«За Zara в Нур-Султан»: шоп-туристам из России в Казахстане рады далеко не все
Азат Ахунов о переживаниях местных жителей, опасающихся, что из-за россиян взлетят цены на одежду и продукты
От «Почему Токаев не закрыл границу», до «Ура, мы новый Дубай!». Такую полярную реакцию на появление шоппинг-туров из России можно встретить в казахстанском сегменте интернета, констатирует казанский востоковед Азат Ахунов. Между тем для Казахстана в условиях единого экономического пространства с РФ прямые потери от введенных коллективным Западом антироссийских санкций уже оцениваются в сумму свыше $600 миллионов. Подробности — в материале постоянного автора «БИЗНЕС Online».
«Разыскивается Ходжа Насреддин»
В казахстанских соцсетях завирусилась и получила широкий резонанс одна, казалось бы вполне обыденная для нашего времени российская новость: турагентства Екатеринбурга начали продавать короткие целевые туры в страны ближнего зарубежья — Казахстан, Узбекистан, Азербайджан и Армению. В рамках поездок предлагается шопинг в популярных магазинах, покупка валюты или оформление банковских карт, действующих без ограничений по всему миру. Также желающие могут приобрести в банках этих стран евро и доллары.
Названия туров говорят сами за себя: «За Visa в Узбекистан», «Разыскивается Ходжа Насреддин», «За Zara в Казахстан»… Так, «заровский» тур на три ночи обойдется в сумму порядка 25 тыс. руб. с завтраками. В программе — посещение крупных торговых центров «MEGA Silk Way» и «Хан-Шатыр» в Нур-Султане, а также достопримечательностей, включая Байтерек, центр Нур-Алем, и другие.
За долгие годы работы в России испанская Zara стала почти родной для большинства россиян. Это был очень популярный массовый бренд с претензией на европейский стиль. Но еще 5 марта стало известно, что в России не будет больше Zara, Bershka, Pull& Bear, Massimo Dutti, Oysho, Stradivarius, Uterqüe. Испанская группа Inditex Амансио Ортеги, начинавшего в 1960-е с пошива дешевых копий дизайнерских моделей одежды, закрыла все 502 магазина в России, а заодно свернула онлайн-торговлю. Доля России в бизнесе компании оценивалась в 8,5 процентов.
В отличие, например, от Adidas, который громко объявил о своем уходе с российского рынка, а фактически остался на месте, Zara реально закрыла все свои магазины и прекратила продажу через интернет. Беглый обзор маркетплейсов показывает, что реально продаж нет. Лишь в одном интернет-магазине удалось обнаружить жалкие остатки былой роскоши: пара-тройка палантинов, повязка для волос и явно завалявшаяся где-то и порядочно выцветшая женская футболка.
«Нечего им продавать! Пускай в валенках ходят!»
Новость о том, что теперь россияне будут совершать шоп-туры в Казахстан за любимым брендом, ввела в ступор казахстанскую интернет публику: «Как так? Ведь только вчера мы сами совершали шоп-туры в омскую ИКЕЮ, а теперь они сами собрались ехать к нам за тряпками?»
Здесь надо пояснить, что в сознании казахского обывателя условная «Москва» до сих пор является центром цивилизации. Оттуда идет все новое: фильмы, сериалы, музыкальные лейблы, модные книги и так далее. Все это можно получать и напрямую, но есть одно «но» — западную продукцию надо адаптировать под местный рынок, переводить на понятный потребителю язык. А в Казахстане русский язык до сих пор занимает важные позиции, на нем общается большая часть населения страны. А все, что сделано для российского рынка, подходит также и для казахского, и для киргизского, и для узбекского потребителей. Менталитет примерно тот же самый, «советский». Глобальные мировые бренды не распыляются по «национальным квартирам» — основная продукция изготавливается на территории России. Для бывших советских республик переводят содержание продукта или руководство по эксплуатации на местные языки, хотя это излишне — все привыкли читать по-русски.
IT-рынки двух стран имеют глобальное значение, но сложно говорить об их прямой связи. Казахстан объективно потребляет больше продуктов российского рынка, используя их программное обеспечение: CRM, «Битрикс24», «1С», amoCRM и другие.
Отношение к будущим шопинг-туристам за продукцией Zara из России в Казахстане неоднозначное. В целом в комментариях пользователей сети сквозит удивление, но уже явно рефреном звучит мысль: «Это все наше! Не отдадим!» «Так они скоро туры за продуктами начнут продавать. И тогда цены у нас опять повысятся… А почему Токаев не закрыл границу? Значит на словах он против войны, а на деле вот вам и карты банковские, шопинги… Долго лавировать невозможно», — пишут местные жители. «Нечего им продавать! Пускай в валенках ходят!» — заявляет еще одна горячая голова.
Казахстанцы боятся, что россияне отправят ввысь цены на продукты. В России зарплаты выше, вот и скупят все наше. А мы останемся у разбитого корыта. Некоторые комментаторы нагнетают панику: «Скоро за сахаром и рисом будут летать». Но проживающие в России казахи успокаивают своих сограждан: «Сахара, риса и всяких других продуктов в России полно (город Йошкар-Ола)».
Но есть и такие, кто видит во всем этом плюсы: «Ура, мы — новый Дубай! Это же очень хорошо, когда растет число туристов, можно продавать не только „Зару“ и другое, но и продавать свои национальные изделия, еду нашу, и многое другое предложить».
Другой конец санкционной палки ударил по Казахстану
Все это — плюсы и минусы единого экономического пространства. Санкции против России ударили другим концом палки и по Казахстану. Прямые потери Казахстана от антироссийских санкций уже оцениваются в сумму свыше $600 миллионов. В результате резкого падения внешнеторговых операций Российской Федерации, вдвое сократились поступления от таможенных платежей и доходы от казахстанского экспорта в Россию. На 50 процентов снизилась активность филиалов российских банков. Столкнувшись с проблемами транспортировки грузов, Казахстан делает переориентацию экспорта на латвийские порты и Транскаспийский международный маршрут Актау-Баку-Батуми — с выходом на Черное море, и Баку-Тбилиси-Карс-Стамбул.
На днях Казахстан и Кыргызстан посетила заместитель госсекретаря США по вопросам гражданской безопасности, демократии и прав человека Узра Зея. Она ознакомилась с ходом проводимых в стране реформ, направленных на системную политическую и социально-экономическую модернизацию страны, обсудила санкции против России и их влияние на Казахстан. Во время переговоров в Астане она подчеркнула важность Казахстана в реализации стратегических планов США в Центральной Азии: «Казахстан критически важен в наших целях, в продвижении стабильной и процветающей Центральной Азии, где независимые государства могут преследовать свои суверенные интересы с партнерами, которых они выбирают. Они связаны с глобальным рынком и международными инвестициями».
Местные власти просили американскую сторону при формировании новых санкционных пакетов учесть тот момент, что Казахстан тесным образом связан с Россией, и любые антироссийские санкции автоматом ударяют и по Казахстану. Первый замминистра иностранных дел РК Акан Рахметуллин отметил, что воздействие санкций — это очень серьезный вопрос. «США наложили беспрецедентные санкции на Россию, на ряд лиц. Естественно, имея глубокую интегрированность между нашими странами, самую длинную в мире сухопутную границу, мы не можем остаться вне воздействия этих санкций. Вы сейчас видите, как это влияет даже на политику ценообразования, на ситуацию в магазинах. Но я хотел вас заверить, что правительство ведет активные переговоры на всех уровнях с представителями США. В связи с этим я хотел бы выразить благодарность США за их гибкость, за готовность сотрудничать», — заявил замглавы МИД Казахстана.
На днях управляющий сетью одежды Inditex, включающей бренд Zara, Оскар Гарсиа Масейрас сообщил, что сеть рассчитывает возобновить деятельность в России. Возможно, что 502 российских магазина компании вскоре вновь продолжат свою работу и российским туристам не придется ездить за кофтами и блузками в дружественный Казахстан.
На эту новость российские потребители отреагировали с достаточной долей юмора: «Уходя — уходите и заберите с собой свои катышки». Это был намек на то, что продукция Zara не отличалась особым качеством. Но в любом случае, это положительная новость. Ведь работающие магазины — это помимо прочего и рабочие места, и налоги в бюджет. Да и в целом — показатель стабильности экономики.