Звездный BLM. Первый афроамериканец полетел в космос из СССР, а не из США

История космических исследований полна легенд. Утверждается, что после того, как в СССР запустили собаку Лайку, которой суждено было погибнуть на орбите, в ООН пришло гневное письмо от американки: «Если для развития науки необходимо посылать в космос живых существ, в нашем городе для этого есть сколько угодно негритят».

Особенности космической гонки

Если такого письма и не было, то настроение эпохи было поймано верно. Западные СМИ всячески пытались принизить космические успехи СССР, в том числе и за счет обвинений в «живодерстве». А расовый вопрос в США был довольно болезненным не только в ту эпоху, но остается таковым и сейчас.

Советский Союз со своей политикой интернационализма выглядел более выигрышно в глазах мирового сообщества. И пресловутое письмо в ООН оказалось в чем-то пророческим: первый темнокожий покоритель космоса стартовал на орбиту из Советского Союза. Но не в качестве «подопытного кролика», а в качестве полноценного члена экипажа.

«Вас в корабле посадят позади, за белыми?»

Первым покорителем звезд с корнями из «черной Африки» мог стать Роберт Генри Лоуренс-младший, пилот американских ВВС, отобранный для космической подготовки летом 1967 года. Журналисты доставали его вопросами: «Вас, как и в автобусах в южных штатах, в корабле посадят позади, за белыми?»

Офицер спокойно отвечал: «Я так не думаю. Это еще одна из тех вещей, которых мы с нетерпением ждем в области гражданских прав — нормальный прогресс».

Однако отправиться в космос Лоуренсу-младшему было не суждено: в декабре 1967 года он погиб в авиакатастрофе на авиабазе Эдвардс.

В итоге первым чернокожим представителем США на орбите стал Гийон Стюарт Блуфорд-младший, в 1983 году вошедший в экипаж корабля многоразового использования «Челленджер».

Но в плане равноправия рас в космосе западный блок отстал от социалистического на три года.

Программа «Интеркосмос»

Еще в 1966 году для координации работ в области освоения космоса при Академии наук СССР был создан Совет по международному сотрудничеству в области исследования и использования космического пространства в мирных целях, который получил более краткое название — совет «Интеркосмос». Годом позже была принята совместная программа работ по исследованию и освоению космического пространства в мирных целях, которую приняли представители СССР, ГДР, Болгарии, Венгрии, Чехословакии, Польши, Румынии, Кубы и Монголии.

Спустя почти десятилетие работы в рамках «Интеркосмоса» решено было перейти к совместным пилотируемым миссиям. В каждой из стран участниц начался отбор кандидатов в космонавты.

Революционная карьера: из чистильщика обуви — в асы неба

От Кубы двумя кандидатами стали Хосе Армандо Лопес Фалькон и Арнальдо Тамайо Мендес. Отбирали кандидатов по профессиональным качествам и здоровью, а не по цвету кожи. Просто Хосе был светлым, а Арнальдо темным.

У Арнальдо Тамайо Мендеса была очень непростая биография. Он родился в 1942 году в кубинской провинции Гуантанамо, во младенчестве потерял родителей и попал в приемную семью.

Чтобы выжить, приходилось работать — с девяти лет он торговал фруктами, чистил обувь, а в 13 лет стал трудиться на мебельной фабрике.

Арнальдо из тех, кому всё дала Кубинская революция. Он примкнул к сторонникам Кастро, и после победы революционеров получил возможность учиться. Сначала прошел курсы авиационных техников, а затем изъявил стать летчиком. Мендеса отправили в СССР, в Ейское авиаучилище, где он освоил МИГ-15.

Кубинец обучался в СССР год и на родину вернулся как раз к Карибскому кризису, в ходе которого выполнял боевые вылеты, готовясь встречать американцев. Позднее, в конце 1960-х, с американскими асами он пересекался в небе Вьетнама, куда отправился в составе группы кубинских летчиков-добровольцев.

Миссия «Таймыров»

К концу 1970-х, когда дело дошло до отбора в космонавты, Арнальдо был уже подполковником и заместителем командира авиабригады. Но сам он летать не переставал, а потому и уверенно прошел все испытания.

После прохождения подготовки комиссия выбрала в качестве основного экипажа тандем в составе Юрия Романенко и Арнальдо Тамайо Мендеса.

Они стартовали с Байконура на корабле «Союз-38» 18 сентября 1980 года. Сутками позже Романенко и Мендес пристыковались к орбитальной станции «Салют-6», где их встречал экипаж в составе Леонида Попова и Валерия Рюмина.

Полет «Таймыров» (позывной советско-кубинского экипажа) продолжался чуть менее восьми суток. Вернулись на Землю Романенко и Мендес на корабле «Союз-37» — такая «рокировка» изначально была предусмотрена программой.

«А я тоже хочу»

Среди полетов по программе «Интеркосмос» случались и экстремальные, но советско-кубинская миссия сложилась на редкость удачно. Арнальдо вспоминал, что единственным «ЧП» стал казус на старте. Во время радиопереговоров перед запуском его дублер Хосе рассказал, что ребята из отряда космонавтов уже «накрыли поляну» и собираются отмечать полет Романенко и Мендеса.

«А я тоже хочу», — возмутился Арнальдо. «Мы тебе оставим», — успокоил дублер. Вот только вся эта милая беседа происходила не по закрытому каналу, а шла в эфир и стала достоянием всех, кто наблюдал за запуском.

Но руководство благодушно закрыло на это глаза. Романенко и Мендес были удостоены званий «Герой Советского Союза» и «Герой Республики Куба» — каждый и того, и того.

Арнальдо дослужился до генерала, возглавлял кубинский аналог ДОСААФ, был начальником Управления внешних отношений Минобороны Кубы.

Господа конгрессмены, преклоните колено

То, что он первый кубинец и первый представитель Латинской Америки на орбите, звучало не раз. А вот на то, что революционная Куба умыла Соединенные Штаты в вопросе космического расового равноправия, далеко не все обратили внимание.

И понятно, почему — в СССР в этом ничего особенного не видели, а Соединенным Штатам оставалось только молчать.

Но если американские конгрессмены преклонят колено перед товарищем Мендесом, это будет вполне в духе следования их привычкам. Тем более что первый космонавт Кубы уважение к себе, безусловно, заслужил.