Гибель Ейского детдома: преступление нацистов, оставшееся неотмщенным

Трагедия детского дома в Ейске, случившаяся 9-10 октября 1942 года, является одной из наиболее страшных страниц истории нацистской оккупации нашей Родины во время Великой Отечественной войны. В советское время о ней не очень-то любили вспоминать. Нет, ее вроде бы не замалчивали намеренно, однако по большей части старательно обходили стороной, упоминая лишь в самом общем и скомканном виде. Да, запредельно жесткое уничтожение оккупантами более двух сотен детей-инвалидов упоминалось в качестве одного из примеров их зверств. Но вот в подробности никто старался не вдаваться. Причин тому несколько. Во-первых, в отличие от «хрестоматийной» и официальной версии, истинные события связаны с крайне неприятными фактами относительно нацистских пособников из числа бывших советских граждан, причем пособников добровольных и весьма рьяных. Во-вторых, к огромному сожалению, случилось так, что многие виновники этого совершенно чудовищного преступления ушли от ответственности. Как минимум – не получили свое вовремя и сполна. Мы же обязаны помнить об этом и знать всю правду, какой бы шокирующей она ни была. Дяденьки, куда вы нас везете?! Машины, вкатившиеся во двор детского дома тем осенним утром, вызывали недоброе предчувствие уже одним своим видом. Легковой автомобиль и несколько грузовиков… Из одного на землю горохом посыпались вооруженные люди, начавшие деловито и явно с давно выработанной сноровкой перекрывать все возможные пути отхода. Еще несколько и вовсе представляли собой нечто пугающее – с огромными, обитыми железом кузовами, в которых не было не то что ни единого окошка, но и вообще ни щели, ни отдушины, они походили, скорее, на железнодорожные вагоны, непонятно зачем поставленные на автомобильное шасси. То, что перед ними кошмарные «душегубки», называемые нацистами «газенвагеном», ни дети, ни их воспитатели знать, конечно же, не могли. Это садистское «творение немецкого гения» тогда еще не приобрело своей ужасающей известности… Тем не менее малыши, которым, как известно, присуще какое-то особенное чутье на злых людей и злые дела, попытались разбежаться кто куда, как перепуганные цыплята. Куда там… Большинство воспитанников Ейского детдома к тому моменту составляли дети с ДЦП и туберкулезом костей, а также прочими аналогичными заболеваниями – более сотни их было эвакуировано сюда не так давно из Крыма. Какое там бегать – они, в основном, и ходили-то с трудом, передвигаясь с помощью костылей или палочек. Впрочем, у остальных шансов тоже не было. Ражие детины в форме вспомогательной полиции с гоготом отлавливали ребятишек и словно мешки с тряпьем швыряли в разверзнувшийся в ожидании жертв жуткий зев «душегубки»… На робкие вопросы о том, куда они намерены везти детей, изуверы изощрялись в «остроумии»: «В баню поедут!», «Долечивать отвезем!», «Семечки грузить будут…» Сердца находившихся рядом медсестер и нянечек обрывались в предчувствии неминуемой беды – чего-то подобного они ожидали все последнее время, но в глубине души надеялись: «Пронесет!» Не пронесло… Когда из легковушки вышли существа, затянутые в черную форму с черепами вместо кокард, стало ясно – за детьми пришла Смерть. Это она и была. Несчастные малыши угодили в лапы айнзацкоманды 10А, убийц из которой смело можно назвать самыми лютыми нелюдями даже среди пришедшей убивать нас в 41-м орды захватчиков. Шедший впереди всех офицер СС спокойно бросил собравшемуся персоналу, чтобы детей собирали и выводили во двор – их «отвезут на лечение». Переводчик послушно повторил его слова, которым никто не поверил, по-русски. В это время во дворе шла увлеченная охота за жертвами – по воспоминанию одного из чудом спасшихся воспитанников, Леонида Дворникова, палачи занимались своим делом «с диким наслаждением и восторгом», забрасывая в кузова «душегубок» кричавших «Дяденьки, не бейте! За что?» мальчишек и девчонок, словно неодушевленные предметы. Собственно говоря, к тому моменту все эти дети уже были, по сути, мертвы. Впоследствии было подсчитано – путь от детского дома до противотанкового рва, в котором после освобождения Ейска были обнаружены тела его воспитанников, составил примерно 3 с половиной километра. При той концентрации смертоносных выхлопных газов, которые давала в своем адском чреве «душегубка», прожили жертвы минут 10-15, скончавшись в нечеловеческих мучениях… В 1943 году их найдут под слоем земли, вместе с их костыликами и палочками – 214 человек. Некоторых – держащимися за руки, пытавшихся в последний смертный миг найти поддержку друг у друга… Ни единой пули на малышей экономные немцы и их холуи не извели – это экспертиза установит совершенно точно. Нацистская машина истребления действовала методично и размеренно – любившие во всем «орднунг» «европейские цивилизаторы» на полдороге не останавливались. В первый день в кузова «душегубок» поместилось всего 160 детей, поэтому 10 октября они вернулись и забрали остальных. В их числе было 32 ребенка, вовсе не встававшие с постелей… В этот же день вошедшие в раж нелюди позволили себе «развлечься». Над Ниной Шолоховой, которой именно в тот день исполнилось 17 лет, надругались по пути ко рву – прямо в кабине «душегубки». Что характерно, среди уничтоженных детей были далеко не только евреи или русские ребятишки. Армяне, грузины, украинцы, татары из Крыма, чехи и даже несколько малышей-немцев! Все они были больны, а следовательно, «неполноценны», и потому подлежали ликвидации. Любая акция по уничтожению мирного населения – военное преступление. Но это… У того, что было совершено в октябре 1942 года в Ейске, и не только там, и не только тогда, нет названия в языке человеческом. Наверное, если мы найдем слова для такого, то перестанем быть людьми. Для подобных деяний не может существовать ни «срока давности», ни каких-либо способов их искупить. Возможно, кто-то сочтет мои слова некорректными, но я все же позволю себе напомнить: сегодня именно потомки тех, кто измыслил «теоретические обоснования» для творившегося 9 и 10 октября 1942 года в Ейске, изобретал и собирал «душегубки», а потом использовал их против детей, требуют от России «покаяться» за «отравление» живых и здоровых «оппозиционеров», а также рвутся «привлечь к ответственности» нашу страну. Айнзатцкоманда 10А и другие – палачи и их пособники в лицах То, что случилось той страшной осенью в Ейске, ни в коем случае не было «эксцессом» или каким-то из ряда вон выходящим случаем зверства. Это была часть отлично продуманного, прекрасно выверенного и скоординированного плана, конечной целью которого являлось полнейшее «очищение жизненного пространства» для «высшей расы» от «неарийцев», всех, кого в Третьем рейхе изволили причислить к неполноценным и ущербным. Вообще говоря, трагедия Ейского детдома представляет собой прямо-таки идеальный предмет для дискуссии с отечественными либероидами и «прогрессивными» «историками», а также прочими «деятелями культуры». И теми самыми, которые предлагают «все простить и не хранить ненависти»… И теми, кто пытается щебетать о «хороших немцах», которые, видите ли, «просто вынужденно выполняли приказы»… А в первую, пожалуй, очередь с представителями той гнусной породы, что так любит костерить «сталинские репрессии», рассказывая о «сонмах невинно замученных» и убеждая, что все, кого перед войной прислонили к стеночке или отправили в лагеря, были никакими не врагами народа, а совершенно ни в чем не повинными агнцами, оклеветанными злобным НКВД. Вот я вам сейчас покажу пару-тройку портретов этих «оклеветанных»… Но начну, пожалуй, все-таки с главных людоедов. Как я уже упоминал выше, массовое убийство детей из Ейского детдома было совершено головорезами из айнзацкоманды 10А, входившей в состав айнзатцгруппы D. Эти зловещие подразделения, задачей которых было исключительно выявление и физическое уничтожение «врагов Рейха» и «расово неполноценных», начали свою деятельность с 1938 года, с нацистского аншлюса Австрии и оккупации Чехословакии. Однако по-настоящему ужасающие масштабы их деятельность приняла после нападения гитлеровцев на СССР. Формирование айнзатцгрупп, которым предстояло заниматься истреблением жителей Советского Союза, начато было весной 1941 года (большой привет тем недоумкам, которые твердят, что террор оккупантов стал лишь «ответом на спровоцированные большевиками действия партизан»!), то есть примерно тогда, когда Гитлер окончательно определился с началом Восточного похода. Тогда же в армейские части и соединения был направлен приказ об оказании им всяческого и полнейшего содействия, подписанный главнокомандующим сухопутными войсками Третьего рейха генерал-фельдмаршалом Вальтером фон Браухичем. Это – к вопросу о «чистеньком» и «невиновном в зверствах» Вермахте, который якобы «только воевал». Айнзатцгруппа D орудовала на территории Юга Украины, России, в Молдавии, Крыму. На момент описываемых мною событий, командовал этой бандой изуверов оберштурмбанфюрер СС Курт Крисман, доктор юриспруденции, между прочим. Был там и еще один доктор – как раз именно медик, унтерштурмфюрер СС Генрих Гёрц. Отвечал он не только за оказание медицинской помощи собственным коллегам-палачам, но и конкретно за ликвидацию пациентов советских лечебных учреждений. Сполна «отметился» не только в Ейске, но и, к примеру, в краевой детской больнице Краснодара, где лично участвовал в «изъятии» для уничтожения 42 детей – от одного годика и старше. Еще был известен изобретением некоего «специального состава» черного цвета, который, опять-таки, лично наносил на губы детишек. Смерть наступала мгновенно, но не всегда – примерно в половине случаев. Тем не менее, такой замечательный препарат был официально запатентован в Германии. Доктор этим очень гордился… Увы, в составе 10А хватало не только «чистокровных арийцев» (как известно, до последнего этапа Великой Отечественной в СС абы кого не брали), и мобилизованных на месте «фольксдойче», но и бывших советских людей. 18 июля 1943 года в Краснодаре имена некоторых из них стали известны всем – сперва после зачтения приговора в зале суда, а затем и после прочтения табличек на трупах болтавшихся в сполна заслуженных петлях нацистских холуев. Василий Тищенко, добровольно прибежавший наниматься в полицаи, как только немцы заявились в Краснодар. Сделал «блестящую карьеру» – от простого палача до старшины айнзатцкоманды и следователя Гестапо. Зверствовал неимоверно. Иван Речкалов, до войны дважды судимый – не за «политику», а за самые банальные хищения. Оченно обиделся на советскую власть и с восторгом приветствовал приход оккупантов. «Мстил коммунякам», заталкивая в «душегубки» детей… Иван Котомцев, тоже «узник совести сталинских лагерей» – правда, «срок мотал» за хулиганство. В полицаи поступил добровольцем, в айнзатцкоманду был переведен за особое усердие в пытках и казнях. Михаил Ластовина, «жертва раскулачивания» (правда, не сидевший), пристроился санитаром в Краснодарскую больницу. С личного участия в убийстве оккупантами 60 пациентов этой больницы и начал свою холуйскую карьеру, приведшую в 10А. Список длинен – айнзатцкоманде 10А было придано специальное полицайское подразделение, набранное исключительно из местных подонков. Абсолютное большинство их закончило виселицей или пулей. Однако, увы, не все поголовно. Более того, на именах этих выродков история предательства, приведшего к гибели двух сотен малышей из Ейского детдома, не заканчивается. Преступление без наказания Надо сказать, что оказались в нем немцы совершенно не случайно. Находившееся на окраине города детское учреждение, возможно, и вовсе не успело бы привлечь их злодейское внимание – да постарались «свои». В процессе проводившегося впоследствии НКВД расследования было установлено: не успели оккупанты занять город, как в образованную ими городскую управу примчался с доносом работавший в детдоме кладовщиком Петр Мишенин, поспешивший сообщить новым «хозяевам», что там «скрываются евреи и коммунисты – как взрослые, так и дети». После чего в детдом заявилась «комиссия», изгнавшая оттуда часть персонала (прежде всего – коммунистов и комсомольцев). А дальше оставшихся сотрудников принялись таскать на допросы в полицию и гестапо. Гибель детского дома была с этого момента лишь делом времени. По воспоминаниям очевидцев, особо усердствовал в помощи нацистам … врач детдома Владислав Аникеев! Он лично носился по палатам, усердно переписывая ребятишек, при этом особый упор делая на национальности и принадлежности к пионерской или комсомольской организации. Не знаю, чем кончил Мишенин – точных данных найти не удалось, но от всей души надеюсь, что петлей. А вот Аникеев был «наказан» за предательство 10 годами лагерей, которые даже не отбыл полностью, выйдя на волю по одной из хрущевских амнистий для гитлеровских пособников. По свидетельствам знавших его горожан впоследствии был вполне здоров, упитан и даже весел, заявляя всем, что «сполна ответил за прошлое». Гнида… Надо сказать, что командовавший айнзатцгруппой 10А Курт Крисман прожил вполне благополучную и насыщенную жизнь – после поражения Третьего рейха умудрился смыться в Аргентину, где якшался с местными фашистами. В 1956 году обнаглел до того, что вернулся в Германию, где и жил припеваючи, считаясь одним из первых богачей Мюнхена. «Правосудие» добралось до него аж в 1972 году, но Крисман сказался ужасно больным (даже справку представил) и процесс «отсрочили». В конечном итоге в тюрьму угодил лишь в 1980 году, а концы отдал в 1987-м, ровно 80 лет от роду. Генриху Гёрцу не досталось и этого – он вообще совершенно спокойно вел врачебную практику (!), опять-таки, в Мюнхене, даже и не думая никуда прятаться. В 1972 году, правда, его тоже судили – в том числе и за участие в убийстве детей в Ейске. Приговорили, конечно… к 4 годам тюрьмы! По сей день (если еще не околел) отсиживается в Канаде один из переводчиков айнзатцкоманды 10А, также непосредственно участвовавший в ейских событиях – Гельмут Оберлендер, чьей выдачи Россия требует вот уже пару лет. Канадцы откровенно издеваются – то вроде бы начнут процедуру лишения этого палача, награжденного Крестом «За военные заслуги» 2-го класса в 1943 году явно не за успехи в деле перевода, лишения гражданства, то приостановят… Дедушка-нацист уже старенький, ему 96 лет и он очень просит из благостной Канады его не депортировать. Имеются очень сильные сомнения в том, что это все-таки произойдет. Я прошу простить, если шокировал кого-то слишком подробным изложением некоторых деталей событий. Просто мы обязаны знать, помнить, ни на секунду не забывать об этом Зле. Детальные материалы по уничтожению детдома лежали в архивах ФСБ под грифом «секретно» бог знает сколько лет. Почему?! Почему уголовное дело по этому факту – в том числе и относительно последних, еще не отдавших черту душу, его участников, было возбуждено Следственным комитетом России только в 2019 году?! Вот так мы получаем «Колей из Уренгоя» и целые поколения молодежи, воспринимающей Великую Отечественную на уровне компьютерного «шутера». Читать и знать об этом невыносимо больно? Вот и прекрасно! По-другому просто нельзя. Если мы сами не будем ранить себя этой памятью, в следующий раз, когда нас придут «цивилизовывать» с Запада, Речкаловых с Котомцевыми и Мишениных с Аникеевыми будет в разы больше. Можем и не выстоять.