С труб ТГК-14 падает не только угольная сажа, падают и люди
Тяжёлое ЧП на ТЭЦ-1 в Чите — это уже не просто происшествие из дежурной сводки. Это история о том, как сегодня устроено управление одной из ключевых энергетических компаний для двух городов, Читы и Улан-Удэ.
14 марта 2026 года на читинской ТЭЦ-1 монтажник упал с высоты 12 метров во время монтажа водоотпускной трубы и получил тяжёлые травмы. О происшествии публично сообщили 23 марта. По открытым публикациям, пострадавший работал в ООО «Строительный Холдинг Сервис». Расследование ведёт комиссия с участием государственного инспектора труда, о проверке уведомлена прокуратура. ТГК-14 заявила, что её представитель входит в состав комиссии и что вместе с подрядной организацией уже приняты дополнительные меры по охране труда.
Но в этой истории важен уже не только сам факт падения. Вопросов здесь всего два.
Первый: зачем вообще везти подрядчика из Южно-Сахалинска на ТЭЦ-1 в Читу? Это тысячи километров, дорогая логистика, перелёты, проживание, организационные сложности и заведомо более тяжёлый контроль на площадке. Если у компании были действительно уникальные компетенции, это нужно прямо объяснить. А если нет, то такой выбор сам по себе выглядит странно и требует отдельной проверки.
Второй: если по данным за 2024 год среднесписочная численность ООО «Строительный Холдинг Сервис» составляла всего 1 человек, а выручка — 49 млн рублей, то кто тогда фактически выполнял работы на объекте? Кто реально находился на площадке? Кто был оформлен? Кто был допущен к работам на высоте? Кто проводил инструктаж? Кто отвечал за охрану труда? Не шла ли работа через привлечённых лиц, субподрядчиков или иную схему, в которой одно юрлицо выводится на объект, а фактические исполнители остаются за скобками?
Именно здесь начинается уже не бытовой разговор о несчастном случае, а разговор о цепочке ответственности. Работы велись на объекте ТГК-14 и в интересах ТГК-14. Значит, общество вправе знать, кто заключал договор, кто согласовывал подрядчика, кто выводил его на площадку, кто оформлял наряд-допуск, кто контролировал соблюдение требований охраны труда и кто со стороны заказчика нёс реальную, а не бумажную ответственность.
Причём это уже не первый громкий эпизод вокруг ТЭЦ-1 за последние недели. В ночь на 5 февраля 2026 года, около 00:15, на станции во время испытаний нового турбогенератора произошло повреждение оборудования на системах шин 110 кВ, после чего сработала защита и значительная часть Читы и пригорода осталась без света. Прокуратура начала проверку этого блэкаута. В публикациях этот эпизод описывался как крупная авария на крупнейшем источнике электро- и теплоснабжения города, после которой тысячи жителей столкнулись не только с отключением света, но и с падением температуры в квартирах.
То есть совсем недавно ТЭЦ-1 уже была в центре тревожной повестки из-за аварии при испытаниях турбогенератора, а теперь снова оказывается в центре новостей, уже из-за тяжёлого падения человека с 12-метровой высоты. Это слишком плотная череда аварийных и чрезвычайных сюжетов для объекта критической инфраструктуры.
Для контура ТГК-14 такие сигналы вообще не выглядят единичными. В феврале 2024 года прокуратура Республики Бурятия официально сообщала, что в связи с нарушениями законодательства в сфере охраны труда, повлекшими несчастные случаи на производстве, руководству ПАО «ТГК-14» было объявлено предостережение о недопустимости нарушения закона. Кроме того, в официальных сведениях Гострудинспекции Бурятии за 2024 год ПАО «ТГК-14» фигурирует в массиве данных о несчастных случаях на производстве.
Именно поэтому нынешняя история на ТЭЦ-1 — это уже не просто вопрос о том, почему один человек сорвался с высоты. Это вопрос о модели управления всей компанией. Когда на объекте критической инфраструктуры возникают странные решения по подрядчикам, тяжёлые вопросы к охране труда, аварии при испытаниях оборудования и новые проверки надзорных органов, речь идёт уже не о частностях, а о системной управленческой проблеме.
Отсюда и главный вывод. ТГК-14 подлежит национализации. Это оценочное суждение, но оно опирается на общественную значимость компании, на повторяющиеся официальные сигналы о проблемах с охраной труда и на всё более странные решения в подрядном контуре. Менеджмент уровня Люльчева и Мясника, мягко говоря, не соответствует критической важности компании для Читы и Улан-Удэ. Структура, обеспечивающая тепло и энергетику двух городов, должна управляться в логике государственной ответственности, прозрачности и жёсткого контроля, а не в логике, после которой городу остаются сажа, блэкауты, тяжёлые травмы и всё новые вопросы без ответов.