Губернатор Амурской области: у нас остается один день на эвакуацию жителей из зоны паводка

В Приамурье, которое шесть лет назад, в 2013 году, пережило масштабный паводок — пострадало 126 населенных пунктов и более 7,5 тыс. жилых домов с населением свыше 36,3 тыс. человек, — опять пришла большая вода. В четверг власти ввели в Амурской области региональный режим ЧС из-за паводка, который был спровоцирован обильными осадками, — подтоплены дома, приусадебные участки и автодороги. И дальнейший прогноз неутешителен — вода продолжает прибывать. Губернатор Амурской области Василий Орлов в интервью ТАСС рассказал, как Приамурье готовится к подъему воды в реках, когда ожидается его пик и можно ли избежать подобных ситуаций в будущем. — Василий Александрович, насколько сложная сейчас обстановка в регионе ? Какие есть прогнозы? — Этот паводок отличается от 2013 года тем, что очень быстро поднимается вода. Прогнозируем, что, например, в селе Богословка подъем уровня воды за сутки составит 3 метра — это очень опасно. Исходя из динамики паводка, сейчас нужно эвакуировать порядка 3 тыс. человек. Сейчас развернуты все эвакуационные пункты, они вместят всех желающих. Другое дело, что люди не готовы уходить. Завтра (в пятницу, 26 июля — прим. ТАСС) придет Росгвардия, в том числе для помощи с эвакуацией. Ситуация под контролем, но она не простая. Паводок пока что достаточно короткий. Если дожди не усугубят ситуацию, то, я думаю, мы справимся. — Какие населенные пункты вызывают наибольшее опасение? — 11 населенных пунктов, часть из них уже пострадала. Из Селемджинского района вертолетом было эвакуировано порядка 200 человек. Чтобы подобную ситуацию не допустить ниже по течению, в Мазановском районе сегодня проводилась эвакуация автобусами, завтра (в пятницу, 26 июля — прим. ТАСС) она будет продолжена в усиленном режиме. Мы стараемся убедить людей уехать всеми возможными методами, разместиться во временном пункте, пока не пройдет паводок. — Л юдей из Норска эвакуируете в Февральск? — У нас большое количество населенных пунктов, где есть пункты временного размещения. — По каким населенным пунктам есть серьезные опасения? — Сегодня идет паводок, и он смещается вниз по реке Селемджа дальше, то есть все населенные пункты, которые вниз по течению, находятся под угрозой, там будет превышен опасный уровень. — Я правильно понимаю, что у вас есть опасения и по поводу Амура? Там ситуация может быть более серьезной, если поднимется вода в реке? — Нет. Река Зея, где сформирован нынешний паводок, впадает в Амур. Согласно прогнозам, всего в зону подтопления попадают пять муниципальных образований: Селемджинский, Мазановский, Свободненский, Серышевский, Благовещенский районы, 21 населенный пункт. — В конце прошлого года в районе Бурейского водохранилища произошло обрушение скального массива и оно оказалось разделенным на две части. В весеннее половодье повышение уровня воды могло повлечь подтопление населенных пунктов, угрозу возникновения чрезвычайной ситуации. Военные провели несколько взрывов и ликвидировали затор. Есть ли у вас сейчас какие-то опасения по Бурейскому району, особенно в связи с тем, что там плотина и водохранилище? — Плотины сейчас работают в штатном режиме, рисков нет, там ситуация под контролем. Бурея и Зея — это две реки, которые параллельно впадают в Амур. Зея выше по течению Амура, Бурея — ниже. Нынешний паводок сформирован в бассейне реки Зеи. Все населенные пункты, которые расположены по реке Зее, включая ее приток Селемджу и дальше по Амуру вниз, находятся под угрозой. Бурейская зона находится вне риска. По крайней мере, пока. — А водохранилище? Говорят, что еще немного — и вода может через плотину перейти. — Нет, это неправда. — Есть несколько основных проблем, когда речь идет о наводнениях, в том числе оповещение населения и работа по убеждению жителей покинуть свои дома. Каким образом вы информируете всех, кто находится в населенных пунктах, учитывая, что там есть трудности и проблемы со связью? — Оповещаем всеми возможными способами, включая SMS-рассылку, где есть интернет, работаем через Instagram-каналы, Telegram-каналы, сайты. Даже оповещаем через громкую связь — с помощью автомобилей работаем. Но одно дело — оповестить, а другое дело — убедить людей покинуть дома. Это самая сложная задача. Пока вода не поднялась непосредственно до населенных пунктов, люди неохотно покидают свои жилища, потому что там имущество, хозяйство и так далее. Совместно с МВД мы усилили надзор за оставшимся имуществом. Пик паводка по этим населенным пунктам будет 27 июля. У нас есть всего день, чтобы решить проблему с эвакуацией. — Вы с Росгидрометом на связи? — Конечно. Сегодня (в четверг, 25 июля — прим. ТАСС) было заседание комиссии по чрезвычайным ситуациям. Они докладывают оперативную информацию, которую собирают несколько раз в сутки. Мы с ними очень внимательно следим за развитием ситуации. — Паводок можно спрогнозировать и предусмотреть, заранее подготовиться к подобной ситуации или это сделать было невозможно? — Я считаю, что в этот раз было невозможно. Дело в том, что населенные пункты, которые сегодня подтоплены, в 2013 году, когда было самое серьезное за последние несколько десятков лет наводнение, не были подтоплены. А тогда было несколько циклонов, которые обрушились на область и сформировали паводок. Для прогнозирования обстановки, в том числе геологической, конечно, нужно привлекать экспертов. Другое дело, где взять этих экспертов и каково будет качество таких прогнозов? Сейчас можно констатировать только, что климат меняется и за последние годы все чаще и чаще проходят сильные паводки, которые не характерны для Амурской области. Раз это имеется, нужно каким-то образом это прогнозировать. — Президент России Владимир Путин сказал о том, что нужно установить границы зон подтопления в регионах. Вы этим вопросом занимались? — У нас после наводнения 2013 года эти границы определены. Мы понимаем территории, которые потенциально подвержены паводкам. Например, Февральское, которое уже подверглось одному паводку. Я там был неделю назад, начались выплаты гражданам. Они начали сушить дома, вода ушла. Сейчас оно повторно затапливается. Люди живут на этих территориях, в этих населенных пунктах. Их будут оттуда переселять — это однозначно. Вопрос еще и в источниках финансирования. Эту проблему нужно системно решать, потому что переселять нужно всех. Нельзя переселить только половину населенного пункта. И конечно, существует вопрос законодательной базы, которую надо совершенствовать. Но то, что необходимо эти границы установить, — однозначно. — Также президент поручил запретить предоставлять земельные участки в зонах подтопления Дальневосточного федерального округа. У вас такой процесс шел? — Сложно сказать, потому что с 2013 года прошло пять лет. Я, наверное, более подробно вам смогу ответить, проанализировав данные. Абсолютно логично, что не надо предоставлять участки в зоне подтопления. У нас большое количество участков было предоставлено в зоне подтопления с 1993 по 2013 год. Раздавали не глядя, потому что уровень реки Бурея регулировался гидроэлектростанциями, соответственно, они долгое время справлялись с паводками, и как-то все успокоились. Конечно, на таких территориях абсолютно нецелесообразно предоставлять земельные участки. Но, опять же, имеем то, что имеем. Как уже говорил, я неделю назад был в селе Февральском. Там живет мать-одиночка с четырьмя детьми. Она купила этот дом года три назад по материнскому капиталу. Она сама приехала, и вот прошло два года — и его затопило. Но в целом в населенных пунктах, которые подтапливаются, нет большой очереди желающих получить земельный участок. Наоборот, там идет отток населения, поэтому большого количества желающих получить землю нет. Тем не менее раздавать земельные участки на этих территориях нельзя. Мы, конечно, обратим на это самое пристальное внимание. Беседовала Людмила Борщева