Неуловимый заместитель. Экс-сенатора Сергея Батина не жаждут допрашивать ни прокурор, ни суд

Экс-мэра Зеленодольска и бывшего сенатора от Татарстана Сергея Батина уже с весны не могут допросить в суде по делу о покушении на зеленодольца Алексея Соловьёва. Батин, последняя известная должность которого — заместитель генерального директора АО "Уфимское приборостроительное производственное объединение", ссылается на занятость, которая не позволяет ему посетить Зеленодольск лично. Судью и прокурора такая занятость, по всей видимости, вполне устраивают.


Пикантности ситуации добавляет тот факт, что Сергей Батин в деле о покушении на Соловьёва — больше чем просто свидетель. Потерпевший уверен, что покушение на него в 2011-м заказал именно тогдашний мэр Зеленодольска.




При этом на скамье подсудимых оказался лишь экс-полицейский Виталий Мельник, которого Соловьёв и следствие считают исполнителем.


ЧТО СКРЫВАЕТ БЫВШИЙ МЭР?

Соловьёв жёстко критиковал Батина, а непосредственно перед покушением разместил в интернете компромат на градоначальника, рассказав, как тот приобрел несколько гектаров леса в водоохранной зоне и построил на них дом, к которому за счет бюджета проложил автомобильную дорогу и коммуникации.


Уверенность Соловьёва лишь окрепла после того, как в 2019-м Батин всё-таки прошёл допрос на детекторе лжи. Сотрудник СКР, проводивший допрос, пришёл к заключению, что:


"...были выявлены психофизиологические реакции, свидетельствовавшие о том, что Батин С.Л. располагает информацией о деталях заказа (организации) нападения на Соловьева А.В., произошедшего 21.10.2011 года, и нападения на Туганова А.В., произошедшего 16.10.2012 года. Данная информация могла быть получена Батиным С.Л. вследствие того, что, являясь заказчиком указанных нападений, Батин С.Л. поручил Грузкову Д.В. организовать нападение как на Соловьева А.В., так и на Туганова А.В."



В Совфед Батина отправили вскоре после покушения на Туганова. Александр Туганов был сотрудником Следственного комитета, и к делу подключился центральный аппарат СКР. По мнению Алексея Соловьёва, именно резонанс, который получила эта история, сдвинул с мёртвой точки и его собственное дело. Произошло это, когда московские следователи усмотрели общий почерк в обоих покушениях.




Основной версией в деле Туганова, которое так и не добралось до суда, была следующая: нападавшие спутали Александра с его братом — Алексеем. Последний, как и Соловьёв, критиковал администрацию Батина. Ещё в 2010-м, сразу после выборов, в которых участвовал Алексей, неизвестные сожгли его автомобиль.




ПОЛИЦИЯ ПОГОРЕЛА НА ПОЛИГРАФЕ

Показаний от Батина судья Елена Германова не может добиться с начала июня. Тогда в суд не явились ни экс-мэр Зеленодольска, ни нынешний начальник зеленодольского отдела внутренних дел Олег Хохорин, являющийся братом главы МВД по Татарстану Артёма Хохорина. Хохорин, правда, всё-таки появился на процессе в конце июля и даже дал интересные, с точки зрения потерпевшего, показания. Но когда Соловьёв поинтересовался, допросят ли в этот раз, наконец, Батина, судья Германова заявила, что на июльское заседание его, мол, вызывать и не собиралась — хотя в июне, отмечает Соловьёв, у него сложилось чёткое впечатление, что та собирается допросить обоих свидетелей в июле.


В итоге Германова перенесла допрос Батина на 1 сентября — по видеосвязи (судья с самого начала объясняла участникам процесса, что экс-мэр слишком занят, чтобы приехать в Зеленодольск). Но Батин не вышел на связь и в День знаний.


Кстати, на первом процессе (который закончился оправдательным приговором с последующей отменой его Верховным судом РТ) Батин, являющийся ныне замом генерального директора АО "Уфимское приборостроительное производственное объединение" (входит в структуру "Ростеха"), тоже давал показания дистанционно — из зала уфимского суда. Причем, несмотря на то, что свидетель был в кадре один, медицинская маска на нём оставалась до самого конца допроса.




Теперь, по информации Зеленодольского суда, Батин как минимум с начала лета находится в Москве — и занят настолько, что выбраться на суд не может. Германова говорит, что сеанс связи с ним пытаются организовать с помощью Лефортовского районного суда Москвы — но поскольку там тоже большой вал дел, состыковать графики никак не получается.



Батин — не единственный "уклонист" в этом процессе. Уже несколько раз проигнорировали повестки в суд ещё два свидетеля — бывшие полицейские Дамир Рахимов и Павел Назаров. Рахимов во время покушения на Соловьёва возглавлял зеленодольскую полицию и подал рапорт об увольнении после того, как его попытались испытать на детекторе лжи по соловьёвскому делу. При этом на словах сначала он согласился пройти полиграф — но на сам допрос так и не явился. Назаров, являвшийся на момент покушения непосредственным начальником обвиняемого Виталия Мельника в Звениговском ОВД Марий Эл, от детектора лжи уклониться не смог.


Эксперты, проводившие исследование Назарова на полиграфе, пишут в заключении:


"...были выявлены психофизиологические реакции, свидетельствующие о том, что Назаров П.Г. располагает информацией о деталях организации нападения на Соловьёва А.В., произошедшего 21 октября 2011 года. Информация о деталях организации нападения на Соловьёва А.В. была получена Назаровым П.Г. до момента нападения вследствие того, что Назаров П.Г. знал о времени и месте нападения на Соловьёва А.В. до момента его совершения, поручив исполнителю (Мельнику В.С.) совершить указанное нападение".



На возможную причастность к делу Рахимова может намекать, помимо странных обстоятельств его увольнения, в частности, и такой факт. Как следует из полиграфа Батина, тот поручил организацию нападения предпринимателю Грузкову. Тот, в свою очередь, в суде на вопрос, в каких отношениях он находится с Рахимовым, заявил, что они "бизнес-партнёры". Рахимов после увольнения организовал охранную фирму, которая охраняет объекты Грузкова.


ЭКС-СЕНАТОР НЕ НАЗВАЛ СУДУ КОНКРЕТНЫЙ АДРЕС

На процессе 1 сентября Алексей Соловьёв уже начал терять терпение. И потребовал, чтобы всех троих свидетелей доставили в суд принудительно.


— Свидетели Назаров, Рахимов и Батин, которых уже трижды приглашали, не являются. Я прошу осуществить принудительный привод, — обратился потерпевший к судье ближе к концу заседания.


— Да, будет принудительный привод, — согласилась Германова. — Но к Батину вопросов нет. Он готов прийти на судебное заседание, однако нет связи с Лефортовским судом. Он придёт туда добровольно. По крайней мере, так нам говорит. Но поскольку нет связи, мы уж тут не можем его… И адрес мы его не знаем даже.


— Тогда давайте обратимся к органам предварительного следствия…


— Самое главное нам — связь с судом организовать. Вот связь с судом будет, он туда придёт. Но остальные, кто не явились, все они получили повестки. У нас есть извещения. И те, кто не явился… (неразборчиво) будут подвергнуты приводу.


— Хочу обратить внимание, что процесс затягивается, — настаивал Соловьёв. — Прошёл почти год. Насколько мне известно, зеленодольский городской прокурор обратился к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела… Я прошу не затягивать процесс и проводить заседания не раз в месяц. Год прошёл, а у нас ещё многие свидетели не допрошены.


— Ну, вот смотрите, мы сегодня с вами собрались — и к нам не пришли свидетели. Вы думаете, если мы будем собираться чаще, нам будут приводить этих свидетелей? Мы могли бы закончить за полгода, если бы все сюда пришли.


— Существует же ответственность, наверное, за неявку в суд?


— Мы можем закончить хоть сегодня. Допросить подсудимого — материалы дела мы исследовали — и закончить при тех свидетелях, которые имеются. Есть такое предложение.


— Я считаю, что допрос свидетеля, которого эксперты следственного управления называют заказчиком преступления, необходим.


— Вот смотрите, у нас есть возможность назначить заседание на 16 сентября, но есть ли у Лефортовского суда возможность назначить [видеосвязь] на эту дату — большой вопрос. Если они нам отказывают в проведении ВКС, что мы можем сделать?


— [Тогда] необходимо Батина доставить сюда.


— Предоставьте нам адрес Батина, тогда мы его вызовем повесткой сюда, в судебное заседание.


— Ваша честь, это вы мне говорите? — не поверил своим ушам Соловьёв.


— Всем участникам процесса, у кого имеется адрес, — поспешила уточнить судья.


— Но в документах суда есть его адрес…


— Он ведь конкретный адрес нам не сказал, — с грустью в голосе констатировала Германова.


— Если свидетель не говорит адрес и не хочет являться давать показания, мы что, все должны с этим мириться? Это неуважение, я считаю, к суду.


— Вот смотрите... (судья Германова зачитывает название улицы, номера дома и корпуса — "Idel.Реалии") — а квартиру не сказал!


— Не сказал суду?! — продолжал удивляться Соловьёв. — Хочет — говорит, хочет — не говорит. Хочет — является, хочет — не является. Я считаю, что это несерьёзно.




При этом, судя по всему, быстрее избавиться от неудобного дела хочет и гособвинение. В распоряжении редакции имеется скан обращения прокурора Зеленодольска Сергея Егорова к председателю Зеленодольского суда. Егоров, ссылаясь на республиканскую прокуратуру, просит принять меры к скорейшему завершению судебного процесса, указывая, что с 7 октября 2021 года судья Германова провела всего семь заседаний (письмо датировано 25 июля, так что к этому количеству заседаний теперь следует прибавить ещё два). Председатель суда в удовлетворении заявления Егорова отказал.


При этом, отмечает Алексей Соловьёв, реакция гособвинителя в ответ на предложение судьи Елены Германовой закончить дело при имеющихся свидетелях была показательна. Он просто промолчал.


Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.