В этой семье из Заречного выросло не одно поколение воинов

В тот вечер их телефоны разрывались от звонков. «Смотрите, Димку по Первому каналу показывают! Он женился!» – делились все родные друг с другом радостной и совершенно неожиданной новостью. И тут же грустно добавляли: «Он добровольцем в зону СВО уходит». Это было в октябре. А в июне Дмитрию дали отпуск. И он вместе с женой встретился с родней из Заречного. Тогда-то мы и познакомились.

Кто, если не я?

Благополучный парень из нашего города Димка жил в Москве, работал в офисе, собирался чуть позже сделать своей девушке Ирине предложение. Но когда в сентябре началась мобилизация, решил: надо идти добровольцем. А перед этим расписаться. «Чтобы не убежала от меня», – сейчас, улыбаясь, объясняет он. А Ирина в тон ему возмущается: «Я и не собиралась никуда убегать!» На вопрос, неужели не пыталась отговорить, отвечает: «Бессмысленно. Упрямый характер. Пришлось поддержать. А как иначе?» Дмитрий добавляет: «В военкомат меня на машине два раза возила».

Тут же в разговор вступает его бабушка Лидия Алексеевна: «Он мне сказал: «А кто же, если не я?» Знаете, они просто не могли по-другому. У меня ведь и сын Виктор добровольно стал участником СВО, и вот внук Дима. В нашей семье все воевали: прадеды, деды, отцы. Крымская война, Первая мировая, Гражданская, Халхин-Гол, Отечественная, борьба с бандеровцами – все прошли. Муж мой, Дмитрий Алексеевич, пограничник, служил на Дальнем Востоке, сын Виктор был начальником погранзаставы в Среднеазиатском пограничном округе. Получается, со всех сторон патриоты. Это гены. Зов крови – защищать Родину».

Мужское

Вот и Дмитрий, не предупредив никого из родных, расписался с Ириной, дал интервью Первому каналу, а на следующий день ушел в армию. Полтора месяца обучения – и они уже бойцы. На место прибыли в ноябре. Первое задание – копать. Земля мерзлая. Киркой ее ломали, лопатой откидывали. Копать всегда много приходилось. «Больше, чем на даче», – смеется Дима. А дед подсказывает: «Скажи: неприятно, когда пули свистят». «Конечно, – соглашается внук. – Поэтому и копаешь».

Рассказывает про первый бой: «Ели в блиндаже. Вбежал командир, говорит: «К бою!» Мы думали, он прикалывается. Четвертый день был, как мы приехали. Начали одеваться потихоньку. Тут услышали, что наверху делается, и бегом туда – отбивать. Отбили, потом посидели, посмеялись над ними, как они убегали. У нас парни все хорошие. И никто не пьет – это важно. А те много пьют. Мы за ними постоянно горы бутылок находим».

О ночевках на фронте: «Иногда заснуть не можем, если они вовремя не начали стрелять. Стреляют – значит, все хорошо, они далеко, можно вздремнуть. Но в основном наши им канонаду устраивают. Как начнут палить – все трясется. А им там еще тяжелее, совсем плохо».

Про самое страшное рассказывать отказывается: «Машина у нас застряла. Грязь, дождь ливанул. Как мы ее выталкивали, старались! Там долго стоять нельзя, две минуты – и прилетит. Вот вам страшное. Про остальное – не буду».

И женское

Ирина же свои переживания не скрывает: «Первые два месяца после разлуки Дима вообще не выходил на связь. Было очень страшно. Очень страшно. Когда ничего не знаешь, только бесконечно читаешь новости. Это я сейчас их не открываю даже, чтобы не паниковать. А тогда полностью погрузилась в работу, и братья меня здорово поддерживали. Дима 30 декабря первый раз позвонил. Вот это подарок на Новый год был». Вика, жена Виктора, отца Дмитрия, тут же подхватывает: «И мы все: что там? Как там? Ура! Все на связи».

Ей чувства Ирины хорошо знакомы. «Когда Виктор только ушел, тяжко было, – признается она. – Даже в больницу чуть не попала. Сейчас стараюсь сохранять спокойствие, но это трудно. У меня вот только племянник оттуда приехал. И в этот же день Дима. Да с мужем по телефону пообщались – у них все спокойно. И представляете, я первый раз уснула хорошо. Сразу. Выспалась даже, потому что все в безопасности. Сейчас вот Виктора отправили на «передок» – опять переживаешь. Но я точно знаю – все будет хорошо». Лидии Алексеевне сложнее всех. У нее на фронте и сын, и внук. Она лишь тихо добавляет: «Хочется надеяться».

Так и живут в этой семье из поколения в поколение. Мужчины бьются за свою землю, женщины ждут их и верят, что все будет хорошо, все вернутся домой с победой – живыми и невредимыми.