Против лома – нет приема?
Наткнулся на довольно интересную статью историка А.В. Цокура «Некоторые особенности боевой подготовки японских войск в конце XIX- начале XX века». Речь в ней идет о рукопашной подготовке японских войск. О хваленых японских «банзай-атаках» против англичан и американцев в годы второй мировой войны я уже писал. Эти «банзай-атаки» на начальном периоде второй мировой войны просто парализовали волю к сопротивлению англичан и американцев.
Как память о том трепете, какой производили на Запад японские приёмы рукопашного боя свидетельствует и описание схватки Шерлока Холмса с доктором Мориарти у Рейхенбахского водопада. Конан Дойль утверждал что оба бойца в совершенстве постигли искусство японской борьбы боритсу. Вероятно по ошибке, исковеркав слово бодзютсу (фехтование на палках).
Совершенно иная картина наблюдалась там, где японцам противостояли советские войска. Все как дневные, так и ночные «банзай-атаки» на Халхин-Голе закончились неудачно.
Как пишет А.В. Цокура не видели серьезных проблем в рукопашном бою с японскими солдатами и военнослужащие русской императорской армии.
Цокура пишет:
Ларенко, конечно, был не прав- не ву силе и росте дело. В годы второй мировой войны англичане в среднем были ещё тяжелее и выше, чем русские. Но «банзай-атаки» их вгоняли в ступор, а русских - нет.
Думаю, исход рукопашных схваток на всех фронтах определяла, в первую очередь, морально-психологическая составляющая. А приемы фехтования служили лишь дополнительным элементом к этому.
Оказывается на запад приемы японского рукопашного боя производили чарующее впечатление еще в XIX веке. А.В. Цокура пишет:
«Несомненный интерес поэтому представляет свидетельство английского офицера Ф. Нормана, долгое время работавшего по контракту в Японии. В достаточной мере владея западной техникой фехтования, он с 1888 г. изучал искусство владения мечом в Токио. После 15 лет занятий Ф. Норман писал, что «японская система обучения кэндзюцу куда как превосходит нелепые упражнения с оружием, распространенные в британской армии, и что в отношении жесткой пешей схватки японская система двуручного фехтования стоит намного выше любой европейской системы», а катана в качестве оружия нападения и защиты «бесконечно превосходит нелепую одноручную саблю с ее девяностосантиметровым клинком, которой вооружены британские пехотные офицеры».
Как память о том трепете, какой производили на Запад японские приёмы рукопашного боя свидетельствует и описание схватки Шерлока Холмса с доктором Мориарти у Рейхенбахского водопада. Конан Дойль утверждал что оба бойца в совершенстве постигли искусство японской борьбы боритсу. Вероятно по ошибке, исковеркав слово бодзютсу (фехтование на палках).
Совершенно иная картина наблюдалась там, где японцам противостояли советские войска. Все как дневные, так и ночные «банзай-атаки» на Халхин-Голе закончились неудачно.
Как пишет А.В. Цокура не видели серьезных проблем в рукопашном бою с японскими солдатами и военнослужащие русской императорской армии.
Цокура пишет:
«Чаще мемуаристы отмечают превосходство русских в штыковых атаках. П.Н. Ларенко объяснял это тем, что японцы в этом отношении «не могут меряться с нашими войсками – на нашей стороне больше физической силы и роста». Один из матросов, только что участвовавший в штыковой атаке, сказал ему, что японцы «не могут дать нам на штыках никакого сопротивления». Во время четырехдневного сражения 11–14 августа 1904 года японцы были отражены по всему фронту, а близ Ляндансана Зарайский полк четыре версты гнал штыками японскую гвардию».
Ларенко, конечно, был не прав- не ву силе и росте дело. В годы второй мировой войны англичане в среднем были ещё тяжелее и выше, чем русские. Но «банзай-атаки» их вгоняли в ступор, а русских - нет.
Думаю, исход рукопашных схваток на всех фронтах определяла, в первую очередь, морально-психологическая составляющая. А приемы фехтования служили лишь дополнительным элементом к этому.