Адмирал, всегда шедший против течения
Русские землепроходцы появились на Амуре еще в 1644-м, когда сюда добрался по Зее Василий Поярков с отрядом. В 1649–1651 годах на берегах Амура пытались обосноваться казаки во главе с Ерофеем Хабаровым. Однако лишь спустя два столетия благодаря инициативе и энергии Геннадия Невельского удалось не только детально исследовать обширнейшие земли и омывающие их воды, завершив период великих географических открытий в северной части Тихого океана, но и присоединить к России территорию Приамурского и Уссурийского краев, Сахалин, а также окончательно установить границы между Российской империей и Китаем.
Невельской родился 5 декабря 1813 года в усадьбе Дракино в Костромской губернии в семье потомственного морского офицера и пошел по стопам отца, поступив в 1829 году в Морской кадетский корпус. У его питомцев в ту пору особенной популярностью пользовалось исследовательское, географическое направление обучения. Неудивительно, ведь начальником корпуса являлся адмирал Иван Крузенштерн, с именем которого связано первое российское кругосветное плавание. Кадеты и гардемарины были воодушевлены сверхдальними походами первооткрывателей Антарктиды Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева, Фердинанда Врангеля, Михаила Станюковича (отца известного писателя), Федора Литке.
Невельской, еще учась в Морском корпусе, обратил внимание на неоднозначные сведения на картах и в книгах с описаниями Дальнего Востока. Юношей овладела жажда собственных географических исследований. Но только в 1848 году 35-летний капитан-лейтенант смог получить должность командира транспортного судна «Байкал», которое отправлялось на Камчатку с грузом, и возможность исполнить свой замысел: доказать, что в устье Амура можно войти из океана, а Сахалин – остров.
К тому времени сложилось мнение, что Сахалин является полуостровом, а Амур не имеет глубоководного выхода в море. Министр иностранных дел России граф Карл Нессельроде считал, что устье реки занято сильной китайской флотилией и потому любая активность русских в районе влечет риск серьезных осложнений в отношениях с Поднебесной. В связи с этим император Николай I заявил: «Для чего нам эта река, когда ныне уже положительно доказано, что входить в ее устье могут только одни лодки».
Начальник Главного морского штаба светлейший князь Александр Меншиков, которому Невельской доложил о своих намерениях, сказал, что без разрешения монарха никак нельзя. Вместе с тем правнук выдающегося сподвижника Петра I намекнул, что, если исследования будут произведены как бы случайно и без каких-либо неприятностей, может быть, все и обойдется. Зато генерал-губернатор Восточной Сибири Николай Муравьев полностью поддержал план офицера и обещал получить добро от официального Петербурга.
В августе 1848 года «Байкал» вышел из Кронштадта и за очень короткий срок, преодолев Атлантический и Тихий океаны со вторым результатом за всю историю подобных переходов, в мае 1849-го прибыл в Петропавловск. Сдав груз, Невельской приготовился идти к Амуру, но необходимое разрешение не поступало.
Между тем благоприятный период для плавания в данном регионе короток, и потому Геннадий Иванович собрал офицеров, рассказал им о своем замысле, объяснил ситуацию и заявил, что ответственность за проведение исследований берет на себя. Подчиненные поддержали командира, и 11 июня «Байкал» отправился в путь.
Подойдя к северной оконечности Сахалина, моряки нашли глубоководный вход в Амурский лиман. Дальше – на шлюпках. Быстрые течения, сильные ветры и лабиринт мелей делали поход крайне сложным. На месте предполагаемого перешейка, якобы соединявшего остров с материком, 22 июля Невельской обнаружил широкий пролив глубиной до 10 метров.
Муравьев, которому Геннадий Иванович доложил об этом, немедленно направил донесение царю. «Сделанные Невельским открытия неоценимы для России, множество предшествовавших экспедиций в эти края могли достигнуть европейской славы, но ни одна не достигла отечественной пользы в той степени, как исполнил это Невельской», – констатировал генерал-губернатор.
Увы, в столице капитан-лейтенанта ждал совсем другой прием. Нессельроде обвинил Невельского в неслыханной дерзости, чуть ли не в государственной измене и потребовал примерно наказать не в меру активного моряка. К счастью, император простил офицера и 6 декабря 1849 года произвел его в чин капитана 2-го ранга, а уже 8 февраля 1850-го – капитана 1-го ранга.
Здесь надо отметить, что на протяжении ряда лет Невельской был фактическим попечителем юного великого князя Константина Николаевича – генерал-адмирала Российского флота. И даже однажды спас ему жизнь, как утверждает историк Александр Алексеев. Впоследствии это обстоятельство, возможно, послужило тому, что самовольные действия Невельского при освоении Амура прощались и одобрялись жестким самодержцем Николаем Павловичем.
В 1850-м Невельской вновь направлен на Дальний Восток, однако с предписанием не касаться устья Амура. Но, заботясь уже не столько о географических открытиях, сколько об интересах Отечества, Геннадий Иванович вопреки указанию свыше основал Николаевский пост, ныне Николаевск-на-Амуре, поднял там российский флаг и объявил о суверенитете России над этими землями.
Самоуправство Невельского в правительственных кругах сочли дерзостью, достойной разжалования в матросы, о чем было доложено царю. Однако, выслушав доводы Муравьева, Николай I назвал поступок Невельского молодецким, благородным и патриотическим и наградил каперанга орденом Святого Владимира IV степени, а на докладную наложил историческую резолюцию: «Где раз поднят русский флаг, там он спускаться не должен».
В 1851 году Невельской вновь направлен на Дальний Восток, где осуществил детальное исследование берегов устья Амура, Амурского лимана и Татарского пролива, а также континентальных частей Амурского и Уссурийского краев, острова Сахалин. При этом капитан 1-го ранга, а с августа 1854-го – контр-адмирал Невельской от имени императора устанавливал власть России на дальневосточных территориях.
К середине 1850-х началось масштабное освоение Россией Амурского края под руководством Николая Муравьева. Миссия Невельского на этом оказалась исчерпана, и мореплаватель возвратился в Санкт-Петербург. Кстати, когда в 1858 году состоялось подписание Айгунского договора с Китаем, по которому весь левый берег Амура от слияния Шилки с Аргунью до самого моря был закреплен за Россией, Николай Муравьев написал Невельскому: «Отечество никогда вас не забудет как первого деятеля, создавшего основание, на котором воздвигнуто настоящее здание!».
Вадим Кулинченко, Александр Уткин. источник: vpk-news.ru