (она уже бабушка, наверное), и потому, что ничего компрометирующего не было.
Это Света, фамилия ее нам не нужна, ребенок - не ее, она была студенткой медицинского института, проходила практику в роддоме, там и сделано было фото, которое у меня сохранилось. Одно-единственное. Не помню, как оно ко мне попало, кажется, я выпросил фотографию у Светы на память, она по своей инициативе мне ее не дарила. Это важный нюанс.
Познакомились мы со Светой в два этапа. И первый, и второй раз в зимнем пансионате где-то в районе Звенигорода, куда я регулярно ездил отдыхать на зимние студенческие каникулы со своим другом и одноклассником.
Света с подругой отдыхала где-то поблизости, мы ходили к ним в гости, играли в Monopoly, в те далекие советские годы (1978-79) эта игра существовала только в англоязычном варианте, требовала знания языка, с чем у нас не было проблем, и была или казалось захватывающе интересной.
Свету я в тот первый раз почти не замечал, тем более, что она, вроде бы, была с каким-то парнем. Она и ее подруги учились на медицинском, и даже как-то раз, когда у меня пошла носом кровь, они оказали мне квалифицированную помощь.
Следующей зимой всё повторилось, но с изменениями. Подруга ее была с парнем, своим официальным женихом, а Света была одна, и она мне внезапно очень понравилась, да так, что я решил продолжить знакомство. Тем более, что она рассказала, будто я ей приснился, хотя никто ее за язык не тянул.
Я попросил номер телефона, отказа не последовало, и мы стали встречаться. В буквальном смысле, а не в похабном, каковой ныне вкладывают в этот безобидный глагол.
Мы со Светой постоянно ходили в театр, для меня это в те годы было обычным занятием и времяпрепровождением, да тут я вдобавок постарался подключить все мамины театральные связи и знакомства. В ответ Света меня тоже приглашала кое-куда, в том числе в зал имени Чайковского, где мне пришлось слушать классическую симфоническую музыку, в те годы я еще не приобрел этого навыка. Кроме того, Света, помнится, позвала меня в кафе-мороженое, где я вынужден был "альфонсировать" и поесть за ее счет, она как раз в тот день получила стипендию, а я оказался short of money, но потом я компенсировал этот деликатный эпизод.
Дело не в этом. Света еще приглашала меня на загородную прогулку вместе с подругами и приятелями. Мы еще ходили в кино. Я часто провожал ее до дома - возле метро Кузьминки - после спектаклей, несколько раз бывал у нее дома, она - у меня. Как интеллигентная девочка, Света брала у меня и в свою очередь давала мне книги почитать.
А главное - мы каждый день, без преувеличений, а то и по несколько раз в день, беседовали по телефону, очень подолгу, иногда часами, обо всем на свете. Я порой звонил, чтобы услышать ее голос, но и она не реже сама звонила мне (уж не знаю, с какой целью).
Можно сказать, что я в Свету влюбился. В тетрадках я рисовал ее нежный профиль (жаль, что все тетради студенческой поры куда-то пропали или я их выкинул). Меня одобряли и поддерживали и мои друзья, и добрые однокурсники, которые не один раз видели Свету вместе со мной в театре, и сулили мне самые светлые перспективы.
Почему бы и нет? Несколько месяцев мы со Светой были постоянно заняты друг другом. Складывалось впечатление, что ей, наверное, приятно мое общество, что она ко мне привыкла. Она обсуждала со мной разные мелкие события своей жизни, я тоже, всё у нас было хорошо.
Самое время было переводить отношения в следующий регистр, и я решился. Признался ей в любви - а в ответ получил вежливый отказ. Было сказано нечто вроде "мое сердце принадлежит другому", дословно не помню, воспроизвести не могу, но смысл был именно такой.
Самое удивительное, что все эти месяцы никого другого как будто не было, не существовало. Строго говоря, у Светы просто не оставалось времени, чтобы уделять внимание этому загадочному другому. Она действительно проводила чуть ли не всё свободное время со мной, или в личном общении, или по телефону.
Впоследствии я склонялся к версии, что Света в какой-то момент поругалась, поссорилась со своим парнем и временно прекратила с ним общаться, чтобы позлить и заставить ревновать. Но это мои спекуляции и домыслы. Хотя в принципе не вижу ничего особенного в этом девичьем "коварстве". Нормальные женские интриги.
В любом случае между нами было всё кончено. Я переживал, на некоторое время разочаровался в жизни, ломал карандаши - всегда так делаю, когда сильно нервничаю. Потом успокоился.
Спустя несколько месяцев шел я из театра в компании одного из однокурсников и в подземном переходе на Пушкинской площади встретил случайно Свету. Она была не одна. Я хотел пройти мимо, сделав вид, что не заметил. Но она меня подозвала, поздоровалась и еще добавила, показывая на своего спутника: знакомься, это мой муж. Я был что называется "фраппирован", то есть неприятно удивлен - не самим фактом, а упорным желанием Светы нас познакомить, но решил не реагировать, машинально пожал руку, пробормотал: "Я знаю" (что-то мне говорили об этом браке общие знакомые) и решительно пошагал прочь.
По-человечески поздороваться с этим человеком я не мог и не хотел. Общаться с ним категорически не желал.
Был ли это тот самый парень, с которым Света отдыхала в пансионате в первую зиму нашего знакомства? Наверное, да. Честно говоря, понятия не имею. У меня плохая зрительная память на мужские рожи. Парнишку этого я в упор не видел, никогда бы нигде не опознал. Свету тоже не видел с тех пор. "Ну что ж, потом другие были, а будем живы - будут и другие".
Осталась только фотография. Смотрю и думаю: симпатичная была девушка. Но она не была предназначена для меня
Необязательные мемуары
Приложение к Необязательным мемуарам. Возможно, для кого-то интересное, только клубнички здесь не будет.
Я принципиально ничего не рассказывал о своей личной жизни, которая была весьма сложной, местами бурной и долгое время оставалась сильно запутанной.
Но кое-что расскажу, в рамках приличий и без интимных подробностей. Никаких "донжуанских списков" и почти никаких имен не будет. Это только похабник Михалков-Кончаловский в своих мемуарах нагло назвал всех или почти всех женщин, с которыми вступал в интимную связь. Так поступать нельзя.
Но хватит предисловия.
Вот девушка, в которую я влюбился в свое время, уже не на заре, а в районе полудня "туманной юности", в ту пору, когда я был студентом. То ли второго, то ли третьего курса - не могу точно вспомнить.
В данном случае я считаю, что имею право назвать девушку по имени - и за давностию лет (она уже бабушка, наверное), и потому, что ничего компрометирующего не было.
Это Света, фамилия ее нам не нужна, ребенок - не ее, она была студенткой медицинского института, проходила практику в роддоме, там и сделано было фото, которое у меня сохранилось. Одно-единственное. Не помню, как оно ко мне попало, кажется, я выпросил фотографию у Светы на память, она по своей инициативе мне ее не дарила. Это важный нюанс.
Познакомились мы со Светой в два этапа. И первый, и второй раз в зимнем пансионате где-то в районе Звенигорода, куда я регулярно ездил отдыхать на зимние студенческие каникулы со своим другом и одноклассником.
Света с подругой отдыхала где-то поблизости, мы ходили к ним в гости, играли в Monopoly, в те далекие советские годы (1978-79) эта игра существовала только в англоязычном варианте, требовала знания языка, с чем у нас не было проблем, и была или казалось захватывающе интересной.
Свету я в тот первый раз почти не замечал, тем более, что она, вроде бы, была с каким-то парнем. Она и ее подруги учились на медицинском, и даже как-то раз, когда у меня пошла носом кровь, они оказали мне квалифицированную помощь.
Следующей зимой всё повторилось, но с изменениями. Подруга ее была с парнем, своим официальным женихом, а Света была одна, и она мне внезапно очень понравилась, да так, что я решил продолжить знакомство. Тем более, что она рассказала, будто я ей приснился, хотя никто ее за язык не тянул.
Я попросил номер телефона, отказа не последовало, и мы стали встречаться. В буквальном смысле, а не в похабном, каковой ныне вкладывают в этот безобидный глагол.
Мы со Светой постоянно ходили в театр, для меня это в те годы было обычным занятием и времяпрепровождением, да тут я вдобавок постарался подключить все мамины театральные связи и знакомства. В ответ Света меня тоже приглашала кое-куда, в том числе в зал имени Чайковского, где мне пришлось слушать классическую симфоническую музыку, в те годы я еще не приобрел этого навыка. Кроме того, Света, помнится, позвала меня в кафе-мороженое, где я вынужден был "альфонсировать" и поесть за ее счет, она как раз в тот день получила стипендию, а я оказался short of money, но потом я компенсировал этот деликатный эпизод.
Дело не в этом. Света еще приглашала меня на загородную прогулку вместе с подругами и приятелями. Мы еще ходили в кино. Я часто провожал ее до дома - возле метро Кузьминки - после спектаклей, несколько раз бывал у нее дома, она - у меня. Как интеллигентная девочка, Света брала у меня и в свою очередь давала мне книги почитать.
А главное - мы каждый день, без преувеличений, а то и по несколько раз в день, беседовали по телефону, очень подолгу, иногда часами, обо всем на свете. Я порой звонил, чтобы услышать ее голос, но и она не реже сама звонила мне (уж не знаю, с какой целью).
Можно сказать, что я в Свету влюбился. В тетрадках я рисовал ее нежный профиль (жаль, что все тетради студенческой поры куда-то пропали или я их выкинул). Меня одобряли и поддерживали и мои друзья, и добрые однокурсники, которые не один раз видели Свету вместе со мной в театре, и сулили мне самые светлые перспективы.
Почему бы и нет? Несколько месяцев мы со Светой были постоянно заняты друг другом. Складывалось впечатление, что ей, наверное, приятно мое общество, что она ко мне привыкла. Она обсуждала со мной разные мелкие события своей жизни, я тоже, всё у нас было хорошо.
Самое время было переводить отношения в следующий регистр, и я решился. Признался ей в любви - а в ответ получил вежливый отказ. Было сказано нечто вроде "мое сердце принадлежит другому", дословно не помню, воспроизвести не могу, но смысл был именно такой.
Самое удивительное, что все эти месяцы никого другого как будто не было, не существовало. Строго говоря, у Светы просто не оставалось времени, чтобы уделять внимание этому загадочному другому. Она действительно проводила чуть ли не всё свободное время со мной, или в личном общении, или по телефону.
Впоследствии я склонялся к версии, что Света в какой-то момент поругалась, поссорилась со своим парнем и временно прекратила с ним общаться, чтобы позлить и заставить ревновать. Но это мои спекуляции и домыслы. Хотя в принципе не вижу ничего особенного в этом девичьем "коварстве". Нормальные женские интриги.
В любом случае между нами было всё кончено. Я переживал, на некоторое время разочаровался в жизни, ломал карандаши - всегда так делаю, когда сильно нервничаю. Потом успокоился.
Спустя несколько месяцев шел я из театра в компании одного из однокурсников и в подземном переходе на Пушкинской площади встретил случайно Свету. Она была не одна. Я хотел пройти мимо, сделав вид, что не заметил. Но она меня подозвала, поздоровалась и еще добавила, показывая на своего спутника: знакомься, это мой муж. Я был что называется "фраппирован", то есть неприятно удивлен - не самим фактом, а упорным желанием Светы нас познакомить, но решил не реагировать, машинально пожал руку, пробормотал: "Я знаю" (что-то мне говорили об этом браке общие знакомые) и решительно пошагал прочь.
По-человечески поздороваться с этим человеком я не мог и не хотел. Общаться с ним категорически не желал.
Был ли это тот самый парень, с которым Света отдыхала в пансионате в первую зиму нашего знакомства? Наверное, да. Честно говоря, понятия не имею. У меня плохая зрительная память на мужские рожи. Парнишку этого я в упор не видел, никогда бы нигде не опознал. Свету тоже не видел с тех пор. "Ну что ж, потом другие были, а будем живы - будут и другие".
Осталась только фотография. Смотрю и думаю: симпатичная была девушка. Но она не была предназначена для меня
Необязательные мемуары