Страна дальнего следования: неочевидные места для путешестий

Соловецкие острова

Зимой Белое море полностью сковывает лед, и жизнь на Соловках замирает. Огромные льдины и айсберги уносит далеко в Баренцево море лишь к апрелю, и тогда на острова возвращается жизнь. Всю зиму немногочисленные жители Большого Соловецкого острова ждут наступления очередного короткого сезона, когда приедут искатели приключений и исследователи островов, фридайверы, плавающие с белухами, паломники, изучающие драму времен СЛОН историки. Куда ни глянь — везде пейзаж за 500. Ведь именно на этой купюре изображена доминанта Соловков — Спасо-Преображенский монастырь, стоящий в гавани Благополучия. Ее стоит обойти прямо по берегу, заглядывая одним глазком на старые склады, заглянуть в морской музей, что на Сельдяном мысу, и узнать больше о жизни поморов, разглядывать весь пришвартованный флот — баркасы, лодки, катера. В один из безветренных дней нужно выйти в море, чтобы увидеть дикую природу Соловецкого архипелага: морских зайцев, греющихся на пляже острова Топ, птенцов крачек, сидящих в гнездах кайр на Сенной Луде, и белых китов, что приходят к Белужьему мысу произвести потомство.

Хакасия

Шаман все про тебя знает, шаман камлает, шаман поможет, проведет обряд у сакрального камня. В Хакасии можно найти и посредников между мирами, и разговаривающих с давно умершими предками шаманов, и сотни менгиров, на многих из которых даже начертаны личины, отсылающие к основе тенгрианства —  третичности мира, в который верят местные. Лоб и глаза этих ликов символизируют связь с небесами, с верхним миром, где живут боги, нос — земную твердь, а нижняя часть лица отсылает к не самому доброму, скрытному. Считается, что каждый такой древний камень с вырезанным лицом обладает мистическим действием и катализирует связи с природой. Умасливать богов нужно подношениями — кто чем может: люди несут конфеты, фрукты, деньги, игрушки, молоко. Великая каменная Старуха Хуртуях-Тас дарует детей. У Белого камня Ах-Тас, что неподалеку от этнодеревни Казановка, просят здоровья. У Врат жизни в Долине Царей у Салбыкского кургана проходят обряды очищения. В Хакасии можно запитаться энергией космоса — культовых мест, где, как считается, происходит «зарядка», тоже немало. Одно из них, горный массив Сундуки, называют «храмом времени»: эзотерики верят, что именно в ночь на 22 июня здесь можно встретить энергетически самый сильный рассвет. Разнообразные практики — древние хакасские и астральные гадания, гадания на таро — проводят в этих краях так часто, что даже скептикам, приехавшим на обычный хайкинг, становится любопытно. Некие новые «духовные» знания обещают после прохождения семикилометровой «тропы предков», которая проложена в горной гряде Тогыз-Аз. Считается, что они открываются юным шаманам и людям особо чувствительным, прошедшим тропу в оба конца. Ну а прикосновения к Шаман-камню на Оглахты в Хакасском заповеднике гарантирует перерождение. Но это не точно.

Приполярный Урал

Еще в середине прошлого века в этих диких краях, среди тайги и гор, оказывались разве что геологи и горняки. На приисках добывали золото, в штольнях — горный хрусталь и кварц. К миллениуму золотые жилы иссякли, горная добыча почти остановилась, опустела деревня Додо, в которой жили около 300 человек. Сейчас всё здесь напоминает постапокалиптический пейзаж из компьютерной игры — разваливающиеся пустые дома, ржавые перевернутые тележки для кварца, россыпи сверкающих камней под ногами. Вход в некоторые штольни уж не найти, зато в одной из них после ухода человека случилось чудо. За долгие годы простоя тоннели шахты «Снежная» заросли гигантскими ледяными снежинками, достигающими в диаметре до метра. Без проводника попасть внутрь не получится — только ему известна тропа, ведущая ко входу, и только он хранитель тайны горных лабиринтов. Для исследования штольни понадобятся каска с фонариком и высокие резиновые сапоги — часть пути придется идти по колено в ледяной воде. Но путешествие к ледяным чертогам далеко не единственное возможное приключение в Приполярном Урале: туристы в хорошей физической форме могут подняться на гору Неройка (1645 м), любители горных походов — прогуляться до Зейских озер и поудить там хариуса.

Камчатка

Все приключения на Камчатке — это большая игра с вулканами в «Кто кого?». Правила устанавливают они — дадут ли возможность заглянуть в кальдеру, подняться на вершину или закроются туманом, а то и будут скворчать газами и выбросами пепла. Из 300 гор «с сюрпризом» 30 находятся в активной фазе. Извержения случаются раз в несколько лет, и каждое дарит путешественникам новые удивительные возможности. Последнее извержение на массиве Толбачик в 2013 году образовало эпическое лавовое поле с огромными пещерами и мертвым лесом, где все теперь ищут алмазы нового, толбачинского типа. Они образовались не в магме, а в вулканических газах в результате «шоковой кристаллизации». В общем, что-то новенькое и сверкающее.

Зимой в жерло можно спуститься на лыжах и досках, устроив незабываемое бэккантри, летом — подняться на кальдеры вулканов и прогуляться по фумарольным полям к кислотным голубым озерам. Хайкинг на Камчатке всех видов — от простых прогулок на вершины до сложнейших восхождений, возможных только в сопровождении профессиональных гидов, до самых крутых мест — дымящейся Долины гейзеров, чей пейзаж изредка меняется из-за селевых сходов, ледяных туннелей Мутновского вулкана, Курильского озера, облюбованного бурыми медведями, кальдер вулкана Узон и вулкана Хангар — нужно добираться либо на тюнингованном внедорожнике по снежным настам и обожженным вулканами долинам, либо лететь на вертолете.

Горный Алтай

Мало кто добирается до конца Чуйского тракта, где до границы с Монголией рукой подать. Дорога в этому небольшому селу ведет мимо снежников Северо-Чуйского хребта, Курайской степи и стад полудиких двугорбых верблюдов. Можно доехать до Ташанты — приграничного населенного пункта, поставить галочку в финале великого Алтайского пути, но там делать особо нечего. Лучше остановиться чуть раньше — в Кош-Агаче, где находятся ворота Сайлюгемского национального парка. Нам сюда. Здесь придется поменять транспорт и на фотосафари по просторам парка отправляться уже на местном уазике, вооружившись разрешениями — это пограничная зона. В объектив с длиннофокусным расстоянием попадут краснокнижные горные бараны аргали, козероги с рогами, похожими на штопор, черные грифы, кружащие над чьей-то добычей, редкие птицы. Шанс, что удастся поймать в кадр снежного барса, крайне мал — пока его не снял ни один профессиональный фотограф на территории России. Но фотоловушки снимают грациозную кошку часто: если проверить несколько камер с гидом, наверняка ирбис окажется на десятке кадров. За пределами парка можно прогуляться по деревне, а если повезет, то удастся попасть на местные соревнования по козлодранию или кок-бору — необычной тюркской игре, в которой две команды наездников отбирают друг у друга тушу козла.

Шантарские острова, Хабаровский край

Не всегда в идее забраться далеко от цивилизации есть какой-то смысл. Но отчего-то каждому хочется лично в этом убедиться — жить в палатке, умываться в реке, иногда даже мыться там, прыгая с ноги на ногу от холода, удить рыбу в озере, отпугивать медведей, вспоминать, с какой стороны деревьев растет мох, высчитывать время приливов и отливов и радоваться пришедшим к берегу китам. Шантарские острова идеально подходят для такого побега. Каждое лето в бухту Врангеля приплывают десятки гренландских китов, чтобы почесать брюхо о камни, научить свой молодняк уму-разуму, устроить битву с косатками. За жизнью гигантов, у которых, к слову, отсутствует ген старения, можно наблюдать прямо с берега, усевшись на огромные валуны. Из лагеря на базе Онгачан можно делать короткие вылазки на другие острова в Охотском море: на Малый Шантар, где живут лахтаки, на Большой Шантар, чтобы увидеть проплывающих мимо гринд и сотни голов нерп, торчащие из воды, на остров Феклистова — просто посидеть у костра.

Горная Шория

Горная Шория выглядит как франшиза Нарнии, что находится в месте встречи трех горных хребтов Алтая, Кузнецкого Алатау и Саян. За дверцей сибирского волшебного шкафа — синие ленты рек, высокие скалы, пещеры, черневая тайга. Дебри там такие, что снежного человека, который ведет абсолютно отшельнический образ жизни, видели лишь однажды — в Азасской пещере.

Когда из-под снега покажется главная артерия этой района река Мрассу — надо брать длинную шорскую лодку и отправляться на дальний кордон Шорского национального парка Кабук. Чистого хода часа полтора, мимо скальных останцов Карчитского замка и Слона. Но лучше делать остановки: на песчаных отмелях, где собираются миллиарды бабочек-боярышниц, на кордоне Карчит — чтобы вкусно и сытно пообедать, у пещеры Грандиозная — убедиться, что внутри йети нет. За весь день, проведенный на реке, можно увидеть норок, снующих по берегу, редчайших черных аистов, медведей, ищущих, чем бы поживиться, слезы водопада Фата невесты... Вернувшись в Усть-Кабырзу, где живут представители коренного народа — шорцы, стоит напроситься в гости на травяной чай и послушать древние сказания и легенды.

Байкал, Иркутская область

Как известно, зимой на Байкале есть лед. И по нему гоняют на всем, на чем можно разогнаться: на хивусах — катерах-амфибиях, на автомобилях, квадроциклах, собачьих упряжках. Энтузиасты долгих походов пересекают озеро на коньках, таща за собой сани с самым необходимым. На льду устраивают фотосессии, изо льда строят пирамиды и делают бокалы для красивого антуража вечеринки. Каким только не бывает лед на Байкале! Можно увидеть пузырчатый, с застывшими шариками воздуха, или потрескавшийся кракелюром. Длинные трещины появляются с таким грохотом, что кажется, будто в небесной канцелярии пускают фейерверки. А еще есть торосы — похожие на разбитые стекла куски льда у берега, и сокуи — застывшие наплески у мысов Хобой и Харанцы. Но все это туристические забавы. Самое безлюдное пространство на Байкале — Чивыркуйский залив, который омывает полуостров Святой Нос. Там много бухт с легко запоминающимися названиями — Окуневая, Молодость, Крутая, Омулевая. Но ехать надо прямиком в Змеевую, где бьет горячий источник, в котором можно погреться, наслаждаясь видами на озеро Байкал.