Культ личности Петра I: почему его создала дочь императора
Дочь Петра I вступила на престол в результате дворцового переворота, когда была отстранена от власти ветвь Иоанна V, брата Петра. Обстоятельства культа личности Петра Великого, который начал утверждаться в России как раз во времена правления Елизаветы Петровны (1741-1761), не будут нам понятны, если мы не учтём эту борьбу двух линий дома Романовых.
Ветвь Ивана V и её свержение
В 1682 году умер старший сын царя Алексея Михайловича – царь Фёдор Алексеевич. В результате стрелецкого мятежа было установлено беспрецедентное в истории России «двоецарствие»: царствующими монархами были объявлены оба его брата – Иоанн и Пётр. Царь Иоанн V умер в 1696 году, и Пётр I остался единодержавным царём.
У Иоанна V не было сыновей, зато остались три дочери. Пётр I, убивший своего единственного взрослого сына (от первой жены, Лопухиной) Алексея из-за подозрения в заговоре, тоже не оставил прямого наследника. Поэтому власть сначала перешла к вдове Петра, Екатерине Скавронской, а после её скорой кончины – к внуку Петра I, сыну убитого Алексея, Петру II. Но поскольку Пётр II умер от болезни ещё цветущим юношей, не оставив потомства, и мужская линия династии Романовых прервалась, возник вопрос, кому передать трон. Единственная жившая в то время (1730) в России дочь Петра I Елизавета совсем не котировалась как претендент на престол. Тут-то и вспомнили о дочерях Ивана.
Все три были живы к тому моменту. Но старшая, Екатерина, не оформила развод с герцогом Мекленбург-Шверинским. Поэтому господствующая группировка знати призвала на престол среднюю сестру, вдовую герцогиню Курляндскую Анну. Она и царствовала последующие десять лет. Потомков она не имела, а потому решила обеспечить престол за потомками своей старшей сестры. Её дочь, свою племянницу, Анну Леопольдовну, Анна Иоанновна выдала замуж за Антона Ульриха, герцога Брауншвейг-Люнебургского. У молодой пары родился сын, которого назвали Иваном. Умирая в 1740 году, Анна Иоанновна завещала престол этому младенцу.
«Озлобление на немцев расшевелило национальное чувство, – писал русский историк В.О. Ключевский, – эта новая струя в политическом возбуждении постепенно поворачивает умы в сторону дочери Петра. Идучи от присяги императору-ребёнку, гвардейские солдаты толковали о цесаревне Елизавете. Один гвардейский капрал в этот день говорил своим товарищам: “А не обидно ли? Вот чего император Пётр I в Российской империи заслужил: коронованного отца дочь государыня-цесаревна отставлена”… Так был подготовлен ночной гвардейский переворот 25 ноября 1741 г., который возвёл на престол дочь Петра I».
Необходимость легитимации
Итак, после пресечения мужской линии Петра I, почти двенадцать лет Россией правили потомки Иоанна V по женской линии. Затем снова на престоле восстановилась линия Петра I, также по женской линии, и не прерывалась уже до 1917 года. Но очевидно, что в первые годы Елизавете необходимо было обосновать свой переворот, придать ему больше легитимности. Одним из важнейших средств для этого стало создание культа личности отца Елизаветы – Петра Великого.
Праздник в честь «ботика»
Елизавета сразу попыталась подчеркнуть заслуги своего отца как создателя российского флота. Известно, что Пётр I, несмотря на изрядное число построенных при нём больших кораблей, очень почитал своё первое тренировочное судно – «ботик», видя в нём прародителя русского флота. «Указом от 2 сентября 1724 года, — писал историк Василий Бильбасов в книге про Екатерину II, — Пётр I повелел “ботик в 30-м числе августа для торжествования выводить повсегодно на воду и иметь при Александро-Невском монастыре”. Вскоре Пётр Великий умер, и об указе его, казалось, совсем забыли; его вспомнила, спустя двадцать лет, Елизавета Петровна, и ботик был выводим в 1744 году к Александро-Невскому монастырю; в 1745 году его выводили во второй и уже последний раз». В тот раз праздник в честь ботика был совмещён с торжествами по случаю бракосочетания наследника престола Петра III с будущей Екатериной II.
Хоть праздник в честь «прародителя русского флота» был заброшен, у Елизаветы Петровны нашлись другие, ещё более действенные, средства для создания культа своего отца.
Сказочник Пётр Крёкшин
Пётр Никифорович Крёкшин, дворянин родом из Великого Новгорода, был крупным чиновником при Петре I, проворовался (как все крупные чиновники того времени), затем был прощён царём и снова принят на службу. Крёкшин буквально боготворил Петра Великого. Ещё при его жизни он начал собирать о нём исторические материалы. В 1742 году, вскоре после восшествия дочери Петра Великого на престол, он представил ей свои изыскания и получил высочайшее разрешение работать с документами личного кабинета покойного государя.
Крёкшин издал 45 томов (по числу лет царствования) «Журналов великославных дел великого государя-императора Петра Великого», а также ряд более кратких «Экстрактов» из этих журналов и других материалов. За ценную и самоотверженную работу по возвеличению памяти Петра I его царствующая дочь пожаловала Крёкшина обширными земельными владениями под Москвой (в названии одного из сёл по Киевской дороге сохранилась его фамилия).
В своём «Кратком описании блаженных дел великого государя, императора Петра Великого, самодержца всероссийского» Крёкшин так характеризует итоги его правления: «Всё, что видим цветущее и славимое в России, всё сие заботы, труды и дела Петра Великого. Сей великий император многое, чудное и великое руками своими создал: на четырёх морях флоты великие кораблей и галеры, состроил великие гавани, создал каналы, аки реки великие и многополезные, соделал чины, и степени, и порядки, и благочиние семейного обхождения, и благоприятные обычаи в России насадил, и прочими бесчисленными благодениями обогатил и прославил».
Эти слова стали квинтэссенцией развернувшегося впоследствии и продолжающегося по сей день культа Петра Великого в отечественной истории.
Между тем уже современники скептически смотрели на труды Крёкшина. Так, первый русский учёный историк Василий Никитич Татищев, хотя и сам очень почитал Петра I, называл рассказы Крёкшина о покойном государе «новгородским баснословием».
Чего Пётр Великий не создавал?
Прежде всего, Пётр не был создателем российского флота. Ещё его отец, Алексей Михайлович, во время войны со Швецией строил флот на реке Западной Двине, чтобы спустить его оттуда в Балтийское море. Только война оказалась неудачной. Тогда царь Алексей построил корабль «Орёл» на Каспийском море. При Алексее же Михайловиче начала создаваться русская регулярная армия западного образца и с участием иностранных офицеров на основе рекрутских наборов. Первое высшее учебное заведение в России – Славяно-греко-латинская академия в Москве – появилось при Фёдоре Алексеевиче. Наконец, нельзя Петра назвать создателем «чинов, степеней, порядков и благочиния семейного». Всё это существовало в России до Петра; он же лишь придал им новую, не всегда удачную форму.